Григорий Володин – Возрождение Феникса. Том 4 (страница 10)

Дворяне дружно смотрят на хозяина вечеринки. Как он скажет, так и примут.

— Отлично сказано, Арсений, — признает Виктор. — Поаплодируем чемпиону и его Царицам.

Раздаются хлопки ладоней. Теперь от меня требуется пофорсить своими прекрасными спутницами.

— Встаньте рядом со мной, мои Царицы, — протягиваю ладонь стайке девушек. Две княжны, боярыня и нетитулованная дворянка не заставляют себя ждать. Цокая каблучками, окружают меня и красуются своими платьями и внешностью. Все девушки, как на подбор: с тонкой гибкой талией, мягкими розовыми щёчками и пухлыми губками. Думаю, сегодня завистников у меня прибавится, хе. Зато и репутация вырастет.

После позерства мы возвращаемся к нашему столику. Я отхожу в уборную, у края танцпола меня перехватывает хорошенькая миниатюрная девушка:

— Поздравляю с победой, Арсений. Теперь этот вечер твой.

Приглядываюсь к симпатяжке: смутно знакомое миленькое лицо, вздернутый носик, ярко-оранжевые дреды цвета тыквы… Никогда бы не подумал, что без фрактала она прямо карманная милота. Значит, каменная броня прибавляет ей роста и ширины раза в полтора.

— Спасибо, Медуза, — киваю равнодушно. — Надеюсь, это не испортило тебе отдых.

— Что ты! Что ты! — спешно она отнекивается, хотя я уже собирался уйти. — У меня к тебе никаких обид. Я, правда, переборщила. То видео… я его заслужила. Как и то, что... ну, ты знаешь, ела землю.

Она пристыженно опускает лицо. Теперь я заинтересовываюсь Медузой. Признать свои ошибки — дорогого стоит. Нельзя достичь успеха без попрания собственного невежества и несовершенства. А первый шаг к нему — увидеть свои изъяны.

— Рад, что мы не в ссоре, — чуть улыбаюсь.

— Я раньше не была такой. Честно! — мямлит Медуза. — Это Грон испортил меня.

— Не Грон. Тебя портит Астерия, — просто говорю. — Вас всех она портит. Всех «витязей». Никита спивается, ты становишься психопаткой — без обид, Медуза, но это так, — а Ричард помешался на моей подруге. — Подозреваю, что и здесь без Царицы поля не обошлось. На нашей игре с "ястребами" британский принц ни на шаг не отходил от Астерии. Словно она подпитывала его отрицательными эмоциями. — Вместо того, чтобы делать своих людей лучше, Астерия давит на ваши слабости, натирает их до кровавых мозолей, усугубляет в вас недостатки. Но намного хуже она делает самой себе.

Медуза смотрит на меня распахнутыми глазами.

— И правда, — размышляет она. — Я даже не догадывалась об этом, пока ты не сказал. А теперь ясно как день. У Астерии особый подход к каждому. Ричарду она дала кассету, где ты играешь вместе с барышней, которая ему нравится. Теперь он практически живет на поле. Меня же натаскивала на жестокость. Заставляла месить кулаками коровьи туши в холодильной камере. Так мне что, надо уходить из Грона? Иначе совсем сойду с ума.

— Зачем же бросать любимый спорт? Можешь перейти в любую другую ватагу, — пожимаю плечами. — Даже в разгар сезона тебя с руками оторвут. Настолько сильных авангардников днем с огнем не сыщешь.

— В любую? — сразу загорается Медуза. — Значит, и к вам тоже? К «змеям»?

— Мы теперь «фениксы», — поправляю и задумываюсь. — Можно и к нам. Мы ведь теперь в одном лицее. Возможно, тебе, в плане учебы, даже не придется переводиться из «Красного замка». Если учсовет пойдет навстречу, конечно.

Наш интересный разговор прерывают. От барной стойки подходит Митя Бесонов:

— Сеня, здравствуй. Я только пришел, но успел застать шоу. Круто выступил, господин Факел, — красноволосый княжич здоровается со мной за руку. — Оксана, привет, — расплывается он в восхищенной улыбке. Сразу понятно, к кому именно княжич подошел. Точнее, подкатил.

— Привет, Митя,- как-то необрадованно произносит Медуза.

Митя подозрительно оглядывает нас с ней. Надеюсь, не заревнует. Второго Ричарда мне точно не надо.

— Кажется, я понял, что здесь происходит, — выносит вердикт Митя и вдруг шутливо тычет пальцем мне в грудь. — Оксан, Сеня ведь выпытывает ваши игровые стратегии и тактики? Я могу спасти от него. Мы, Бесоновы, за честный спорт.

— Да, раскусил, — покаянно вздыхаю. — Вынужден позорно ретироваться, чтобы не сгореть со стыда.

И тороплюсь прочь, ощущая на спине взгляд Медузы.

Заинтересовалась, демоник. Хе. У меня нет желания специально сманивать к себе игроков Астерии. Красноволосая может окончательно взбеситься и навредить моим ребятам. Но и отталкивать сильных гроновцев, как Медуза, — тоже глупость. Крутые аванградники нам очень нужны, ведь первая линия — наше самое слабое звено. Ладно, нет смысла гадать. Посмотрим как сложится.

