Григорий Володин – Газлайтер. Том 35 (страница 43)

«Дура… дура!» — шептала она про себя, стыд и страх смешивались. — «Что я наделала? Хотела отомстить — а теперь сколько миллионов жертв может быть?..»

Хоттабыч заметил её состояние и уставился прямо на Масасу:

— Масаса, на тебе нет лица. Что случилось?

Она медленно подняла взгляд; в голосе слышались и тоска, и робкая надежда, и мольба:

— Там… конунг Данила.

— Где там? — воскликнул Хоттабыч, поднимая брови так резко, что на лбу возникли глубокие складки. — В Багровом дворце⁈

— Да, в Неме, — проговорила Масаса, и слова будто застряли у неё в горле. Она понимала: если Данила выживет, её ждёт кара. Конунг сдаст ее, а Председатель не простит развязанной гражданской войны. Но промолчать тоже было невозможно. Конунг Данила — не какая-то подлая тварь вроде Лорда Тени; он не должен погибнуть в такой бессмысленной мясорубке.

Магиня собрала остатки храбрости и сказала прямо:

— Возможно… мы могли бы помочь ему, Председатель. Мы обязаны ему за ту оплошность с Лордом Тенью.

— Без конунга Данилы как без рассола, — помрачнел Хоттабыч. — Мы не можем переместиться в Багровые Земли. Я не знаю насколько сильно там забухал Багровый, но если он узнает что Организация нарушила соглашения и свободно разгуливает в его дворце, то нам крепко прилетит… кхм, вернее, все соглашения с Багровыми Землями будут разорваны.

— Но…!

— Никаких «но», — строго бросает Хоттабыч. — Конунг Данила — взрослый мальчик и знает на что шел. Ни за что не поверю, что он там на местах не видел к чему приведет Багровый Исход, а значит это его выбор. Мы не будем вмешиваться. Продолжайте следить за ситуацией в Неме. Я жду отчет по завершению резни.

— Так точно, Председатель, — отчитывается Спутник.

А Масаса опускает голову и свесившиеся шоколадные кудри закрывают блестящие от слез глаз.

«Прости, конунг».

— И не забудьте узнать имя того лорда, кому в итоге достанется Багровый жезл, — тем временем бросает Хоттабыч.

Скажу я вам, зрелище то ещё: стою с этой красной палкой в руках, помахиваю ею прямо перед десятками лордов и леди, которые только что рвали друг другу глотки за неё, а теперь стоят как прибитые. Глаза хлопают, челюсти падают и дружно стучат о мраморный пол. Камила, моя козырная дама, рядом стоит как вылитая принцесса: подбородок гордо поднят, взгляд холодный, осанка безупречная.

Лорд Стали первым приходит в себя. Сначала захлёбывается, пытается подобрать слова, но когда наконец переваривает увиденное, срывается на возмущённый крик:

— Ваше Багровейшество! Да как же так⁈ Вы и вправду намерены возвести в регенты какого-то круглоухого смертного⁈ Поставить его над нами, лордами-дроу, чья кровь веками проливалась за эти земли⁈

Багровый переводит на него взгляд — тяжёлый, ледяной. И Лорд Стали моментально затыкается, будто ему горло перехватило. Остальные лорды стоят понуро, не смея даже шелохнуться. Но их глаза выдают больше, чем слова: одни полны ужаса, другие — с едва заметной искрой надежды: может, еще всё образумится.

Но нет, ребята, я с вами теперь надолго.

— Глупости не говори, Грендеэль, — мрачно бросает Багровый. — Почему бы и не да? Я не вижу причин против.

Лорд Стали морщится, силится возразить, но голос уже не такой уверенный. Он срывается, дрожит:

— Но вы… вы не можете…

Багровый тут же переспрашивает, и в его тоне слышен нажим, словно он придавил камнем:

— Почему это я не могу?

Эти пять слов падают, как каменная плита. Лорд Стали, который секунду назад кипел возмущением, тут же осекается. Он торопливо бормочет сбивчиво, почти умоляюще:

— Я… я не это имел в виду… господин… вы неправильно поняли…

Багровый даже пальцем не шевельнул. Его глаза чуть прищурились — и всё. В ту же секунду тело Лорда Стали подхватывает невидимая рука, и он взмывает вверх, с чудовищным грохотом врезаясь в потолок. Обломки осыпаются вниз. А затем тело падает обратно на пол, с глухим ударом, корчится, пытаясь вдохнуть, хрипит, словно грудь ему ломами раскрошили.

Я же в очередной раз пользуюсь возможностью и изучаю Багрового. Силен, силен. Меридианы почти не напряглись. Техника Бездны в легкой форме. Он даже не стал собирать привычный синий шар гравитации. Для него это всё равно, что дунуть на свечу.

— Кстати, лорды, — замечаю я с ленцой, нарочно громко. — Потомок Его Багровейшества, моя жена, королева Камила, — тоже человек. Неужели вы хотели ее оскорбить?

На полу Лорд Стали, едва дыша, простонал, будто пытаясь возразить, но очень уж непонятно. Только теперь до него дошло, что он сморозил оскорбление не только мне, но и «правнучке» самого Багрового.

