Григорий Володин – Возрождение Феникса. Том 3 (страница 29)
Самое интересное, что, когда мы только вошли в ресторан, двое других телохранителей княжны заняли стол. Обычные здоровяки, тоже с военной выправкой, по-своему примечательные шкафы, но им далеко до этих двух циркачей. Итого, четыре безопасника. Нехило.
- Вы несправедливы, - вдруг возмущается Лиза, раскрасневшись. - Они очень уважаемые ветераны.
- Прошу прощения, - бормочу растерявшись. – Я сделал поспешные выводы исходя из первого впечатления. Совсем не хотел обидеть славных героев.
Между тем, крокодил случайно проглатывает ножик. Надсадно кашляет, стуча себя в грудь. От очередного мощного удара слюнявый прибор выстреливает из глотки прямиком в лицо старику. Залп мощный, как из ружья. Но трагедии не происходит. Дед, не глядя, ловит снаряд в воздухе и брезгливо кладет на край стола. Затем тихо поварчивает на крокодила, без злости.
Да какие в доску телохранители? Шапито же. София что-то хочет этим показать?
Красненькая Лиза наклоняет лицо к тарелкам и пищит пристыженно:
- Может, поговорим о вас, Арсений Всеволодович, если вы не против?
- Конечно, для этого мы здесь. - Плевать на циркачей в большом зале. Обращаю всё внимание на красавицу перед собой.
Преодолев волнение, она выпрямляется и слегка сощуривает глаза.
- Арсений Всеволодович, ваша гениальность, ваши боевые навыки, ваше всесторонность очень выделяются, - серьезно говорит Лиза. - Что вы можете сказать?
- Что безумно приятно слышать о себе такие слова из ваших уст, - усмехаюсь.
Княжна поджимает пухлые губы и качает головой.
- Арсений Всеволодович, будьте, пожалуйста, серьезны. Вы разве не понимаете? От ответа на эти слова зависит ваша жизнь!
- А теперь мне приятно, что вы волнуетесь за меня, - не упускаю новой возможности.
Это ее наконец пронимает, и уже «оледеневшие» щечки снова вспыхивают.
- Арсений Всеволодович, вы невозможный упрямец, - вздыхает она. – Это ведь не шутки.
Любуюсь ее душевными метаниями.
- Вот смотрю на вас и кажется мне, вам подошла бы стезя учительницы.
Она округляет глаза.
- Поражаюсь, откуда у вас такие догадки. Прямо в точку. Я бы, правда, хотела учить детей, но это абсолютно невозможно.
Жестокая логика жизни.
- Понимаю, вы княжна.
- А еще демоник… - тяжкий вздох.
Тут я, честно, не очень понял.
- Много на свете демоников, - замечаю. – Думаю, есть и школьные учителя.
- Много. Но не таких, как наша семья. Мы, Бесоновы, – самые сильные демоники. Отец вручил нам с сестрами и братьями слишком много мощи, а вместе с ней и ответственности.
Заинтересовываюсь.
- О каком масштабе идет речь, если не секрет?
- Не секрет. Уже сейчас я могу победить Полковоя, - без гордости отвечает княжна. Ого. Сильна! – Это далеко не предел. Поэтому миссия нашей семьи – трудиться на благо Империи…. Но речь не обо мне! – спохватывается вдруг Лиза. - Мы собрались здесь ради вас. Признавайтесь.
Да, пора уже закругляться.
- Посмотрите на меня, по-настоящему посмотрите. Как можете только вы.
- Раз вы разрешаете, - с некоторым трепетным волнением произносит Лиза. Даже глаза загораются, словно от нетерпения. Неужели в прошлый раз так впечатлилась моей астральной сущностью? – Сделано, Арсений Всеволодович. Я вижу вас
Ее голос слегка дрожит от сдерживаемых чувств.
- Еще нет, Елизавета Артемовна. Еще не видите.
И я выпускаю свой магнетический потенциал. Колоссальные психические энергии, эманации моей души, вырываются наружу. Лиза с тихим вскриком зажмуривается и откидывается на спинку стула.
- А вот теперь да, увидели.
Глава 17 - Второе дно
Хлынул сверкающий ливень, и весь зал потонул в грандиозном шлейфе чужой воли. В первые секунды Лиза смалодушничала и зажмурилась. Но сразу же княжна распахивает огромные глаза и впивается взглядом в Арсения. Она не может, она не хочет отвернуться. Внутри юноши усиливается яркое золотое свечение. Оно словно пахнет изысканными цветами и летом. Оно затопляет сердце и вызывает бушующий восторг.
