Григорий Володин – Газлайтер. Том 31 (страница 8)

Возвращаюсь в усадьбу — я весь в раздумьях. Дед Миша, правда, что ли, ты живой?.. Нереально, но если так, это столько проблем создаст роду. И нет, я не боюсь потерять место главы, даже если бы старик вернулся в полном здравии, что почти невозможно. Я основал род Вещих–Филиновых, и это новый род, который начинается с меня, пускай в предках и числятся Филиновы.

Но подумать об усадьбе не дают. По мыслеречи связывается Ледзор и сообщает, что к Рю но Сиро скоро двинется крупная флотилия филиппинцев. Это уже прямо военные.

Я тут же отвечаю морхалу:

— Тогда я пошлю к тебе Золотого Дракона.

— Хрусть да треск, а стоит ли? Помнишь же, граф, что по соглашению с японцами контингент в Замке Дракона должен быть ограничен, — напоминает Одиннадцатипалый.

Я фыркаю.

— Надо — значит, плевать. Если японцы начнут ерепениться, я просто покажу им, сколько филиппинцев мы уже размазали в море. Это ведь угроза не только нам, сколько всем японским островам за нами. А если японцы возмутятся — пусть сами свои острова защищают. Да что-то их ответной флотилии не видно.

— Хо-хо, граф, это по мне! Наносить правду.

Переключаюсь на Студня:

— Золотого отправляйте к Рю но Сиро как можно скорее. И нацепите на него кольцо. Филиппинцы скоро узнают, как выглядит настоящая зола.

Тихий океан, Восточное полушарие

Небо над Тихим океаном — безупречно чистое. Без облаков, без птиц. Лишь ритмичное биение крыльев, да золотые блики на чешуе — отражение солнца на теле того, кто сам старше большинства звёзд, мерцающих по ночам над этим миром.

Золотой Дракон летит высоко. Его полёт — не перемещение, а состояние. На драконьем пальце, ниже когтя, сверкает гигантское кольцо из стали с крохотным вкраплённым кусочком мидасия. Гумалин выковал этот обод специально для златокрылого.

На горизонте вспыхивают точки: японские родовые самолёты с гербами на бортах. Один за другим выходят на перехват, формируя эшелон. А потом — резкие фразы по мыслеречи:

— Зверь Вещего-Филинова! Возвращайся на базу! Немедленно возвращайся! Повторяем: это приказ! Род Амагири не потерпит нарушения закона Императора! А иначе мы откроем огонь!

Золотой не отвечает на этот бред.

Он поднимается чуть выше и по ментальному каналу связывается с телепатом. Кольцо на когте активирует соединение.

— Черви в летающих консервных банках пытаются остановить меня. Они смеют приказывать мне, королю неба.

Голос Данилы звучит лениво, почти зевая:

— Я посмотрел через Ломтика. Это всего лишь родовые самолёты, не имперские истребители. Дыхни, чтобы испугались и улетели. На худой конец — сбей, но не насмерть.

Золотой хмыкает. Самолёты как раз поднялись за ним следом.

Он открывает пасть — наружу вырывается огонь. Он целится в сторону, но человечки в банках не отступают. Тогда Золотой окружает себя куполом из янтарного света — и просто летит в лобовую. Первый самолёт врезается в поле. Визг. Дёрганый разворот. Второй следует за ним, сходит с курса, уходит в пике. Лётчики катапультируются, будто вылетают из крышек бутылок, кувыркаясь в небе.

Золотой даже не оборачивается и не сбавляет скорость. Он бережёт огонь для филиппинского флота — и очень скоро они почувствуют его на себе.

Резиденция рода Амагири, южные острова Японии

Глава рода Амагири Рейн сидел за массивным, чёрным как нефрит, столом — тот был вырезан из единого блока обсидиана и полирован до зеркального блеска. На экране тяжёлого, почти архаичного ноутбука — ни диаграммы, ни отчёты, а старая добрая «Косынка», с которой он не расставался вот уже десять лет. Карты скользили одна за другой, раскладываясь в порядке. Угрюмый и сосредоточенный, глава рода ставил очередной рекорд.

Дверь беззвучно отъехала в сторону. Вошёл старший гвардеец, облачённый в форменный чёрный хаори с эмблемой семьи на груди — стилизованной пятиглавой гидры. Он замер, не поднимая взгляда, и склонился в безупречном поклоне, выверенном до миллиметра:

— Два самолёта сбиты, господин. Те, что патрулировали у Рю но Сиро. Как вы и велели, они требовали от Золотого Дракона отступления. Пилоты живы. Машины не подлежат восстановлению.

Рейн оторвался от экрана, медленно моргнул, будто возвращаясь с карточных волн.

— Филинов посмел дать отпор? — рассвирепел глава рода. — Чем думал этот русский мальчишка?.. Или золотая ящерица не слушается его? Может, она неуправляемая?

Гвардеец поднял голову, позволив себе короткий взгляд — не в глаза, а на губы господина, чтобы вовремя увидеть начало недовольства:

— Судя по тому, как Золотой Дракон затем уничтожил флотилию филиппинцев, пытавшихся приблизиться к Рю но Сиро… выходит, Филинов вполне неплохо им управляет. Он защитил остров от захвата. И не потерял ни одного защитника Замка Дракона.

