Григорий Володин – Газлайтер. Том 23 (страница 39)

— Ваше Сиятельство! Благодарю за гостеприимство.

Уже в машине, направляясь в город, Ольга благодарит Ирину:

— Вы лично встретили меня, спасибо вам большое, Ирина Герасимовна. Знаю, что сейчас вам непросто, приходится заниматься восстановлением княжества, приводить всё в порядок.

Ирина вздыхает, отводя взгляд:

— Даже не знаю, как сказать… Но, если честно, я сейчас мало что решаю сама. В княжестве работают царские ревизоры, а ещё больше мне помог — Данила Степанович. Он обо всём позаботился.

Ольга медленно кивает, прежде чем, понизив голос, добавляет:

— Да, безусловно… Я в курсе, что Данила Степанович избавил вас от Демона. И, разумеется, эта информация не для прессы, можете не беспокоиться. Хоть я и редактор «Новостного Льва», но не собираюсь нарушать ни этику, ни указы Царя.

Ирина бросает на неё взволнованный взгляд. На мгновение колеблется, но затем всё же продолжает:

— Данила Степанович не просто убил Демона… Он сильно помогает мне. Прислал людей, управляющих, которые взяли на себя всю организационную работу. Мне остаётся только одобрять их решения. Его телепат постоянно следит за моим психическим состоянием, и мне никогда ещё не было так… спокойно. А гуманитарная помощь в деревнях Буяника? Я узнала о ней только недавно — он и этим успел заняться. Продовольствие и лекарства… Всё организовано.

Ольга тихо замечает, задумчиво проводя пальцем по узору на подлокотнике сиденья:

— Да, Данила Степанович очень заботлив. Он всегда поддерживает своих друзей… Я это знаю по себе.

Ирина отводит взгляд, её пальцы нервно сжимают тонкую перчатку на коленях. Голос звучит едва слышно:

— Я… предлагала ему стать князем…

Но тут же осекается, словно пожалела, что проговорилась. В салоне воцаряется напряжённая пауза, нарушаемая лишь ровным гулом мотора. Ольга едва заметно приподнимает бровь, сердце стучит быстрее, но княжна быстро берёт себя в руки, пряча удивление за невозмутимой маской.

— Даже так?

Ирина, собравшись с мыслями, отвечает:

— Но он отказался. Хотя… помощь свою продолжает оказывать.

Ольга внимательно наблюдает за собеседницей. Удивляет даже не столько сама новость, сколько лёгкость, с которой Ирина её озвучила. Будто говорит о погоде. Но вот тонкая деталь — едва слышный вздох. Плечи чуть поникают, взгляд становится рассеянным.

Княжна Гривова отмечает про себя: либо Ирина Герасимовна смирилась с отказом Вещего-Филинова.

— Я, наверное, ещё не привыкла вести себя по-светски, — произносит Ирина, виновато улыбаясь. — Слишком много лет я провела в плену у Демона. Видела, какие ужасы он оставлял после себя. Иногда мне кажется, что я так и осталась тем ребёнком, каким была, когда он захватил моё тело. Время шло, но не для меня. И теперь… я будто не соответствую тому возрасту, который записан за мной. Вот и предложила Даниле Степановичу, не подумав.

Ольга спокойно отвечает, её голос звучит ровно и уверенно:

— Убеждена, что Данила Степанович на вас не в обиде. Мы с ним хорошо знакомы, поэтому могу сказать это с полной уверенностью. Я приехала, чтобы сообщить вам важную новость. Как вам уже известно, Царь одобрил вашу кандидатуру на княжение в Буяне — пока не найдётся достойный кандидат для брака или пока вы сами не выберете кого-то из предложенных. Времени у вас достаточно, никто не будет торопить с решением. Я же займусь организацией церемонии вашего официального назначения и подготовлю всё необходимое.

Ирина замирает, словно обдумывая услышанное. Затем кивает, в её глазах мелькает благодарность.

— Да… Спасибо большое, Ваше Высочество!

Голос звучит чуть громче, в тоне появляется искренность, но тут же, словно сбившись от волнения, она задаёт вопрос, с интересом вглядываясь в собеседницу:

— А вы, значит, с Данилой Степановичем давно дружите? Не расскажете о нём побольше? Мы так мало с ним общались…

— Король альвов⁈

Воитель сидит на лежанке, тяжело дышит, уже почти свирепо. Вид у него тот ещё — будто медведю в лапу вбили кол, а потом ещё и объяснили, что это ради его же блага. Я улыбаюсь, наблюдая за этим спектаклем.

