Григорий Володин – Газлайтер. Том 23 (страница 45)

Светка надувает губы, скрещивает руки:

— Блин, а почему мы так не можем? Я бы тоже так хотела…

Я пожимаю плечами, ухмыляюсь:

— Ну, для алиби самолёт всё равно должен лететь. Мы же не можем все вместе вдруг возникнуть в Москве — будут вопросы. Так что не расстраивайтесь.

Девочки вздыхают, но, конечно, соглашаются. Машу рукой, наблюдая, как лимузин отъезжает.

Направляюсь в кабинет, сажусь за стол, перебираю бумаги, пытаясь сосредоточиться на оперативных отчетах. Не успеваю толком войти в рабочий режим, как дёргают ручку двери. Резко. Без стука.

Дверь распахивается, и в комнату вваливается Феанор. Переоделся в выданную слугами одежду, вид теперь вполне приличный, даже элегантный. Но, конечно, это не мешает ему оставаться чурбаном. Хмурый, раздражённый, стоит в дверях, будто сейчас начнёт швыряться лавой. Только тогда ему самому не поздоровится.

— Менталист, как ты спасёшь моих подданных? — рявкает он, даже не пытаясь сгладить тон.

Я откидываюсь в кресле, лениво потягиваюсь и, не поднимая глаз от бумаг, спокойно отвечаю:

— Нужны гули.

Феанор моргает, словно не расслышал.

— Гули? Звери?

Вздыхаю, кладу бумаги на стол и встречаю его взгляд.

— Да, они самые. Эти твари распространяются на моих будущих родовых землях. Их можно использовать, чтобы сбить вирус, который заражает твоих людей.

Феанор прищуривается, оценивающе смотрит на меня, пытаясь разобраться, шучу я или нет.

— Нужно мясо тварей?

Хмыкаю, перекатывая ручку по столу:

— Я сказал, нужны гули. Ещё раз повторить?

Феанор хмурится.

— Как тебе можно верить, человек?

Резко выдыхаю, отбрасываю бумаги в сторону.

— Как? — Поднимаю на него тяжёлый взгляд и, медленно, с явным сарказмом, перечисляю: — Слушай, мужик, я спас твоих сородичей, женился на твоей племяннице, вытащил тебя из плена монахов, а ты мне ещё предъявляешь⁈ Знаешь что? Пошёл ты в задницу.

Феанор моргает. Явно не ожидал такого финала разговора.

Воитель мрачнеет, напряжение в его фигуре нарастает, но затем он резко выдыхает и, неохотно, будто через силу, кивает:

— Хорошо… Я тебе поверю.

Я даже немного удивляясь тому, что он так быстро сдал позиции. Просто ответил ему тем же тоном, и, похоже, он это даже оценил. Ну надо же. В следующий раз, если он снова начнёт качаться, я ему и голову снесу. Может, тоже понравится. Усмехаюсь про себя, поднимаюсь с кресла, лениво потягиваясь:

— Отлично. Тогда пошли.

— Куда⁈

— Увидишь, когда придем.

Во дворе нас уже ждёт Портакл, колдуя над стелой портала. Вокруг него колеблются энергетические линии, светящиеся бледно-голубым цветом, а воздух пахнет озоном — явный признак, что кодировка почти завершена. Я киваю ему, затем беру портальную стелу у него из рук.

— Перемещай в мою усадьбу в Москве.

Портакл, не отвлекаясь от процесса, кидает в ответ:

— Напомни координаты, конунг.

Быстро перечисляю, затем кладу ладонь на плечо Феанора и дожидаюсь, когда Портакл активирует перемещение.

Как только оказываемся в московском доме, за окном мокрый снег шуршит по крыше, а возле входной двери раздаются шаги. Через секунду дверь распахивается, и в комнату входят слуги, нагруженные чемоданами. За ними — мои жёны. Первой залетает Светка, тут же останавливается, увидев меня, и бросает удивлённый взгляд:

— Ну, зашибись! Ты нас даже обогнал.

Я пожимаю плечами, ухмыляюсь:

— Вы что-то долго. — Смотрю на часы. — Уже полдевятого.

Перевожу взгляд на угроюмого Феанора, делаю жест в сторону выхода:

— Выходим. Едем в Кремль.

У ворот Кремля постовой внимательно изучает документы, сверяет фото, затем переводит взгляд на Феанора. Его глаза тут же цепляются за уши альва.

— Кто это? — голос напряжённый, рука чуть дрогнула у ремня с рацией.

Я спокойно, без намёка на сомнение, отвечаю:

— Мой сопровождающий. Слуга.

Феанор хмыкает, но молчит. Постовой ещё раз оценивающе осматривает его, но ничего не говорит, лишь кивает, пропуская нас внутрь.

— Оставайся в машине, — бросаю Воителю, а сам в сопровождении кремлевского адъютанта двигаюсь в сторону главного здания. Воителя взял с собой только чтобы не оставлять его наедине с женами, а то мало ли.

В конференц-зале уже собрались представители Семибоярщины: Годунов, Хлестаков, другие бояре, а также генерал Кутузов и Владислав Владимирович. Все явно в курсе проблемы и готовы к обсуждению. Вскоре входит Царь. Он даже не садится, лишь бросает через плечо Кутузову:

— Давай кратко доложи обстановку, Борис Глебович,

Кутузов кивает, показывает на карту:

— Здесь сейчас сама тяжелая сиутация, Ваше Величество. Восемь орд гулей двигаются по землям Семибоярщины.

Годунов встревает тут же, будто только и ждал момента:

— Мы уже даём отпор, боремся с ними. Но налицо жесткая несправедливость, Ваше Величество!

— Неужели? — приподнимает брови Царь Борис.

— Конечно! — Годунов бросает в мою сторону взгляд. — Если мы уничтожим всех гулей на наших землях и потом отдадим эти земли Филинову, то какой нам в этом прок? Мы не имеем мотивации!

Я смотрю на него и ухмыляюсь:

— Федот Геннадьевич, в чем-то прав, Ваше Величество. Потому я предлагаю устроить гонку.

Тишина. Все застывают, переводя на меня недоумённые взгляды.

— Гонку, Данила? — спрашивает Царь.

Я развожу руками:

— Берём с уважаемыми боярами каждый по орде. Кто больше тварей зачистит — тому и достанутся земли.

Царь задумывается. Я прекрасно знаю, что бояре не дерутся с гулями в полную силу. Они осторожничают, тянут время, ждут, когда царские войска всё сделают. Но если их заставить действовать на пределе возможностей, не давая выбора, это спасёт больше жизней. При этом, конечно, своё я тоже не упущу.

Царь медленно кивает, оценивающе глядя на меня:

— Ты и так имеешь право на свои земли, Данила, ведь это ты освободил Буян от Демона. Но если ты хочешь сделать это таким способом… — он делает паузу, предоставляя мне ответить.

Я киваю, ухмыляясь:

— Да, хочу, Ваше Величество.