Рейн сузил глаза:

— Ты звучишь так, будто восхищаешься русским телепатом.

— Простите, — гвардеец вновь склонился. — Но разве вы поступили бы иначе, окажись на его месте?

Рейн поднялся из-за стола:

— Это неважно. Именно сейчас я поступлю по-своему, потому что я — на своём месте, а не на месте мальчишки, — отчеканил он и, остановившись у кресла, облокотился на спинку. — Пожалуй, пора передать Филинову ультиматум. В качестве компенсации за уничтоженные самолёты потребую у него Рю но Сиро, Замок Дракона.

Гвардеец слегка вздрогнул. Помолчал. Затем осмелился:

— Простите, но разве не выгодно иметь сильного союзника на границе с Филиппинами? Живой щит. Рю но Сиро расположен ровно между нашими землями и их акваторией. Он буквально стоит поперёк их атаки.

Рейн покачал головой:

— Нет.

— Но ведь флотилия не пересекла нашу границу. Её остановил именно Филинов, и нам не пришлось самим вступать в бой.

— Всё верно, — кивнул Рейн, и в его голосе зазвучала отстранённая уверенность. — Но дело не в филиппинской угрозе. Дело в том, что я хочу этот остров. Замок Дракона будет моим.

— Конечно, господин, — сдержанно ответил гвардеец. — Просто… с точки зрения стратегии он ничтожен. Мал, удалён, почти не обитаем. Он не…

— Это мне решать, — отрезал Рейн, резко разворачиваясь.

Он подошёл к панорамному окну и принялся любоваться садом камней.

Гвардеец ничего не понимает в стратегии рода. В глубокой древности Рю но Сиро был центром островного государства, давно затонувшего под волнами истории. И если верить догадкам археологов, в его подземных уровнях до сих пор хранятся реликвии древних.

Пора связаться с Синди. Сейчас племянник как раз в Москве на учебе.

Рейн берёт со стола мобильник.

— Алло, Синди-сан, для тебя есть задание — потребуй у Филинова компенсацию…

Я собираюсь на переговоры к Мерзлотнику. Вопрос серьёзный — поставки подлодок на Остров Некроманти. У рода Мерзлотников есть интересные игрушки — субмарины, которые они, по какой-то причине, называют «коньками». Небольшие, но манёвренные, глубоководные, с приличной боевой оснасткой. Такие нам бы пригодились. Особенно сейчас, когда Остров вот-вот встанет под моё знамя. Кира уже разведала обстановку в этом плане, и Брикс даже сам горит желанием стать моим вассалом. Эх, такой лакомый кусок упускать нельзя. Ведь там ещё под Островом Лабиринт Первозданной Тьмы, а это гигантский источник энергии Тьмы — знать бы только, как ей пользоваться. Ну ничего, у меня есть на примете один Лорд Тени, на чью память я облизываюсь с недавних пор.

Ну, вернёмся к Острову. Даже если всё пойдёт гладко — Острову нужен подводный флот. Минимум — для сдерживания атлантов, которые активизировались. А если вдруг им и правда попадётся Феанор — не хотелось бы, чтобы его сгубили жаброшейные, или сожрала какая-нибудь местная зубастая рыбина. Всё-таки Воитель — родственник жены, хоть и поехавший.

Я переодеваюсь у себя в комнате. На мне пока только брюки, рубашка — на кровати. В этот момент тихонько стучат в дверь.

— Войдите, — говорю на автомате, застёгивая ремень.

Входит Камила. Деловое платье-футляр, подчёркивающее и талию, и намерения. Строгая, собранная. Ещё и крутится передо мной с довольной улыбкой. За ней — Настя, как всегда в майке и шортах, в босоножках, будто идёт не в поместье к графу. Впрочем, жёнам виднее, как им одеваться, я сюда не лезу. Да и Мерзлотник — это мой вассал, а значит, по регламенту можно ехать к нему в повседневной одежде.

Я поднимаю руку и притягиваю Камилу ближе:

— Подойди.

— Да? — брюнетка пылко приоткрывает губы.

— Дай проверю твою гидру.

— Ай, да блин… — разочарованно супит она брови, а Настя тихо хихикает.

Протягиваю ментальные щупы и ныряю в её тень, где спит теневая гидра. Быстрая проверка состояния. Гидра сыта, энергии достаточно, закладки не тронуты. Безопасна для жены — и опасна для врагов.

В дверях встаёт Гереса в боевом облачении: кольчуга плотно облегает тело, булава висит на поясе. Снова переоделась — платье отправилось отдыхать, боевой режим включён. В связи с последними событиями богатырша теперь временно охраняет Светку здесь, в поместье. Просто временная рокировка. Пока не вернулась к управлению своим публичным заведением в Невинске.

— Милорд, явился гость, — говорит она. — Японец. Амагири Синди.

Вот и Амагири пожаловали, причём без предупредительного звонка. Значит, они вели наружное наблюдение за усадьбой и знали, что я в доме и пока не выезжал.

— Пойдём со мной, — говорю Гересе, и она отступает в коридор, дожидаясь меня.

Оглядываюсь на Настю с Камилой.