Григорий Федорец – Сирийский марафон. В тени летучей мыши (страница 3)
Шопен нажал синюю кнопку на панели рации, и из узкой щели поползла белая лента, сворачиваясь в рулончик. Индикатор мигнул красным огоньком, передатчик выключился. Майор быстро пробежал глазами короткий текст.
– Маркони, кликни Носорога. Он на крыше проветривается.
Тот молча кивнул и, быстро свернув передатчик, ушел. Александр еще раз прочел сообщение. Достал из карманчика разгрузки зажигалку. Крутнул колесико, и веселый огонек под легким сквозняком закачался на фитиле. Увидев приближающегося, он закрыл зажигалку.
– Сам Дед вызывает на экстренную встречу.
Носорог тревожно глянул:
– Что-то случилось?
– Гадать не будем. Готовь группу. По закату выдвигаемся.
Место для рандеву выбрали идеальное. Горная речушка делала крутой поворот у отвесной скалы, намыв небольшой песчаный мыс. На другой стороне в непроходимых зарослях ивняка таилась густая темнота. Ускоряясь, речка ворчала, заглушала звуки, делая бесполезными любые направленные микрофоны.
Группа рассредоточилась по внешнему периметру. Снайперы оседлали макушку скалы, разделив окрестности на два сектора. Видеокамеры квадрокоптера, зависшего на полукилометровой высоте, выдавали на монитор четкое изображение округи. Сопровождавшие генерала четверо спецназовцев заняли внутренний периметр.
– Майор, времени в обрез, буду краток, но от твоего чая не откажусь. Угостишь?
Они сидели на большом плоском валуне, одиноко лежащем на песчаном пляже. Кайда, пришедший сюда час назад, заранее раскатал спальный коврик поверх камня.
– Как барина принимаешь. – Генерал одобрительно похлопал рукой по коврику, принимая стаканчик с горячим напитком.
– Почет и уважение начальству, – улыбнулся в темноте Кайда.
– Это правильно. Мелкий подхалимаж, но приятно, – хмыкнул Дед. – Теперь к делу. Карабас просит встречи. Через два дня в Искендеруне. Кафе в старой части города. Точный адрес и время получишь на месте. Познакомишь с куратором из Главка. Подполковник Мирзахмедов. Ты с ним знаком?
– Да, пересекались пару раз в Чечне. Он тогда по Хаттабу работал. Слышал, ему крепко досталось при ликвидации Араба?
Генерал кивнул:
– Полгода провалялся по госпиталям. Несколько операций. Сейчас в турецком секторе управления. Он уже в Стамбуле. Вы идете всей группой. Полная автономность. Местная резидентура об операции не в курсе. На рандеву идете вдвоем с подполковником. Остальные в подтанцовке. Страхуют на всякий пожарный. Связь односторонняя. На случай алярма канал будет.
– Понятно. Какая легенда?
Кайда поставил пустой стаканчик на валун. Генерал вытащил из внутреннего кармана куртки сверток, запаянный в полиэтилен:
– Здесь паспорта, деньги, маршрут, легенда. Четверых я забираю с собой. Они завтра утром из Бейрута вылетают в Стамбул. Рейс транзитный, из Рима.
Дед сделал маленький глоток.
– Этим же рейсом летят наши дипломаты из Италии. Подмогнут, если что пойдет не так. Встретитесь через сутки в Искендеруне. Вы с Морозовым идете отдельно. Завтра ночью в гражданском секторе порта Тартуса сядете на рыбацкую посудину. Шкипер – турок, команда – сброд со всего Ближнего Востока. Рыбный бизнес для отвода глаз. Контрабанда, нелегальная иммиграция. Ваша легенда остается прежней. Наемники. Приехали в Сирию денежку срубить. Пришли русские. Риск потерять буйную головушку возрос, а гонорар – нет. И платят с задержкой. В общем, дезертиры игиловского фронта, – ухмыльнулся Дед.
– Вполне реальная тема. Сталкивались с такими экземплярами. Еще чайку? – Кайда потянулся к термосу.
– Плесни на пару глотков. Канал накатанный. Пару-тройку раз пользовали. Но ухо держи востро. Народец тот еще, сам понимаешь.
– Само собой, – кивнул Кайда, протягивая наполненный стаканчик.
– Оружие с собой не брать. Разве что перочинный нож. Не маленькие, обойдетесь без стволов. Назад вернетесь сушей. Маршрут новый, но легенда та же.
Глава 4
Не нужен мне берег турецкий
– Ничего так городок. Культур-мультур. Типа Рио-де-Жанейро, только турецкий. Все поголовно в белых штанах.
Чупа-Чупс скучающим плейбоем разглядывал гуляющих по набережной Искендеруна.