— Кстати-ка, — кивает Багровый, и его взгляд впивается в побитого лорда, как клинок. — Так какого хрена ты мне тут сказки толкаешь? Какая тебе разница, человек он или нет?

Лорд Стали белеет на глазах, словно мел, и, не выдержав, теряет сознание прямо на холодном камне.

И тут Питон бросает:

— А я, знаете ли, всегда считал короля Данилу достойным, чтобы держать Багровый Жезл.

Он словно подает сигнал, и остальные лорды тут же начинают часто-часто кивать. Никто больше не осмеливается возразить против моей кандидатуры. Шепотки стихают, в зале вновь становится гробовая тишина. На этом, похоже, все протесты закончились.

Краем глаза я замечаю Гюрзу. Леди стоит чуть позади отца, и по ней видно — ошеломлена. Глаза широко раскрыты, в них удивление и растерянность, грудь тяжело и часто вздымается. Не ожидала она такого исхода. Совсем не ожидала.

Мои жёны тоже слегка прифигели. Как и Гришка — тот таращит глаза, будто только что увидел чудо. Я заранее поделился с благоверными своим планом, но лишь в общих чертах. Больше всего времени уделил Камиле, готовил её, чтобы в решающий момент она не растерялась и сумела перекинуть назначение регента на меня.

Багровый Властелин, конечно, чертовски силён. Но читается он проще, чем думает о себе. Тут и размышлять особо не нужно было: грех не воспользоваться шансом, чтобы остановить мясорубку и вырвать власть прямо из центра вихря.

Багровый поворачивает голову к Зару:

— Введи короля Данилу и крошку Камилу в курс дел. Отныне они твои повелители.

— Так точно, Ваше Багровейшество, — откликается Зар, склоняя голову достаточно низко, да еще не забывая и поклониться нам с Камилой. Так вот, хех. Мы теперь в фаворе.

Что ж, время повышать ставки. Назначение назначением, но так дела не делаются.

Я произношу:

— Ваше Багровейшество, не так быстро. Не спешите меня записывать в регенты. Я, между прочим, своего согласия не давал. Да, моя жена выдвинула мою кандидатуру, но решение остаётся за мной. Я не ваш вассал. Я — король Золотого Полдня, и у меня своих дел выше крыши.

Теперь в зале воцаряется тишина такая, что слышно, как кто-то тяжело глотнул слюну. Лорды и леди дроу застыли, будто статуи. Одни бегают глазами словно в поисках спасительного круга, другие стоят в ступоре, как если бы язык к нёбу прилип. Пара дам обмякла и рухнула в обморок. Гюрза схватилась за сердце, побелела, и по её глазам ясно — мысленно уже простилась со мной. Даже мои жёны напряглись: Настя непроизвольно выпустила клыки, а в глазах у Светки вспыхнул огонь, готовый вырваться наружу. Никто, вообще никто не ожидал, что я осмелюсь возразить самому Багровому Властелину. И даже он сам — не ожидал. Брови его вскинулись, и впервые на лице мелькнуло что-то похожее на удивление.

Я смотрю прямо в его глаза, не отводя взгляда. Его лицо становится каменным, словно высеченным из серого гранита.

— Как это? — хмуро бросает Багровый. — Что значит — ты не будешь?

Я отвечаю развязно:

— То, что вы слышали, Ваше Багровейшество. Я не могу взять на себя ответственность править страной, которую в нынешних условиях невозможно удержать. Это не бахвальство, а факт. Я не профан — я профи. И мне нужны гарантии. От вас.

Багровый цокает языком, недовольно, но без злобы. Его голос звучит как усталый скрежет:

— Опять твои условия, — не знаю про что он, но, видимо, про Молодильный сад. Я тогда тоже торговался будь здоров, и все между прочим в выигрыше оказались. Потому Багровый сейчас и не кипит. — Что ты хочешь в этот раз, король Данила?

Я не мну слова, выкладываю прямо:

— Я хочу, чтобы вы были рядом, если Кузня-Гора решит объявить войну Багровым Землям. Чтобы вы не бросили нас, а по моему зову пришли на выручку. Насколько понимаю, вы собираетесь отлучиться. Потому я и закладываю такую предосторожность.

Про себя думаю другое. Главное сейчас — заручиться поддержкой Багрового, хотя бы формальной. Пусть эти лорды-дроу всё увидят и запомнят: если понадобится, я смогу позвать Его Багровейшество. Тогда им всем крышка. Никакой мятеж, никакая коалиция не устоит против того, перед кем они сами ходят на полусогнутых. Это щит, и я обязан этот щит себе обеспечить. Мне даром не сдались Багровые Земли, но разу уж только я могу их удержать от войны, чтобы и мой род не задело на сдачу, то так и быть, получайте, остроухие.

Багровый морщится. Резко бросает:

— Отойдём, король Данила. — Его палец указывает на распахнутые створки. — На балкон. Крошка Камила, ты тоже.

Я оборачиваюсь и киваю Лакомке — мол, всё в порядке, держи младшеньких под контролем. Мы втроём выходим наружу. Холодный воздух ударяет в лицо, но я чувствую на спине жгучие взгляды зала — лорды следят за каждым шагом.