Григ Макаллистер – Скорпика (страница 4)

Тогда, и только тогда последовала боль.

Боль подождет. Сражение началось.

Первая стрела Мады попала в горло первому стрелку разбойников. Вторая просвистела прямо над головой эльфа – женщины в маске с длинным мечом. Вскоре они подобрались слишком близко для использования луков. Затем последовало шипение, звук металлических мечей, извлеченных из кожаных ножен, когда скорпиканки приготовились к бою.

Один из разбойников, низкорослый мужчина, космы темных волос которого придавали ему явное сходство с медведем, казалось, одумался. Он развернулся и бросился бежать, меч тяжело стучал о бедро, пока он мчался к далекому горизонту.

Мада оглянулась на свою королеву, кивнула один раз, а затем снова бросилась в бой с воплем, очень похожим на ликование.

Кхара еще мгновение оценивала обстановку, определяя нападающих и защитников, затем крепко ухватилась за уздечку лошади Гретти. Глаза девочки были огромными. Кхара не могла рассчитывать на то, что неопытная молодая женщина сумеет не потерять голову и уберечь своего скакуна в схватке.

– Держись, – сказала ей Кхара.

Затем щелкнула языком, уперлась пятками в бока Штормовой Тени и погнала ее вскачь. Гретти последовала ее примеру.

Разбойники кружили, чтобы расположиться как впереди, так и позади колонны, поэтому Кхара сразу же увела их с дороги на север, пони были едва различимы в сгущающейся темноте. Она заставила себя забыть о жгучей боли в плече. Если бы она могла, то погрызла бы узелок ивовой коры из своей сумки, но только глупцы ставят комфорт выше безопасности.

Позади слышались крики рвущихся в бой воительниц, и ей хотелось скакать во главе их. Если бы она не была Бесплодной Королевой, если бы дома была дочь, готовая принять бразды правления, она бы так и сделала. «А ведь все могло бы быть иначе», – мрачно подумала она. Затем уткнулась лицом в развевающуюся гриву своего скакуна и сосредоточилась на спасении жизни молодой женщины, ехавшей позади нее. И своей собственной.

По мере продвижения вперед крики становились все глуше. Ее взгляд изучал землю в свете угасающего солнца. Фермы на севере Паксима были небольшими, и урожая хватало только на пропитание семей, которые на них работали. На многие мили не наблюдалось ни одного города. Кхара достала ивовую кору и начала раздирать ее зубами, надеясь, что боль быстро притупится. Когда она увидела на горизонте низкую приземистую постройку, то изменила курс, а затем сбавила скорость.

Подозрительность – вот что должно было стать их девизом. Вполне возможно, что все происходящее на дороге было инсценировано, чтобы загнать их во вторую засаду. Но, с другой стороны, если учесть стрелу в ее плече – жесткие серо-белые перья покачивались в такт движениям, – нападение было самым настоящим.

Держа Гретти за спиной, она оглядела дом и территорию. Возле приземистого здания стоял мужчина, набирая в ведро воду из колодца.

Когда они приблизились, он закончил свое дело и повернулся на звук копыт пони. Его волнистые волосы были собраны в узел на затылке, одежда была практичной и привычной одеждой рабочего. Кхара будто угадала его мысли: он поднял голову при их приближении, его движения были неторопливы, он открыл рот, чтобы произнести приветствие, но, заметив стрелу, торчащую из ее плеча, дал словам угаснуть на языке.

Он поспешил в их сторону, а воительница положила руку на свой меч, подумав: «Возможно, сегодня я все-таки вступлю в бой».

Затем он пронесся мимо нее в сторону Гретти. Кхара тут же заметила, что молодая женщина покачнулась на своем сиденье, а затем подалась вперед, прижавшись всем весом к шее своего скакуна.

– Могу я помочь ей? – спросил мужчина.

Пока он говорил, Кхара уже слезла со Штормовой Тени, и, поддерживая Гретти правой неповрежденной рукой, опустила бессознательную молодую женщину на землю.

– Но ваше… Могу ли я… – произнес мужчина. Он показал на стрелу, чье длинное прямое древко болью сопровождало каждое движение Кхары, перья впереди, окровавленный наконечник позади. – Вам нужна моя помощь?

Кора приглушила боль Кхары, и по положению стрелы в плече она поняла, что та не пробила мышцу. Можно подождать.

– Сначала она. – И указала на Гретти. Хранительница клинка не проходила испытания, и как бы они ни готовили девушек к бою, никакая подготовка не сравнится с реальностью.

Нахмурив темные брови, мужчина кивнул и опустился на колени. Он осторожно осмотрел девушку, взяв ее за подбородок, не поворачивая голову, приподнял одно веко, чтобы проверить глаз.

– Ты целитель? – спросила Кхара.

– В некотором роде, – ответил он. – Я занимаюсь всем понемногу. Целительством. Развожу скот. Торговлей. Преподаванием. Всем, что нужно. Разбойники на дороге?

– Да.

– Они смогли что-нибудь отнять?