Черноволосый альв резко вскидывает голову, взгляд цепляется за Бера, затем медленно смещается на меня. В голосе звучит чистое недоверие, смешанное с раздражением:

— Кто это⁈ Бер, кто этот человек⁈

Бер нервно сглатывает, мямлит:

— Это лорд Данила, дядя…

Воитель хмурится так, будто я лично у него из миски еду украл. Лицо тяжелеет, взгляд темнеет, а голос становится таким же мягким, как кирпич в лицо:

— И почему он смеет называть себя моим королём⁈

Бер топчется, будто ищет путь к отступлению. Кузен выдавливает из себя:

— Дядя… он спас нас всех. В том числе и тебя.

Феанор, конечно, не был бы собой, если бы не фыркнул с откровенным презрением:

— То, что он менталист и ковырялся у меня в голове, не даёт ему права претендовать на корону.

Я лениво наблюдаю за этим цирком, который уже начинает утомлять. Сколько можно? Пора бы перейти к сути.

— А со мной не хочешь пообщаться, лорд Феанор? — подаю голос. — Я, знаешь ли, прекрасно понимаю альвийское наречие.

Воитель нехотя переводит на меня тяжёлый взгляд. Наконец удостаивает личного обращения. Видимо, я всё-таки заслужил. Почётно, хе.

— У нас есть законы, данные нам предками. Чужак, по какому праву ты можешь претендовать на наш трон?

Даже не моргаю.

— По такому праву, что королева Алира признала меня своим милордом. А в ваших же законах, если я не ошибаюсь, есть пункт о передаче королевских прав.

Феанор хмурится. Тени в складках его лица становятся глубже.

— Алира, значит… — протягивает он, словно пробует слово на зуб. — Но Алира без моего брата — никто. А брат мёртв. И раз у него не родился сын, только дочери, значит, королём буду я.

Я усмехаюсь. Ну конечно. Всё же классика — «по закону, но только когда мне выгодно».

— Многие с тобой не согласятся, — замечаю.

Воитель хрипло выдыхает, напрягает мышцы и с усилием поднимается на ноги. Движется он хоть и тяжело, но явно с силой. Воитель — титул не для абы кого. Его носит лучший генерал альвов. И этот экземпляр явно не исключение: меридианы чёткие, ментальный контроль крепкий, источник магии огромен. Всё при нём. Он поводит плечами, разминаясь, затем поворачивается к Беру и требовательно рявкает:

— Дай мне меч. Я срублю голову этому наглому менталисту.

Зела тут же вмешивается, голос у неё резкий, как удар хлыста:

— Бер, не давай ему ничего!

Я с Ледзором переглядываюсь, оба ухмыляемся. Морхалу тоже весело наблюдать за Воителем — он уже нетерпеливо поигрывает топором в пальцах. Правда, вот взмахнуть им Одиннадцатипалый точно не успеет.

Бер медлит, мечется взглядом между дядей и мной, явно не зная, что делать.

— Дядя, ты не понимаешь… — начинает он, но не успевает договорить.

Воитель движется молниеносно. Взмах руки — и вот уже фламберг Бера оказывается у него в руках. Всё настолько быстро, что бедолага даже моргнуть не успевает. Ну, теперь официально: титул «лучший мечник Полуденного королевства» ему явно присудили по блату. А может, Воитель просто в это время был в академотпуске.

Лорд Феанор резко разворачивается ко мне, пальцы с силой сжимают рукоять. Ледзор, едва заметно напрягается:

— Мне вмешаться, граф?

Оглядываю Феанора, снова сканирую его состояние. Спокойно отвечаю:

— Да нет, лорд Феанор уже устал. Ему пора спать.

— Ты сам сейчас уснешь! — гремит Воитель.

Как сразить великого Воителя альвов, мощного Грандмастера? О, очень просто. Пара ментальных усилий — и победа за мной. Феанор пошатывается, его взгляд мутнеет, тело резко обмякает… и вот он, как срубленное дерево, с глухим шмяком валится на пол, полностью отключившись.

Ну что ж, надо признать, королевский генерал очень красиво вырубается.

Бер и Зела в шоке.

— Что с ним случилось⁈