Григорий Шаргородский – Незнамо куда (страница 22)

Сначала за окном автомобиля плыли уже ставшие привычными кварталы нижнего Подола. Затем я видел лишь глухие стены складов, а после этого был резкий прорыв на простор. Открывшийся вид поражал своим великолепием. Прямая как стрела дорога разрезала казавшееся бескрайним зеленое поле. И только ближе к горизонту виднелась темно-зеленая полоса. Под пронзительно голубым небом с чуть фиолетовыми облаками все это смотрелось потрясающе.

Сначала мне показалось, что вокруг раскинулась огромная лужайка, такой она была ровной и словно подстриженной, но затем простейшая логика подсказала, что это всходы пшеницы или какой-то другой полезной зерновой культуры. Я – человек сугубо городской, и мне подобные нюансы до фонаря.

Пялиться на поле быстро надоело, к тому же мое внимание привлекло сооружение прямо по курсу. А еще то, что было над ним. Сам комплекс зданий посреди бескрайнего поля ничем особым не выделялся, но вот огромный воздушный шар с какими-то странными то ли крыльями, то ли парусами по бокам вызывал живейший интерес.

Когда мы подъехали ближе, стало видно, что шар был соединен с землей длиннющим тросом.

То, что издали выглядело небольшим и плотным нагромождением зданий, вблизи оказалось обширным полигоном в окружении валов и трехэтажных домов старого стиля. Посреди этого комплекса возвышалась каменная башня высотой как минимум этажей двадцать. Вот из ее макушки в небеса и уходил трос, удерживающий воздушный шар.

Отпустив таксиста у пропускного пункта с мощной охраной, я предъявил дружинникам свой закрепленный на часах жетон и направление от начальника почтовой службы. В ответ получил бумажную карту комплекса, где дружинник любезно отметил маркером пункты назначения. Их было только два, и один вообще находился в башне. Именно туда я и направился.

У входа в башню меня опять остановили и идентифицировали. А еще просканировали какой-то штукой. Скоростной лифт лихо запулил меня на самый верх, и, когда его створки открылись, я еще раз получил возможность оценить красоту окрестностей, но теперь уже с другого ракурса.

– Все никак не можете привыкнуть? – прозвучал веселый голос откуда-то справа.

Оторвавшись от панорамы, я осмотрелся. В принципе, уведенное мало чем отличалось от любой диспетчерской в аэропорту.

– Да, к такому привыкнуть трудно.

В помещении находились три человека, и только у одного я заметил черный перстень на руке. Это был молодой парень лет двадцати пяти, с открытой улыбкой и задорными вихрами в темно-русой прическе. Именно он и обратился ко мне, остальные присутствующие все так же вяло пялились в мониторы.

– Павел, – протянув мне руку, представился оператор.

– Никита, – ответил я на рукопожатие, решив не выпячивать нашу разницу в возрасте и настаивать на использовании отчества.

Вот тут сомнений насчет возраста моего коллеги не возникало – пацан пацаном.

– Можно на «ты»? – на всякий случай осведомился Павел.

– Давай, – согласился я, справедливо подозревая, что в кругу магов общение сильно упрощается.

– Хорошо, что ты взялся за эту работку, – продолжил коллега, махнув мне, чтобы я следовал за ним. – Я на Туманной не был, но перспектива такая имелась.

– Там все так плохо? – уже в который раз напрягся я.

– Да нет, – отмахнулся Павел, причем явно искренне. – Просто место напряжное, да и страшновато мне, дитяти городских джунглей, сидеть в настоящих лесах. К тому же Сети там нет и скука неимоверная. В эрпэгэшки не порубишься и в чатах не позависаешь.

Да уж, прямо ножом по сердцу. Игры меня интересовали мало, а вот лишение доступа к инфополю – перспектива удручающая.

– В общем, все там нормально, давай лучше перейдем к инструктажу. Ты когда-нибудь имел дело с артефактами?

– Увы, нет. Полный чайник, как говорили во времена моей юности.

– Не заморачивайся, – отмахнулся мой юный наставник. – Если мозги работают как надо, то нет ничего сложного. Управление чисто интуитивное.

Обнадежив меня, Паша прихватил от стенки свободное кресло и лихо подкатил его к своему рабочему месту. Там, как и у остальных операторов, имелось несколько мониторов и нечто похожее на большой микшерный пульт. Но было и отличие в виде двух серебристых шаров, на которые явно нужно класть ладони.

– Начнем с азов, – приступил к обучению мой коллега. – Все фиксированные матрицы энергетических плетений, в простонародье называемые артефактами, делятся на пассивные и активные. Пассивные, как те же тонизирующие амулеты, имеют одну настроечную установку и активируются, когда попадают в энергетическое поле человека. Если что-то пойдет не так, перезапускать их нужно опять же у мага, потому что только мы можем силой воли изменять состоянием матриц и заставлять их оперировать большими объемами эфира. Теперь к работе магопреобразователей. Та хрень, что висит над нашими головами, является приемником-уловителем магической энергии. На высоте в километр напряжение поля доходит до пятидесяти процентов, так что собирать там есть что. Вокруг города таких приемников восемнадцать штук. В центре города еще три, но те в основном качают чистую «ману», а мы почти все перерабатываем в электроэнергию, ну и чуток чистой энергии пускаем на нужды Полигона. Все понятно?

– Предельно, – ответил я, наслаждаясь столь грамотно скомпонованным потоком информации.

– Тогда идем дальше. Аура человека, даже простого недара, является хорошим стабилизатором, и проблемы с носимыми пассивными артефактами могут возникнуть только в сильную магическую грозу. А вот артефакты, которые находится вне ауры человека, колбасит по поводу и без повода. Думаешь, почему весь город не напичкан всякой магической хренью? Почему мы тащим бытовую технику с Земли? Да потому что для каждой внешней матрицы необходим оператор. Мы словно реле для стабилизации работы артефактов. Увы, придумать автоматику нашим ученым пока не удалось. Если все это сравнить со станками с программным управлением, то вот станок, – указал оператор на пульт, затем ткнул пальцем себя в висок, – а вот управляющий компьютер. К примеру, прямо во время нашего разговора я трижды скорректировал работу мегатрансформатора и два раза купировал сбои уловителя.

– А как же… – многозначительно покосился я на серебристые шары.

– Контактные сферы нужны только для больших скачков напряжения. А так мне достаточно просто создать стандартную дистанционную связь. На таком расстоянии с моим опытом можно обойтись даже без контактного обруча. Тебе, конечно, придется поначалу держаться за сферы руками. Ну что, попробуешь?

– Что, вот прямо сразу, без нудных инструкций? – удивился я.

– Так я же говорил, что управление интуитивное. К тому же, если что пойдет не так, подправлю без проблем, – с показной небрежностью отмахнулся Паша. – Давай, дерзай.

Не вставая с кресла, я подкатился на освобожденное юным наставником место и возложил ладони на серебристые сферы. Контакт прошел на удивление легко, так, словно я делал это уже много раз. Казалось, будто держишь в руках что-то живое, причем полностью подвластное твоей воле. Через пару секунд ощущения изменились. Показалось, что в ладонях лишь инструмент контакта. Это словно удерживать спиннинг, на конце лески которого и находится самое главное – рыба. Причем «рыба» в правом «спиннинге» ощущалась где-то высоко в небесах, а в левом – прямо подо мной.

Практически сразу пришло ощущение некой неправильности в состоянии «рыбы» в небесах. Я тут же, как и сказал Паша, интуитивно поправил положение, просто захотев, чтобы все было нормально. Через секунду дала о себе знать «рыба» подо мной. Пришлось и здесь корректировать.

– Нормально, – отвлек меня голос Паши. – Не напрягайся так. Это словно дыхание. Когда его плотно контролируешь, кажется, что сейчас собьешься и задохнешься, но если расслабишься, то поймешь, что подсознание прекрасно справляется и самостоятельно. А впрягаться нужно только в нестандартных случаях.

Постаравшись послушаться совета, я расслабился. Поначалу это давалось с трудом, но затем все легче, и я даже рискнул продолжить разговор с Пашей:

– И что, мне на станции придется сидеть так весь день?

– Нет, конечно, – отмахнулся он. – Там есть аккумуляторы, так что на суточные нужды станции их хватает с лихвой. Зарядка грузовиков займет всего часа три или четыре. К тому же со временем ты научишься управлять всем дистанционно, а нацепив контактный обруч, вообще спокойно заниматься своими делами в любой точке станции.

– Контактный обруч? – переспросил я и пропустил резкий скачок напряжения, но Паша, даже не изменившись в лице, тут же все поправил.

Ощущение вмешательства в контакт с артефактом вызвало не самые приятные ощущения. Это словно зачесавшийся затылок тебе почешет не твоя рука, а сосед по вагону в метро. Вроде зуд унялся, но ощущения не те. Так что нужно уточнить, как обстоят дела с защитой личных артефактов от внешнего вмешательства.

– В принципе, обруч – это то же самое, что и сферы, но с дистанционным доступом к артефактам, – ответил на вопрос Павел и перешел к следующему этапу обучения. – Теперь попробуем наладить контакт со сферами на расстоянии. Пока в пределах твоей ауры. Чтобы не нарабатывать ненужных рефлексов, мы делаем это, так сказать, через одно место.

– В смысле? – удивляя я.