- Что за мать! - доносится до ее ушей ошеломленный шепот Кота. Скрипят ножки отодвигаемых от стола стульев. Фрактал Ухаря улавливает все эти звуки, но они проносятся мимо сознания.
Лиза в замешательстве.
Это не энергетически выброс, не всплеск атакующей сил, не искусственное давление, не ментальное вмешательство. Это могучий дух. Железная человеческая воля. Сильнейшая. Невозможная. И в то же время прекрасная. Она наполняет ресторан вокруг и освещает людские сердца, словно солнце.
Раздается звон разбитой посуды – официантка уронила тарелку с супом, но девушка будто забыла о своих обязанностях, стоит и смотрит на Беркутова, теребя фартук. Не только она. Женщины и мужчины в большем зале невольно оглядываются на Арсения. Люди чувствуют странное волнение. Люди чувствуют СИЛУ. Будь они ближе к ее эпицентру, могли бы потерять сознание.
И Лиза сейчас близка к Арсению, как никто другой. Всё ее тело трепещет, но она не ежится, не нервничает. Наоборот, ей хочется наслаждаться, купаясь в воплощении гениальности и физической харизмы.
Слепой кот пружинисто вскакивает с места. Одна нога там - вторая здесь, подле их с Арсением стола. Старая закалка бойца имперского спецподразделения дает о себе знать. В малом зале его морщинистое лицо вытягивается, сухое тело в костюме слабо качнулось. Лиза видит, что ветеран не смог отстранить все вектора магнетизма и тоже попал под влияние Беркутова. Тоже невольно восхитился им.
- Всё хорошо, Елизавета Артемовна? – спрашивает Кот скрипучим голосом.
- Да, Слепой кот, спасибо, - натужно улыбается Лиза, хотя не уверена в сказанном. Но она не хочет, чтобы на Арсения напали, ведь они не закончили разговор...и вообще, как обладатель столь чудесного внутреннего света может быть злодеем?
- Точно? Судя по тому, что плещется вокруг нас, сам я не уверен в намерениях молодого сударя.
Арсений приподнимает бровь, но ничего не отвечает. Только с любопытством смотрит на Кота.
- Это никакая не атака, - произносит Лиза. - А…
- Демонстрация, - подсказывает Беркутов. – Не волнуйтесь, уважаемый, она закончилась. Сейчас я начну сдерживаться как обычно.
В следующее мгновение будто весь белый свет померк. В мире осталось только одно красочное пятнышко – внутри Арсения, его астральное тело.
Подошедший Крокодил Али спрашивает:
- А чего вскачила, котя? – он в предвкушении бьет по полу хвостом, торчащим из предусмотрительно вырезанного отверстия в брюках. - Драца?
Старый спецназовец внимательно смотрит на Беркутова. И вовсе не глазами.
- Это не повторится?
- Что это? - усмехается Арсений.
- Если бы я знал, - фыркает Кот.
- Ясно, вы про мою ауру. Пожалуй, больше смыла в этом нет.
Слепой кот все еще топчется, поворачивает голову то на Лизу, то снова на Арсения.
- Котя, так драца? - Огромный Али нависает над Арсением и распахивает чудовищную пасть.
Беркутов никак не реагирует, не пугается, только слегка морщится, явно из-за запаха из крокодильего рта.
- Сударь, вы бы зубы почистили. И, пожалуйста, отойдите на допустимое расстояние - иначе ваша красивая шкура пойдет на материл для моих новых осенних сапог. Чешуя нынче в моде.
- Чя-я? - недоумевает Али. Пасть так же висит над плечом Беркутова, так же раскрыта.
А потом неожиданно она захлопывается. С щелчком. Лиза успевает увидеть, как рука Арсения быстро мелькает вверх, сам он одновременно привстает. Следующее мгновение - и юноша уже сидит, а рот Али закрыт. Экономное точное движение. Легкий шлепок по зеленой трубе.
- Так хотя бы не зловонит, - объясняет Арсений, равнодушно обращаясь исключительно к Лизе. - Но вынужден предупредить: объявленная мною санкция скоро вступит в силу. Лучше бы вашему защитнику не вторгаться в мое личное пространство. Тогда мой сапожник останется без заказа.