Григорий Шаргородский – Оценщик. Защитник феи (страница 52)

Приземлился я спиной к автоматчикам, но судя по выбросам энергии разрушения, на результаты бросков можно не смотреть. Да и не хотелось, потому что был занят. Потратив лишнюю секунду на то, чтобы создать не очередное лезвие, а кое-что посложнее, я запустил в Жору оглушающий конструкт.

К этому моменту Ваха пришел в себя и начал действовать. Я даже не успел пожалеть о том, что решил вырубать Жору, вместо того чтобы еще двумя лезвиями грохнуть и его, и уже упавшего на пол крепыша, но через секунду необходимость в этом отпала.

Ваха то ли решил, что справится со мною самостоятельно, то ли тут какие-то старые обиды, но для начала он небрежно дернул палочкой – и оторванная голова Кардана как детский мячик откатилась в сторону, оставляя за собой кровавый след.

– Ты кто такой?! – каркающим от волнения голосом заорал бандитствующий чародей, которого явно смутил мой шлем. Но тут его взгляд прикипел к палочке в моих руках, и Ваха с улыбкой протянул: – А-а, явился за добавкой? Зря ты убил дядю. Теперь мне никто не помешает отомстить за учителя.

А вот и подтверждение моего предположения о том, кто именно натаскивал бандитов. Впрочем, это уже не имеет значения – главное, что благодаря болтливости Вахи я успел не только снять мешавший обзору и совершенно бесполезный в магической дуэли шлем, а еще начал плести основу огненной плети.

Ваха почему-то не спешил, рассматривая меня, как диковинку. Похоже, он реально думал, что в нашем прошлом бою не добил меня исключительно из-за вмешательства Тагильского. В принципе, неудивительно, ведь даже моя победа над эльфом на арене выглядела чистой воды везением, а сам я казался абсолютно криворуким неумехой – по крайней мере, на взгляд опытного чародея. Но когда мой соперник увидел, как, оставляя опалины на твердом полу, развернулась огненная плеть, то явно осознал масштаб проблемы.

Похоже, в отличие от индуса, чеченец предпочитал дистанционный бой и научился лихо долбить соперников одноразовыми печатями. Он явно узнал использованный мной стабильный конструкт и понял, что его защиту я вскрою как яичную скорлупу. Поэтому шустро замахал палочкой, сплетая что-то, по его мнению, мегаубойное. Я же, активировав артефакты на обуви, использовал скольжение и как конькобежец рванул навстречу уже летящему на меня конструкту.

Эту фишку мы с Бисквитом придумали давно, но в тренировках с Порывом я выпендрился лишь раз и сильно за это поплатился. Вахе до моего учителя запредельно далеко, так что я не особо боялся. Летящую в меня печать встретил ударом хлыста, ожидаемо развалив ее на части. Там явно был еще какой-то подвох, но переконфигурировав мобильные щиты, я пронесся через заполнившееся чем-то вредоносным пространство лишь с небольшим ущербом и уже через секунду оказался практически вплотную к сопернику.

Первый удар плети он все же смог отбить усиленным щитом, но призрачный звон сообщил мне, что теперь у Вахи осталась лишь простая защита. Я ударил еще раз – точнее, попытался, потому что пришлось перенаправлять плеть на уже летевшую в Фа простенькую печать. Это еще одни фактор, почему мне так нравится плеть – она сочетает в себе не только ударные свойства, но и активно-защитные, разрушая чужие плетения. В отличие от обычной плети, магическая подчинялась не законам физики, а лишь моей воле, поэтому, извернувшись змеей, огненная нить растянулась до предела и все же сумела догнать чужой конструкт. Увы, у всего есть цена – перенапряжение вылилось в разрыв рунных цепочек, и, брызнув алыми искрами, плеть распалась, но это я заметил уже в полете.

Сильно подсобившее мне в самом начале драки везение куда-то улетучилось. Щиты, на рефлексах собранные в единую защиту со стороны противника, зазвенели от мощного удара. Они сразу вошли в контакт с аурой, и поэтому меня сильно отшвырнуло. А ведь Ваха мог ударить чем-то более проникающим, я все равно не сумел бы подстроить щиты под изменение угрозы, потому что был сильно занят. Но, похоже, ему страсть как хотелось поскорее увеличить дистанцию между нами.

Падение на пол ангара удалось перевести в контролируемый перекат и выход на низкую стойку – зря, что ли, меня так часто валяли по полу мои учителя. Еще в перекате я начал наворачивать толстенные цепи из грубых рун, чтобы успеть сплести достаточно мощный щит, ведь этот урод явно решил сначала добить фею.

