Григорий Гребнев – Пропавшее сокровище. Мир иной (страница 6)

— Стол накрыт, месье, — сказала она.

Кортец похлопал Джейка по плечу и подвел к столу:

— Не унывайте, душа моя! Я только хотел быть с вами откровенным. У меня принцип — ни в коем случае не связываться ни с какой разведкой. Однако мне кажется, что чутье меня не обманывает: вы не похожи на шпиона.

Он взглянул на стол и обнаружил на нем узкую вазочку с тремя пунцовыми тюльпанами:

— О ла-ла! Вы в этом доме, кажется, понравились не только мне!

Но тут его взор упал на закуски и пузатенькую бутылочку шамбертена, и тюльпаны были тотчас же забыты.

— М-м… Недурно! Это то, что в рекламном деле называется «экстра», душа моя.

Кроме тюльпанов и шамбертена, стол украшала горка паштета из дичи с орехами, нарезанная тончайшими лепестками салями и пахучий салат из сельдерея.

— Прошу, ваше сиятельство! — церемонно сказал Кортец по-французски и широким жестом указал на стул. — Не зная, что вы любите, я решил положиться на свой вкус.

— И мой, месье! — добавила Мадлен, посылая Джейку сияющий взгляд.

— Да, я советовался с Мадлен, — сознался Кортец. — Она была бы неплохой, хозяйкой…

— Благодарю вас, мадемуазель, — сказал Джейк и сел за стол.

Мадлен повернулась, чтобы уйти, но ее остановил Кортец:

— Как там у Барб? Все сделано, как я велел?

— Рагу изумительное, месье! — с напускным восторгом пропела Мадлен.

— А подливка?…

— Сливки, вино, коринфский изюм и корица, месье. Все так, как вы любите.

От предвкушаемого удовольствия Кортец раздул ноздри.

— Люблю поесть, душа моя! Гублю себя! Врачи запретили, но не могу! В жратве я романтик… А относительно Пентагона и прочего вы не думайте. Если даже вы шпион, я не стану доносить на вас русским. Мне на них наплевать. Но выгоню вас обязательно. Если же вы честный жулик — помогу, ибо ваша затея мне нравится. В таких делах я тоже романтик.

— Мистер Грегг сказал: «Педро Кортец умеет увлекаться и не теряет при этом головы», — льстиво произнес Джейк.

— Старый плут! Он меня хорошо знает! — воскликнул Кортец, наливая в рюмки вино.

— Я никогда и ничего не пью, месье. Но с вами выпью с удовольствием.

— За Ивана Грозного и за его библиотеку! — воскликнул Кортец и понюхал вино. — Экстра!

Они выпили и закусили ломтиками салями.

— Возьмите паштету, Джейк, — предложил Кортец, — он сделан по моему сценарию. И вообще, во мне погиб величайший в мире кулинар. Да-да!

Однако блаженное состояние, в которое сейчас погрузились все семь пудов существа месье Кортеца, не лишало его способности мыслить практически.

— Итак, — произнес он, — вы уверены, что найдете легендарную византийскую библиотеку?

— Я в этом не сомневаюсь, месье…

— Я понимаю, что это ваша профессиональная тайна, и не прошу указывать точные координаты древнего тайника, Джейк. Но я пальцем не шевельну, если не буду знать, что это дело верное… Попробуйте салат. Это чисто французское блюдо.

Джейк потянулся к салату.

— Благодарю, месье… Я тоже не пустился бы в столь далекий и рискованный путь, если бы не считал это дело верным.

— Я вам уже сказал, ваше предложение мне нравится. Но я все же вынужден повторить свой вчерашний вопрос, — промямлил Кортец с набитым ртом. — Что у вас есть? Титульный лист старинной книги и план тайника на нем?… Но почему вы решили, что это план именно того тайника, где захоронена книжная коллекция?…

— Я могу заверить вас, месье, что знаю, где находится книжный тайник Ивана Грозного. Но я получил строгую инструкцию от мистера Сэмюэля Грегга никому не открывать координаты тайника до тех пор, пока не прибуду в Москву…

Кортец засмеялся недобрым смехом:

— Вот это конспирация! Значит, вы хотите, чтобы я отправился в Россию с завязанными глазами?…

— Вы все узнаете, как только мы с вами попадем в Москву, — тихо, но твердо ответил Джейк.

— Ага! Теперь моя очередь задать вам ваш же вопрос, — хмуро сказал Кортец: — Значит, вы мне не верите?…

— Я вам верю, месье, но я связан условиями…

— Мистер Грегг знает, где находится тайник?

— Нет…

— А вы читали когда-нибудь русские материалы, касающиеся библиотеки Грозного?

— Да, — все так же безмятежно и вежливо ответил Джейк.

— Что вы читали?

— Труды русских археологических съездов, книгу профессора Белокурова, статьи профессора Соболевского, Кобеко, Забелина и, наконец, недавно опубликованную в русском журнале «Наука и жизнь» статью профессора Игнатия Стрелецкого, — залпом выпалил Джейк, торжественно и независимо глядя на Кортеца.

Тот присвистнул:

— Солидная эрудиция… И тем не менее не все верят, что библиотека Грозного существовала. Многие считают, что это миф, легенда… Вам об этом известно?

Джейк Бельский насмешливо посмотрел на Кортеца:

— Мне наплевать на всю эту болтовню, месье. У меня в руках документ, которому я верю больше, чем всем ученым сорокам…

Кортец с минуту пристально глядел в кошачьи глаза последнего отпрыска рода Бельских.

— Я восстановил на вашем пергаменте записи, сведенные вами, и прочел их, — сказал наконец он.

Джейк внезапно преобразился. Презрительно оглядев Кортеца, он резко отчеканил:

— Прочли и ни черта в них не поняли. Не так ли, месье Кортец?…

— Да, именно так, мистер Бельский, — ошеломленный его тоном, произнес Кортец.

— И никогда не поймете, пока я не приведу вас на место и не скажу: «Вот здесь!» Вы еще не вступили в дело, а уже хитрите…

— Я не хитрю! Я хотел проверить, не морочит ли меня ваш бандит Грегг, — заревел Кортец. — Вы не знаете, какую штуку он со мной уже сыграл!

— Знаю. Коптское евангелие… Но здесь вы имеете дело со мной, а не с ним! — все еще резким тоном сказал Джейк.

— А почему я должен вам верить больше, чем Греггу?

Джейк пошел к дивану и, усевшись, сказал спокойно:

— Хорошо. Я вам сейчас объясню французскую надпись на пергаментном листе. Но знайте, месье Кортец, если вы захотите устранить меня из этого дела, я провалю вас. И, кроме того, я найду вас даже в Антарктике, даже на втором спутнике Земли…

Он не кончил. Кортец уже хохотал во все горло, взявшись за живот, как пузатый фавн на картине Рубенса.

— Вы молодец, Джейк! Вы мне нравитесь! Ха-ха-ха!..

Он уселся рядом с Джейком и, внезапно оборвав смех, сказал деловым тоном:

— Ну, хватит болтать. Выкладывайте ваши боярские секреты. А насчет устранения… Запомните: из этого дела я кое-кого устраню, но только не вас…

Джейк немного поморгал, полез во внутренний карман и достал какой-то листок.

— Я переписал французскую надпись на титуле пергамента, а потом стер ее. Вот точная копия надписи. — Он протянул листок Кортецу. — Если хотите, сличите с тем, что вы восстановили.