Григорий Александров – Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная (страница 54)
Любовь Антоновна.
— Что в ней?
— Угроза... Рите. Скорей в вензону!
— Вы не пойдете!
— Пойду, Игорь Николаевич.
— Не отнимайте у меня время. Женщине там делать не
чего. Они вооружены.
— Я пойду. — Игорь Николаевич понял, что Любовь Ан
тоновна не уступит.
— Хорошо, — согласился он, безнадежно махнув рукой.
— Много вас, — робко предостерегла Клава.
— Двое. Я и Любовь Антоновна.
102
— Одного я вас не пущу. — решительно заявил Тимофей
Егорович.
— Нас двое, Любовь Антоновна поможет.
— Придется драться. Я иду.
— Пошли, Тимофей Егорович, — согласился Игорь Нико
лаевич.
— Как же вы незаметно втроем к вензоне подойдете?
— Конечно, лучше подойти незаметно. Но если не удаст
ся, ворвемся на ура.
— Что вы, Игорь Николаевич, «на ура», — ужаснулась
Клава. — «Ура» закричите, они Ритку там придушат и вас
порубают. Дежурники с вахты не придут, куплены они. Пу-забор и крикнуть: «Клавка стучит, открывай». Они откроют,
забор и крикнуть: «Клавка стучит, открывай». Они откроют,
а вы зайдете.
— Спасибо тебе. Как тебя зовут?
— Клава.
— Кончится все благополучно, Клава, в вензону не вер
нешься.
— Вы не обманете?
— Не обману.
— Я вам все-все делать буду. Сапоги чистить, одежду сти
рать. Только не вертайте меня к Ваську.
— Обещаю, Клава. Не вернешься к нему, — Игорь Нико
лаевич ласково потрепал девушку по голове. Нежный румя
нец разлился по лицу Клавы. В огромных черных глазах
вспыхнули искры любви и благодарности. — Снимите косынку,
профессор. Белое ночью заметно. Наденьте черный халат. Вот
теперь хорошо. Дорогой старайтесь не шуметь, — дал послед
нее наставление Игорь Николаевич.
Клава постучала в калитку три раза, так, как учил ее Пу
зырь.
— Клавка стучит. Открывай.
Самоохранник заглянул в квадратный волчок и, не увидев
никого, кроме Клавы, открыл калитку. Игорь Николаевич, он
стоял рядом, схватил самоохранника за руку и зажал ему рот
ладонью.
103
— Пикнешь, полжизни отниму и на штрафняк, — шепо
том предупредил Игорь Николаевич. — Пузырь тут? — Само
охранник замычал. — Другие суки есть в зоне?
— Нет, — просипел самоохранник, шумно втягивая воздух.
— Рука у вас... задохнуться можно.
— Иди вперед, — приказал Игорь Николаевич. — Забаз-лаешь, душу выну. Где Пузырь?
— Он...
— Тише.
— В бараке притырился, товарищ главврач, — шепотом
закончил самоохранник. Игорь Николаевич осторожно открыл
дверь барака. Какая-то женщина, она, как видно, собиралась
выйти, увидев его, закричала истошным голосом:
— Игорь! Атас!
— А-а-а! — завизжала Инка Васек, ударяя кулаком по коп
тилке. Коптилка опрокинулась на пол. Язычки огня весело