Григорий Володин – Возрождение Феникса. Том 3 (страница 21)

Мое тело покрыто пламенем, совсем не бесконечные силы расходуются. Но на еще один Багровый выстрел меня хватает. Главное, сдвинуть встречным ударом направление снаряда. Тогда освобожденная кумулятивная струя сместится мимо, вбок.

Взмах руки. Огненная волна освобождается. Вспышка. Золотой огонь, обведенный перламутрово-красным.

БУУУМ!

Столкнувшись с пламенем, выпущенная граната взрывается. Образовывается избыточное давление, которое еще в полете едва не нокаутирует меня. Из носа идет кровь, череп чуть не лопается. Да еще фугасное действие шокирует, мягко говоря. Мое тело сталкивается с безумной воздушной волной. Но доспех с Вуалью уберегают. Плюс регенерация Префекта, куда ж без нее.

А между тем, меня сносит назад, ударяет об стену, и мое падение продолжается. У меня ведь нет крыльев, хоть и Феникс.

Смещенная моим залпом кумулятивная струя свистит выше. Значит, всё же не объёмно-детонирующий. Грохочет пробитая стена, брызгает разнесенная кладка. Отлично, просто отлично. Если Василина с Тимофеем послушались и упали на пол, их заденет, разве что, брызгами от струи и вторичными обломками. Переживут. Главное - не подставиться под прямое попадание. Доспехи выдержат остальную ерунду. А основная струя пробьет стену и выплеснется в коридор дальше. Там вроде никого...

Местные пукалки мной не шибко изучены, но еще теплится в старом (или молодом, как посмотреть) Префекте память о принципах работы оружия различного калибра. Автопушка легионеров заточена под разные снаряды. Есть и кумулятивно-фугасные версии. Главной угрозой в кумулятивных гранатометах является именно сам жидкий заряд. Но мы не в бронированном танке, а чуть ли не в «картонном» домике. Так что кумулятивная струя пробьет две тонкие стены насквозь, оставив комнату позади.

Вторая угроза - созданное ударной волной фугасное воздействие. Но основной ущерб фугаса принял на себя сейчас я, сдетонировав снаряд. Мое тело заслонило людей от мощной воздушной волны.

Ну и третья угроза – избыточное давление. Его, кстати, часто переоценивают зеленомордые, вечные враги Постимпериуса. Из-за чего и погибают штабелями. Агрессивные твари, в мощи не уступят легионерам, а умишка с кал комара. Хоть и додумались до бронефур – подобий местных танков, стилизованных под гигантских зверей. У зеленомордых бытуют байки, что «при попадании кумулятивной гранаты в замкнутом пространстве или же порвет на куски, или черепушка изнутри лопнет». Еще и догадались открывать в бронефурах люки, в надежде спастись тем, что через него взрывная волна может выкинуть танкиста. Глупцы. В закрытом танке избыточному давлению неоткуда взяться – диаметр пробитой дыры от кумулятивной струи слишком мал. Черепа лопаются как раз при условии, если при попадании снаряда распахнуть люк. По-другому, давление никак не увеличится в закупоренном железном кузове. Так что, зеленомордые частенько сами себя ликвидируют, умнички. Получили в броню фугас, тут же из суеверия распахнули люки и разлетелись на куски. Хотя, я слышал от кого-то, что эту дезинформацию внес в ряды зеленомордых как раз Анарий-Маска. Не отрицаю такой возможности. Прикинуться зеленым великаном Маске ничего не стоит, на их неандертальском наречии он тоже сносно калякает. Так что вполне, вполне… Но именно здесь не тяжелая бронефура - здесь окно. Как раз в нашем случае угроза сверхдавления очень даже реальна, и в комнате Тимофея с Василиной вполне могло раздавить. А вот меня на открытом воздухе не сплющит, избыток размажется по пространству.

С хрустом я бахаюсь в кусты под окном, точнее, под тем, что от него осталось. Хрустят не мои кости, слава Отцу-императору, а загоревшиеся ветви и листья. Быстро гашу Вуаль, пока не рухнул в обморок от истощения. Между тем противник с РПГ уже отошел от удивления и шустро пихает в ствол гранатомета новый снаряд. Сил у меня подняться с трудом хватает. Успею ли добежать прежде нового выстрела? А куда деваться?

К счастью, из пролома над моей головой сигают Тимофей с Василиной. И я расслабленно выдыхаю – пускай теперь другие повозятся, а мы понаблюдаем. В конце концов командир я или яичник болотопса?

Оба соратника почти одновременно выходят перекатом из положения лежа у земли. Вскакивают на носки, выталкивая себя вверх, и настигают мерзавца с гранатометом. Завязывается бой - двое против одного. Причем, гранатометчик, отшвырнув РПГ, дерется очень уж качественно. Далеко не идеально, вот пропускает резвый лоу-кик от Василины, вздрогнув как от землетрясения, вот получил под дых от Тимофея, но держится-держится, а судя по комплекции это или подросток, или девушка. Жалко, лицо скрывает балаклава…

Ох-хо. Смутные подозрения обуревают меня. А, может, просто выдаю желаемое за действительность. Хотя, чего хорошего в том, что я попался мятежникам? Многое, на самом деле. Так, например, я буду точно знать, что переселение душ сработало не только со мной.

