Григорий Шаргородский – Незнамо куда (страница 19)
Немного худовата, но, если реабилитолог не врет, аппетит у нее хороший, так что откормим. Главное, что в глазах горит задор, а на лице светится улыбка.
– Привет, солнышко, – прочистив горло, хрипло сказал Гена.
– Привет, Кнопка, – справился с собой и я. – Как у тебя дела?
– Сейчас хорошо, – посерьезнела девочка и с опаской покосилась назад. – А раньше меня держали в такой штуке, как у спящей царевны.
Златка, наморщив лоб, задумалась и явно процитировала по памяти из книжки со сказками Пушкина:
– В гробу хрустальном.
От подобной цитаты у меня пробежали мурашки по коже, так что пришлось срочно поправлять:
– Кнопка, это называется лечебная капсула, но она действительно волшебная, и ты можешь считать себя царевной.
Златка с упреком посмотрела на меня, словно напоминая, что сюсюканье мне не идет.
Мы еще минут десять поговорили о всяких пустяках, затем девочку увели, и перед экраном уселась Эльвира:
– Никита Олегович, у меня приятные новости. Думаю, еще двух дней на интенсивную терапию хватит, так что послезавтра можете забрать Злату. Может, все же надумали оставить ее у нас?
– Нет, спасибо, мы уже решили эту проблему.
Не знаю почему, но реабилитолог явно строила мне глазки. Здоровая самооценка не позволяла принимать подобное внимание со спокойной душой, так что я был предельно сдержан. Вежливо попрощавшись, мы прервали связь.
Минут двадцать сидели словно пришибленные.
– Нужно выпить, – резюмировал Гена, и я был с ним полностью согласен:
– Давай сделаем так. Пусть Сосо направит нам кого-то из своих знакомых, и я поеду за покупками. Тем более что еды у нас осталось с гулькин нос. Заодно наменяю наличности для перевозчика. Ты же будешь сидеть здесь и держать оборону.
Было видно, что Баламут не хочет отпускать меня одного, но при этом он прекрасно понимал, что именно мне в подобной ситуации ничего не грозит.
Несмотря на все наши опасения, мы с таксистом на новенькой «мазде» без проблем смотались в торговый центр, закупились всем необходимым и там же наковыряли из банкомата пару пригоршней монет.
По возвращении мы с Геной быстро накрыли стол, пуская слюни на деликатесы как земного, так и местного изобретения. За три дня поедания макарон, каш и консервов вынужденный аскетизм уже в печенках сидел.
– Ну что, старый друг, – торжественно провозгласил Гена, вскрыв бутылку с виски и набулькав нам по полному стакану. – У нас получилось, и я буду тебе за это благодарен до гроба. Честно, Домовой, спасибо тебе. Если бы не ты, Златка…
Дальше он говорить не смог, да и лишнее это. Мы чокнулись и жахнули грамм по сто пятьдесят вискаря – чистой воды варварство, скажу я вам. Пир удался на славу. Стало весело и легко. Хотелось поделиться этой радостью со всем миром, но получилось разделить ее только с вышедшим покурить на балкон соседом. Он действительно оказался классным мужиком и органично влился в нашу компанию.
Увы, надолго меня не хватило. Я еще тот выпивоха. Соревноваться с Геной и пробовать не стоило, даже с помощью новых возможностей организма. В голове зашумело, да и отяжелевший желудок тянул книзу. Захотелось спать, и я не стал сопротивляться этому желанию, оставив двух алкоустойчивых мужиков добивать вторую бутылку виски.
Давно заметил, что судьба не любит беспечных торопыг и чрезмерно самоуверенных мечтателей. Заметить-то заметил, а вот правильные выводы сделать не удосужился. Как обычно, в моей жизни орудием судьбы вновь стал друг Гена, чтоб ему икалось каждый раз, когда в голову придет очередная дурь!
Несмотря на новые возможности организма, ранняя побудка далась тяжко. Сначала я вообще испугался, что на нас опять напали, но быстро сообразил, что это звенит телефон.
– Никита Олегович Зимин? – послышался в трубке строгий голос.
– Да, он самый, – автоматически ответил я, все еще не понимая, на каком свете нахожусь.
– Говорит капитан Грехов из Чуриковского околотка. Геннадий Бамутов является вашим вассалом?
А вот теперь сон окончательно покинул меня, и от предчувствия беды на голове зашевелились волосы. Быстро вскочив, я подбежал к выключателю на стене и включил люстру. Матрас Гены был пуст.
Япона икебана! Ну вот как так можно?! Откуда у человека такой талант вечно влезать в фекалии, да по самую шею! Так, стоп. Хватит истерить. Биться головой о стену будем позже, а сейчас нужно думать и искать выход из ситуации.
– Что произошло? – спросил я, стараясь говорить спокойно.