Надеюсь, остаток вечера пройдет без эксцессов. Амирана с Виктором и так за глаза. Хочется просто пообщаться и потанцевать с красавицами, что пришли со мной. Узнать что-нибудь новое о мире искусства, наконец. Рука безумно скучает по кисти и долоту с молотком. Столько впечатлений за почти полгода на этой планете, и никак не найду времени отразить что-нибудь на полотне или в камне.

***

— Пап?

— Да, сын, — поднимает взгляд от книги златокудрый мужчина.

В читальной граф Дмитрий Долгоногий устроился в мягком кресле. На главе Великого Дома надет велюровый красный халат, еще мокрые волосы топорщатся после душа. Здесь Дмитрий обычно сидит до двух часов ночи, читая последнюю публицистику и вечные шедевры художественной литературы. В это время отпрыски могли обратиться к сиятельному отцу за советом или просто заглянуть поболтать.

Виктор усаживается напротив.

— Сегодня в «Зарнице» меня сделали в поединке. Малыш совсем. Школота.

— Ты не обязан всегда выигрывать, — замечает граф. — Даже среди молодняка найдутся сильные бойцы.

— Мы не дрались, — возражает Виктор. — Боролись на руках просто. Но с техниками.

— Оу, тогда что здесь удивительного? Просто у паренька помощнее «колодцы», вот и усилил мускулатуру.

— Техники, отец, — напоминает сын. — Мускулатура роли не играет, когда у тебя горит кисть. Но поджечь пацана у меня не вышло. Я использовал Жаркую Ширму, и он применил нечто похожее. А потом охватил мой кулак странным огненным коконом, и я сдал.

— Ммм, тоже огневик, значит, — размышляет мужчина. — И зачем ты ко мне пришел?

— За ответом. Откуда рядовые вассалы Тверского Дома обладают столь мощными атаками огня? Это точно не Ярила-база и его многочисленные модификации, которые мелкие дворяне пытаются выдать за оригинальные стили.

Дмитрий с грустью захлопывает книжку и убирает на полку шкафа рядышком.

— Отец, это что, любовный роман? — удивляется Виктор.

— С чего ты взял? — отнекивается глава Великого Дома. — Просто бульварная беллетристика. Решил полистать самую популярную в народе литература на данный момент. Приобщиться к поп-культуре, так сказать.

— Ага-ага, и название «Пятьдесят моих внутренних богинь» очень яркое. Так что с моим вопросом?

— Хм, хм, ты сказал, вассал Тверского князя… Беркутовы что ли?

— Верно! А откуда ты вообще знаешь бедных провинциальных дворян?

— Ну, лично я их не знаю и никогда не видел. Помню, они когда-то были причиной распри Волконских с Мироновыми. Там произошла интрижка, которая порушила планы многих. В итоге я, как посредник, свел разногласия Домов к войне Беркутовых и еще какого-то рода. Думал, они выцвели уже, как жива-витязи. Значит, мальчишка силен?

— Рукопашку он точно знает неплохо, — подтверждает Виктор. — В одиночку отделал бандитов возле «Зарницы». Но меня интересует мощность его техник. Они сравнимы с моими! А мы ведь графы с многовековой историей! Мы — сильнейшие огневики Империи! Кто вообще эти Беркутовы, па? И почему ты был посредником в их ссоре?

— В корень глядишь, сын, — довольно кивает Дмитрий. — То, что я посредничал в том споре, как раз дань уважения роду Беркутовых. Их былому величию, точнее. К сожалению, они проиграли и почти все полегли. А по поводу величия… Еще в средние века Беркутовы и Долгоногие крепко дружили. А еще ранее, на заре Руси, Беркутовы княжили в собственном граде в Дании. Мы вместе эмигрировали из Скандинавии на юг. У нас с Беркутовыми даже общие предки, и оба наших Ярилы произошли от одной основы — от стиля Фрейра. У Беркутовых стиль называется Ярила-Князь или Царь, не помню точно, надо в семейные записи глянуть. Типаж техник Князя или Царя очень схож с нашим Ярилой-Воей. А некоторые композиции вообще одинаковые.

— Ярило-Царь, — повторяет Виктор. — Крутое название. Только вопросов стало еще больше. Этот стиль не уступает нашему Вое, но Беркутовы внизу пищевой цепи, к тому же, их еще разбили другие слабаки. Как так?

— Очень просто, — объясняет Дмитрий. — Ярила-Царь (пускай назовем Царем), в потенциале, даже превосходит нашего Вою. Только в потенциале. В отличие от Беркутовых, наши датские пращуры не числились в князьях, лишь в воеводах. Кто знает, возможно, в Дании Долгоногие даже служили Беркутовым… В семейном архиве лишь крохи информации о северном прошлом наших предков. Многое изменилось на Руси. Мы ославянились, сменили бога-покровителя Фрейра на Ярилу, забыли датский. Да и веков сколько прошло? Но как сказал — Царь превосходит Вою лишь в теории. Слишком сложное выполнение техник у Царя. Уж не знаю, что там напридумывали предки Беркутовых, но только датские конунги в полной мере покорили уровень Воеводы в Царе. Да и в целом…как бы выразиться? Атаки мощные, но медленные в исполнении, потому что сложные. Нужен мощный интеллект, чтобы быстро сплетать объемные удары. Иначе пока Ярила-Царь будет создавать мощную атаку, его сожжет тот же Ярила-база обычным фаерболом. Только за счет шустрости. В общем, на Руси потомки Беркутовых измельчали. Они ослабели умом и телом и уже не способны реализовывать свои родовые техники на достойном уровне. Их Рыкарь проиграет нашему из-за медленности.