Неожиданно, гранатометчик скручивается вокруг оси, будто из него выдернули позвоночник, приникает вниз, к ногам Василины, и у самой земли взрывается в невообразимую "вертушку-подсечку". Девушка не успевает отступить, и противник подрубает ее переднюю ногу. Дернувшись вперед, Василина напарывается лицом на кулак. Тут же ее заслоняет Тимофей, оттолкнув плечом.

Эта техника! Я узнал ее!

Воспоминания вспыхивают в моей голове. Заснеженное плато Мораны, жужжание сервоприводов поврежденной брони, скрип сугробов под сабатонами. Вокруг гремят выстрелы болтеров, тысячи сражений разгораются между бывшими братьями, соединяясь в единое полотно решающей битвы. Лоялисты и мятежники убивают друг друга. Повсюду пепел сожженных тел, тающий снег и дымящаяся кровь.

Сил на призыв Золотого меча больше не осталось. За моей спиной и так тысячи и тысячи сгоревших мятежников. Я скрещиваю подобранный цепник (он же пило-меч) с фазовым клинком Гварда, Префекта Воронов. Раньше мы проводили друг с другом только учебные бои, а сейчас одному из нас предстояло умереть. Звон стали об стали заглушает все шумы битвы. Тяжеловесный танец клинков продолжается недолго. Гвард – лучший диверсант, лучший подрывник, лучший саботер, лучший полководец секретных войн и лучший много кто еще. Но я – лучший воитель, а это честная битва на спаленном снежном поле. И ее исход предрешен. В конце концов голова Префекта Ворона в черном шлеме скатывается с плеч, и тогда сотни глоток вокруг исторгают единый отчаянный крик. Так Вороны потеряли своего отца-командира.

Сегодня один из сынов Гварда попытался отомстить за его смерть.

- Стой на месте, Ворон! – гаркаю я, приблизившись к дерущимся.

Хотя драка уже захлебнулась сама собой. Из особняка высыпали все «броненосцы» и взяли в кольцо Ворона с Василиной и Тимофеем. Девушка и мой воспитатель тут же прекращают маяться дурью и отходят к Ахмету с поднятым «калашом». Поводя головой по сторонам, Ворон замирает и опускает руки, словно готовый сдаться.

Но Вороны никогда не сдаются в плен. Они лишь кончают жизнь самоубийством.

- Прежде чем ты откусишь себе язык, - произношу я будничным тоном. – Предлагаю выслушать меня, Демьян, - Ворон молчит, сверкая глазами. - Или тебя лучше называть настоящим именем? Тогда назовись.

- Что ты можешь мне предложить, Золотой? – презрительно фыркает он.

Ну это, конечно, блеф. Ворон не может знать, кто именно я такой, даже к какому Легиону принадлежу. Максимум, что лоялист.

- С чего ты взял, что Золотой?

- Умный шибко. Освободители планет же тупые, как и сам Префект Чугун, - буркает Ворон. – А вы, Золотые, у себя в казармах красите ногти и читаете поэмы, будто аристократические девки.

Тимофей и «броненосцы» недоуменно переглядываются. Разговор для их ушей очень странный. Я кручу пальцем у виска, и бойцы понимающие кивают. Поехавший, значит? Ну ладно.

- Так что ты мне предлагаешь, Золотой? – Ворон ведет себя как хозяин положения. Хотя всё, что он сейчас может – отправиться пораньше в Анреалиум.

- Как насчет поединка со мной? – предлагаю. – Честного поединка, один на один. Понимаю, тебе предпочтительнее стрелять в спину, диверсант. Но если вдруг осилишь меня, отпущу.

- Как? – разражается он напускным смехом. - Ты будешь мертв.

- Тогда мои люди отпустят, - не спорю. На него и так сейчас гнетуще действует мой магнетизм. Не так эффективно, как на обычного человека, но прилично. - Даю слово.

- Сеня, ты чего удумал? – напрягается Тимофей.

- Не сейчас, Булат, - строго смотрю на воспитателя, и он замолкает.

- А взамен? – спрашивает Ворон.

- Расскажешь перед боем всё о себе. Звание, подразделение, есть ли у тебя связи с другими Воронами.

- Я могу соврать, - сужает мятежник глаза в прорезях маски.

- Ври, - киваю. – Только намордник сними вначале. Тогда я распознаю твое вранье. Но лучше будь честен – и получишь бой насмерть. Этого же ты хочешь. А если нет – не трать мое время, быстрее глотай свой язык и отправляйся к треклятым Монстрам Хаоса.

Ворон серьезно задумывается.

Теперь блефую я. Часть уловок Воронов мне знакомы, но далеко не все. Хотя с другой стороны и Вороны далеко не Маски, их специализация – не шпионаж и вхождение в доверие к врагу, а диверсии и партизанские войны.

- Согласен, - кивает мятежник и снимает потную балаклаву.

«Броненосцы» дружно ахают.