– Ваш вассал задержан по обвинению в нанесении тяжких телесный повреждений, а также причинению ущерба имуществу в крупных размерах.
Мою фантазию заклинило в попытке представить, куда это мог влезть Баламут, чтобы наколотить добра в тех самых крупных размерах. Он что, выставку местной звезды экспрессионизма разорил?
– Могу я узнать подробности происшествия?
– Да, завтра в пятнадцать ноль-ноль состоится очередное заседание городского суда. До смертоубийства не дошло, так что разбирательство пройдет по ускоренной процедуре. Максимум, что вам грозит, это крупная вира.
Мне показалось или в голосе капитана послышалась издевка? Преувеличенно вежливо попрощавшись, он повесил трубку. Странная у них здесь система. Гене позвонить не дали – просто уведомили о происшествии и времени разбирательства.
Попытка позвонить на номер Баламута ничего не дала.
Минут двадцать я сидел, тупо пялясь в стену. Не было сил даже злиться. Весь мой гениальный план сыпался как карточный домик.
Выход в сеть, как обычно, принес успокоение, точнее, серфинг отвлек от горестных мыслей. А вот в плане информации все было не очень хорошо. Сведений на данную тему хватало с лихвой, но все, кто высказывался по этому поводу, в один голос говорили, что в такой ситуации балом правит крутизна адвоката. Понятно, что если смягчающих обстоятельств нет совсем, то не поможет и гений юриспруденции. Впрочем, денег у нас нет ни на крутого адвоката, ни даже на средненького. При этом мне что-то подсказывало, что нам-то как раз будет противостоять зубр этого дела.
Нас развели как первоклашек. Гена, конечно, тот еще затейник, но не думаю, что без постороннего вмешательство он мог так затупить даже в подпитии. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы просчитать ситуацию. А она была самой что ни на есть классической – бухло закончилось, и мужики отправились за добавкой.
Чтобы проверить догадку о подставе, я вышел на лестничную площадку и позвонил в соседнюю дверь. Результат нулевой. Затем был поход на балкон и несложный акробатический этюд. Балконная дверь соседа оказалась незапертой, так что обошлось без причинения ущерба муниципальной собственности.
Вот вам и разгадка – квартира, в которой якобы уставший от семейных дрязг муж прятался от жены, была пустой, как моя голова в данный момент.
Вернувшись тем же путем, я изобразил на стуле в кухне роденовского мыслителя и начал скрипеть мозгами.
Впрочем, что тут думать? Придется переходить к запасному плану, придуманному скорее со скуки, чем из реального расчета им воспользоваться. Похоже, судьба решила наказать меня за убежденную и добровольную зависимость от благ цивилизации, отправив жить в глубинку.
Два дня назад, рыская по сайтам с предложениями работы, я заглянул на страничку горсовета, точнее, его почтового подразделения. Им позарез требовался станционный смотритель.
Чтобы понять, что это за зверь такой, пришлось копнуть немного глубже. Если взглянуть на карту подвластных Нью-Китеж-граду земель, то можно увидеть нечто похожее на план метро. От города в разные стороны шли пять сухопутных дорог и две водные – вверх и вниз по реке Белой.
На относительно равном расстоянии друг от друга вдоль дорог расположились узловые точки с зарядными станциями, где караваны грузовиков останавливались на ночь и заряжали свои аккумуляторы.
Там, где поселились удельные бояре, станции переходили под их ответственность и снимались с баланса города. Но не каждая из таких точек имела привлекательные окрестности для создания удела, а транспорт заряжать все равно нужно. Вот подобные пробелы и заполняли станционные смотрители на свободном контракте у городского совета.
Тьмутаракань, пятая точка мира, место, куда Макар даже с перепою не стал бы гонять своих телят, – ни один эпитет из данного списка не мог передать моего мрачного отношения к станции под поэтическим названием «Туманный перевал». Увы, все попытки найти другой выход из сложившейся ситуации были тщетны. Даже этот вариант был более или менее беспроигрышным только потому, что на форуме городских операторов с периодичностью в два месяца случались форменные истерики. Город вынужден был уплотнять смены и отправлять одного из операторов на эту самую станцию. И такая ситуация не нравилась всем. Дело усугубляло то, что истории об этой станции ходили самые жуткие. По слухам, там в одну ночь погибли и маг-смотритель, и весь отряд его вассалов.
С другой стороны, вот уже больше года туда вахтовым методом катаются городские операторы с дружинниками – и ничего, все живы и относительно здоровы, если не считать потрепанных нервов. К тому же, как уже было сказано, другого выхода либо нет, либо я его попросту не вижу.
Бессонная ночь вымотала до упора, но поднявшееся над горизонтом светило преобразило мир, подарив мне толику уверенности в себе.