– По сегодняшней моде белые штаны заменили на шорты и сандалии. – Кайда лениво оглядел залитую ярким солнцем бухту; причалы с гроздьями яхт и лодок; набережную, заполненную праздно гуляющей публикой.
В порт их доставила небольшая рыбацкая шхуна, команда которой, как и обещал Дед, больше походила на контрабандистов, чем на рыбаков. Ночью погрузились на заброшенном пирсе в порту Тартуса. Кораблик, с виду пошарпанный, имел пару мощных дизелей. Волны не боялся, мчал с приличной скоростью. К рассвету уже были в турецких водах.
– Курорт. Хвост не проявился?
– Здесь не вычислить. Надо в центр ехать. – Чупа-Чупс смешно задвигал ноздрями и громко чихнул.
– Будь здоров! Двигаем в центр! Нашим маякни.
– Угу. – Напарник вытащил из заднего кармана брюк пачку жевательной резинки в яркой упаковке. Распаковав, ловко кинул в рот и поспешил догонять ушедшего вперед майора.
Они вышагивали вдоль витрин дорогих бутиков и кафе в пешеходной зоне центрального района города. Улица, сплошь из ультрасовременных зданий и небоскребов, прямая, как луч лазера, вытянулась на четыре километра.
Кайда в очередной раз остановился у витражного окна магазина часов:
– С детства мечтаю обзавестись крутыми котлами. «Ролекс» или «Омега», к примеру. Судя по ценникам, так и останется в хотелках.
Чупа-Чупс остановился рядом, равнодушно разглядывая изящные безделушки.
– Оп-па, и рудиментик проявился. Два чела. Топают по двум сторонам. Одного на набережной засек.
– Согласен. Есть такая буква в алфавите. Время рандеву подходит. – Майор громко поцокал языком, отходя от витрины.
– А ты в курсе, что где-то здесь Спилберг снимал «Индиану Джонса»?
Напарник встал как вкопанный:
– Да ну, ты серьезно?
– Точно. В Старом городе.
– Здорово. Так понимаю, нам туда дорога?
– Не угадал, сеньор сладкоежка. Это после. Для начала надо хвост обрубить. Тут недалече кафе с «изюминкой»: из подсобки имеется выход на соседнюю улицу. Наши далеко?
– Рядышком. Сразу за наружкой.
– Вот и ладушки. Начнем, друже, помолясь. – Кайда скучающе, как и полагается туристу, покрутил головой и, легонько хлопнув по плечу напарника, озорно подмигнул.
– Шашлычок вполне аппетитно выглядит. – Чупа-Чупс кивнул на соседний столик, где молодой парочке официант принес заказ.
Кайда беззаботно улыбнулся:
– И пиво недурно. Жаль, не успеем попробовать.
Напарник коротко вздохнул. Они выбрали столик внутри кафе, рядом с барной стойкой, декорированной многочисленными зеркалами.
– Хвост здесь? – Кайда поудобнее уселся на стуле.
– Угу. Оба подтянулись. За столиком на веранде. У самого входа. – Чупа-Чупс повертел головой, разглядывая интерьер.
В кафе было душновато, посетители старались занимать места на открытом воздухе.
Наступало время обеда, и свободных столиков практически не было. Шум с улицы привлек внимание майора. Трое парней, громко разговаривая и энергично жестикулируя, направлялись внутрь кафе. В авангарде двигался здоровенный верзила с сомбреро на голове. Вооруженный открытой бутылкой с пивом, он лавировал между столиками, успевая болтать с приятелями и отпивать из бутылки. Те двигались в кильватере и тишины не добавляли. При этом вся троица никого не задела и столиков не снесла.
– Ловко у них получается. Виртуозы. Прям «Пес Барбос и необычный кросс». Носорог – чисто Моргунов, а Шопен – вылитый Вицин, – завистливо сказал Кайда.
– Ага. Практика. Уходим? – ухмыльнулся Чупа-Чупс.
– Рано. Будь готов по команде. – Майор сделал небольшой глоток из кружки.
В этот момент компания добралась до столика, за которым устроились двое из наружного наблюдения. Они курили, старательно избегая смотреть внутрь кафе. Носорог что-то громко рассказывал, в такт махая бутылкой, а Хоттабыч и Шопен хохотали в полном восторге от услышанного.
Бум! Бутылка Носорога врезалась по касательной в лоб оперативника из наружки.
Дзиньк! Полетел на пол стул.
Полицейский, вскочив на ноги, влепил Носорогу звонкую оплеуху и тут же, получив мощный подзатыльник, рухнул на столик. Понеслось…
Через минуту Кайда и Чупа-Чупс уже шли по соседней улице, покинув кафе через подсобное помещение. В разразившемся кавардаке их исчезновение никто и не заметил.