Ради скорости я потратил непозволительно большое количество Живой силы, оставив в запасе сущие крохи. Нужна была большая площадь, чтобы увеличить шансы на перехват чужого плетения. Конструкты мы закончили одновременно, но так и не отправили к целям. Я сделал это вполне осознанно, а вот Ваха – от неожиданности. А все потому, что ему прямо на голову свалился Тик-так. Мышоур был в бешенстве и тут же начал драть когтями лицо тому, кто посмел угрожать его обожаемым друзьям. Увидев, как из-за сбитого моим нежданным соратником прицела конструкт улетает куда-то мимо цели, я срочно начал менять структуру готовой печати. Немного сбился из-за того, что Ваха вдруг завизжал как девчонка.

Он что, мышей боится?

Особо задумываться над фобиями типа крутого чеченского чародея было некогда. Превратив щит в силовое лезвие – благо разницы между ними особо и нет, – я запустил его параллельно полу. У любых мобильных щитов есть общая проблема. Соприкосновение с материей ослабляет их целостность. Поэтому постоянно приходилось уделять внимание усилению нижней кромки. Сейчас же все внимание Вахи занимал вцепившийся ему в лицо монстр. Если бы не фобия, то он уже разорвал бы наглого мышоура на куски. А через секунду чеченцу стало не до мелкого агрессора – трудно кого-то рвать, когда силовое лезвие перерубает обе ноги чуть выше дорогих туфель.

Ваха заорал от боли и перестал отдирать от себя мышоура, падая на колени. Тик-так быстро сообразил, что к чему, и отскочил от врага. Я на мгновение удивленно подвис, когда увидел, как мышоур выплюнул кусок чужой плоти и хищно оскалился.

Силен, бродяга!

А вот и револьверы пригодились. Палочка практически самостоятельно рыбкой нырнула в чехол – толку от нее теперь немного. Чувствуя себя манерным косплейщиком с Комик Кона, выдернул сразу оба тяжелых револьвера. Тут уж ничего не поделаешь – получилось как получилось. Отдача была мощной, и запястья тут же заныли, но все неудобства компенсировало ощущение мощи и вид урона, который я наносил врагу. Первые две артефактные пули стоящий на коленях Ваха, уже сумевший остановить кровь из обрубков ног, каким-то чудом отбил, но на этом все. Четыре следующих пробили его насквозь, вырывая из тела изрядные куски плоти. Подойдя вплотную, я сделал последний выстрел, превращая голову чародея в бесформенное нечто. Затем перевел взгляд на мышоура и отзеркалил его хищный оскал.

Ну а что?! Ведь действительно полегчало.

Короткий приступ любопытства заставил посмотреть на потолок. Ага, понятно. Тик-так сообразил сместиться к следующей решетке воздуховода и сиганул уже оттуда, но все равно парню пришлось сильно извернуться, чтобы допрыгнуть до цели.

Отбросив ненужные размышления и эмоции, я побежал к фее, которой нахождение в пыточной конструкции наверняка причиняло постоянную боль. Револьверы запихивал в кобуры уже на бегу, а еще судорожно пытался восполнить бездарно растраченную энергию из алмазного накопителя. Теперь я могу подзаряжаться и в движении, но до момента, когда получится при этом еще и плести конструкты, мне как до луны.

– Бисквит, ты еще здесь? Где подмога?

– Они уже выбивают внешние ворота, – к моему огромному облегчению, откликнулся друг.

Значит, мобильную связь, ретрансляторами которой напичкан весь человейник, еще не заблокировали, или же он как-то обходит блокировку.

– Хорошо. Жду.

На секунду застыв перед изогнувшейся в неестественной позе феей, я для начала сдернул с ее головы какой-то странный венец. Совершенно пустые глаза Фа начали наполняться смыслом, и первой в них отразилась боль. Конструкция защелок, удерживающих конечности феи в вывернутом состоянии, была довольно сложной. Так что пришлось потратить пару секунд на то, чтобы понять, как они открываются. Справился и без помощи своего Дара, но как только ухватился за специальную скобу, услышал предупреждающий писк Тик-така. Увы, поздно. Беспокойство за Фа, изучение запоров с одновременной подкачкой запаса Живой силы снизили мою бдительность.

Меня отшвырнуло от пыточной конструкции. Это был не удар, а словно гигантская невидимая рука ухватила мое тело, рывком перенесла его по воздуху и впечатала в стену, при этом растягивая конечности примерно так, как это сделал Ваха с Карданом. Оставалось только надеяться, что финал получится не таким же печальным. Я забился в силовых путах, как муха в паутине, но без толку. Так же, как когда-то Косарь не мог справиться с моим телекинетическим захватом, так и у меня сейчас не хватило уровня развития, чтобы порвать силовую паутину эльфийского князя. Кто именно спеленал меня, стало понятно через секунду, когда прямо из воздуха материализовалась высокая фигура с серебристыми волосами. Странно, что он явился в одиночку, без сопровождения парочки прихлебателей.

– Вот ты и попался, – на низшем эльфийском, словно намекая на то, что жалкому хуману высшая речь недоступна, прошипел ушастый князь. – Очень хочется растянуть твои мучения до бесконечности, но времени нет. Я и так заигрался. И все же сначала подарю тебе удовольствие наблюдать, как умирает этот паразит.