– Сильно сомневаюсь.

Он издал звук, чем-то похожий на смех, и возобновил осмотр.

Пока мужчина занимался Гретти, Кхара наблюдала за ним. Худощавое тело, мозолистые от тяжелой работы пальцы. «Скорее всего, он примерно моего возраста, – подумала женщина, – возможно, немного моложе». Лицо загорелое, но не обветренное, с едва заметными морщинками в уголках глаз. Он двигался нарочито напряженно. У нее сложилось впечатление, что он достаточно взрослый, чтобы осознать себя, – возраст, который наступает у каждого по-разному, но по достижении которого человек становится счастливее. Кхара сама не так давно наконец обрела это счастье.

Она позволила ему молча поработать еще минуту, а затем спросила:

– И как она?

– Не ранена, – сказал он. – Похоже, потеряла сознание от шока. Она придет в себя. Как думаете, ваши друзья скоро прибудут?

– Мои друзья? – спросила Кхара.

– Вы – скорпиканские воительницы, направляющиеся прямо к Бастиону, – сказал он, – а Обряд Солнца прошел месяц назад. Я знаю, кто вы.

Она снова внимательно посмотрела на него. В его улыбке было что-то похожее на приглашение, хотя, возможно, ей это показалось. Иногда человек видит то, что хочет увидеть.

– Ты живешь один?

– С братом. Он отправился в Мело – ближайший торговый пост, чтобы обменять сезонный мед на другие товары, которые нам понадобятся для сбора урожая. Вернется через день или два, скорее всего.

Мужчина снова смотрел на нее, оценивая, изучая. Возможно, Кхара все-таки не ошиблась насчет приглашения. Она наслаждалась теплым покалыванием в конечностях – ощущением, давно дремавшим в ней и начинавшим пробуждаться, – когда услышала звук приближающихся копыт и встала, повернувшись навстречу всадникам.

– Должно быть, ваши друзья, – сказал мужчина.

Они прибыли в облаке пыли, в форме клина, с Мадой во главе. Шум привел Гретти в сознание. Кхара видела, как она отчаянно пытается выпрямиться, пока не подоспели другие воительницы. Мужчина протянул руку и одним плавным движением поднял Гретти на ноги. Все трое повернулись ко вновь прибывшим.

– Разбойники убиты, – доложила Мада, быстро соскочив с седла. На ней не было видно крови, но колчан был почти пуст. – Вы ранены, Королева Кхара.

– Да, – ответила та и посмотрела на мужчину.

Как только Кхара ответила, мужчина тут же опустился на колено, наклонив голову. Обратился к земле у ее ног.

– Королева.

Она беззлобно обратилась к нему:

– Поднимись.

– Я догадывался, что вы принадлежите отряду королевы, – сказал он, и голос его изменился. – Но не подозревал…

– Знаешь, у нас не принято кланяться, – насмешливо сказала Кхара. – Вот как ты приветствуешь королеву Паксима?

– Как минимум поклоном. Некоторые падают лицом в грязь. Мы склоняемся в знак уважения.

– Королевы Скорпики немного отличаются.

– Я заметил, – ответил мужчина, его лицо расслабилось, вернулась ленивая, притягательная улыбка.

Мада, сложив руки, резко перебила:

– Слушай. Если ты целитель, то займись раной королевы, а не трепись языком. Иначе мы отправимся в путь.

– Я могу помочь, – сказал он, казалось совершенно не задетый ее оскорблением. – У меня есть острый инструмент, которым можно перерезать древко, и крепкое вино, чтобы промыть рану.

– Ты не знаешь скорпиканок, – ответила Мада. – Воительницы не омываются крепким вином. Мы пьем его.

Кхара не обращала внимания ни на неприязнь, изливавшуюся из Мады, как дождевая вода, ни на ее пренебрежительный тон. Мада уже вела себя как королева, уже брала на себя ответственность. Вот это и тревожило. Собравшиеся воительницы смотрели на них обеих, пони били копытами и фыркали, ожидая следующего приказа. А плечо и спину Кхары начинало жечь болью. Теперь, когда первоначальный шок и эффект от наспех прожеванной коры прошли, боль росла, лучилась, распространялась. Женщина стиснула зубы, борясь с ней.

Кхара намеренно отвернулась от Мады и обратилась напрямую к мужчине:

– Если бы ты поделился своей водой с моими бойцами, чтобы те освежились и умылись, то мы были бы очень признательны тебе.

– Да благословит вас Всея Матерь, воительницы, – сказал он, обращаясь ко всем. – Здесь рады любому гостю. Вы можете использовать колодец, сколько пожелаете. А я принесу вам немного крепкого вина.

– Мы проведем здесь ночь, – сказала Кхара, причем достаточно громко, чтобы ее голос можно было услышать, не оборачиваясь. Она добавила: – У нас есть спальные места. Мы путешествуем налегке, и даже не будем вбивать в землю колышки для шатров.

– Как я и сказал, мы всегда рады гостям.

Мада решительно заявила: