Григорий Александров – Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная (страница 44)
шивая голова Пузыря, обрамленная по краям редкими кусти
ками выцветших волос, склонилась в шутовском поклоне.
— Откуда ты? — задала Инка Васек обычный при встре
чах вопрос.
— С сорок первой, — лаконично пояснил Пузырь.
— Давно?
— С утренним этапом.
— Чо раньше не заскочил?
— Дела были, Васек. А ты все коблиное дело не бросаешь?
85
— А что ж мне, без жены жить? — взорвалась Инка Васек.
— Сколько жен у тебя? — полюбопытствовал Пузырь.
— Две.
— Обе с вензоны?
— Откуда ж е еще. Клавка! — рявкнула Инка Васек, за
метив, что девушка надевает платье. — Перед кем одеваешься,
сукотина?! Снимай все! — Закусив нижнюю губу, Клава раз
делась. — Покнокай на нее, Пузырь! Пухленькая! Есть за что
подержаться. Хочешь, уступлю?
— Заражусь, — отмахнулся Пузырь.
— Ты с пацанами живешь? — не унималась Инка Васек.
— Чокнулся ты, Васек! Я последние три года ни одного
мальчишку не тронул.
— Может, с Дунькой Кулаковой? — расспрашивала Инка
Васек. — Трешь, пока на ладони волосы не вырастут.
— Я не фраер, — обиделся Пузырь. — Без Дуньки бабу
себе найду. Это вы с мешочком горячим спите.
— Кто? Я?! — взвилась Инка Васек. — Нахезала я на
него! Я — не баба!
— Люблю я тебя, Васек, как кирюху, — задушевно приз
нался Пузырь. — С тобой бы я на любое дело пошел. Даже на
мокрое.
— Свистишь! — расплылась в улыбке польщенная Инка
Васек.
— Чтоб меня в рот огуляли диким самосудом! — поклялся
Пузырь. — Ты верхотуру тут держишь?
— А кто ж е еще! — самодовольно сказала Инка Васек.
— Хошь, покажу, как они бздят меня? Фраерши! Господа уда
вы! — трубным голосом заревела Инка. Барак затих. — Всем,
кроме людей, раздеваться догола! Пузырь покнокать на вас
хочет. Видишь, раздеваются. Выбирай любую!
— Время нет, Васек! Я к тебе разговор имею. Фраерш и
полуцветнячек выгони из барака, а люди пусть останутся.
— Вылетай из барака! — приказала Инка.
Женщины, не успевшие раздеться, на ходу поправляя одеж
ду, заторопились к выходу. В бараке остались Инка, Пузырь и
еще пятеро здоровенных раскормленных баб. Они спали по
соседству с двоеженцем Васьком.
86
— Васек! — заговорил Пузырь, похлопав лесбиянку по пле
чу. — Мы с тобой такие кирюхи!
— Короче! — перебила Инка Васек.
— Ты раньше была честной воровкой, — поморщившись,
продолжал Пузырь.
— Ну и была! — с вызовом ответила Инка Васек. — А ты
честный?
— Надоело честным быть. Посмотрел, как суки живут, и
решил: довольно мучиться, пора и ссучиться.
— За что тебя трюманули?
— Я на Колыме Фиксатого заложил. Тут на пересылке
все тряпки бацильные в колотье спустил.
— Расплатился?
— Не успел. С Колымы пришел Шурик Крюковский. Он
жрал с Фиксатым на бздюняру. Крюковский стукнул вора.
Я рванул на вахту и тряпки с собой уволок. Раз трюманули,