Грейс Райли – Первый раунд (страница 2)

Что ж, добро пожаловать в Университет МакКи!

Я глубоко вздыхаю, напоминая себе, почему я здесь. Главное – диплом, потом – Лига.

Нужно только найти способ сдать этот несчастный предмет!

Вернувшись домой, я первым делом замечаю Себа: тот сидит на полу, скрестив ноги, и распутывает клубок проводов. Я машу ему, бросаю ключи на столик в прихожей и осматриваю нашу новую гостиную. Мы с братьями сняли этот дом на весь год: все-таки будем учиться в одном университете. Кроме Себа и кучи проводов, в комнате почти ничего нет: обитый кожей диван в форме буквы Г, кофейный столик, телевизор на стене. Странно, в объявлении было указано, что дом сдается без мебели. Кажется, я знаю, в чем секрет…

– Это Сандра прислала, – отвечает на мой немой вопрос Себ, указывая на диван клубком проводов. – Чел, который привез вещи, расставил их так, но, если надо, можем передвинуть.

Да наша мама – сама скорость! Уверен: едва она узнала, что ее сыновья – двое родных и один приемный – собираются вместе снимать дом, она отправилась в мебельный магазин. К счастью, вкус у нее хороший.

Раздается громкий удар, и мы с Себом, поморщившись, поднимаем головы.

– Обновляет интерьер, – объясняет Себ. – Как прошла встреча?

Я направляюсь на кухню. Сомневаюсь, что в холодильнике полно еды, но, может, найдется хотя бы пиво. Во время сезона я почти не пью, но до начала учебного года еще есть несколько дней.

Та-дам! На одной из полок красуется упаковка из шести бутылок. Рядом стоят контейнер с кусочками ананасов, коробка яиц и – по неизвестной причине – небольшая банка хрена.

Когда Себ заглядывает на кухню, я как раз ударяю ладонью по крышке бутылки, чтобы ее легче было открыть. Крышка отходит с тихим щелчком, и я делаю большой глоток прямо из горла. Выгляжу я, видимо, таким же взбешенным, каким и чувствую себя, потому что Себ тут же хмурится.

– Что-то случилось?

– Ага. Деканша решила сделать мне мозги. Записала меня на гребаный курс по письму.

– Звучит тупо.

– Еще как! – бурчу я. – Но они посмотрели мои оценки и увидели, что я завалил предмет в Луизиане. Ну, помнишь, когда…

– Помню, – кивает Себ.

Сердце болезненно защемило. Прошлый учебный год был сущим кошмаром по многим причинам, но по Саре я все же скучаю.

Я отпиваю еще пива, осматривая комнату. Здесь большой обеденный стол, прямо как дома в Порт-Вашингтоне, да и сама кухня неплоха: полно места, чтобы готовить полноценные блюда, как рекомендуют тренеры. Одна из дверей ведет на задний двор, где стоят жаровня и пара деревянных стульев. Когда Себ разберется со всем в гостиной, нам даже будет во что поиграть.

– Хорошее местечко, – говорю я.

– Ага, – соглашается Себ. – А деканше ты что сказал?

– А что я мог сказать? Предмет-то я правда завалил.

– Но ты на выпускном курсе. И перевелся, чтобы играть в футбол.

– И получить диплом.

– Не поспоришь, – вздыхает Себ.

Удивительно, но родители очень поддерживают мою любовь к футболу – отчасти потому, что папа тоже им занимался. Он-то знает, сколько для этого требуется сил и старания! Когда-то отец мечтал, что один из его сыновей пойдет по его стопам, и я оправдал мечту сполна. Больше всего я хочу играть в Лиге – я не представляю жизни без футбола, и точка. Но нас всегда учили, что образование – штука важная. Как бы я ни любил футбол, мне нужен диплом. Да, Купер – прекрасный хоккеист, но отец даже не разрешил ему участвовать в отборе в Хоккейную лигу: боялся, что тот бросит учебу ради спорта и так и не окончит университет. Себ, по просьбе его покойного отца, еще в старшей школе прошел отбор в Главную лигу бейсбола. Однако он решил, что, пока учится, будет играть в любительской команде – и только потом задумается над спортивной карьерой.

– Может, попросишь тренера помочь? Он тебя, можно сказать, украл из Луизианы. Ты нужен ему на поле.

– Предлагаешь стать тем самым «спортсменом, которому все должны»? Как считает деканша.

Себ пожимает плечами и приглаживает растрепанные светлые волосы.

– Может, в этот раз ты все нормально сдашь? Вдруг здесь учеба легче? Да и прошел целый год – со знаниями у тебя тоже стало получше. – Сверху опять раздается грохот, и брат морщится. – И если что, всегда есть Купер.

– Да он невыносим! В прошлый раз, когда я попросил его помочь с домашкой, я его чуть не пырнул.

– Ручкой.

– Я в ответе за свой поступок. Я собирался его пырнуть – и даже не жалею.

Себ снова вздыхает.

– Ну, может, найдешь себе другого репетитора? Снова завалить экзамен просто нельзя.

– Не-а.

Осушив бутылку в несколько глотков, я ставлю ее в раковину. Кажется, паника, с которой я боролся еще в кабинете декана, вот-вот нахлынет снова. Я ужасно пишу. Так было всегда. Подстава вроде этой в год, когда я должен начать карьеру квотербека в Лиге, кажется чем-то вроде физической травмы. Только травму я мог бы, стиснув зубы, перетерпеть сезон. А это? Уж извините, тут я был бессилен.

В кухню вваливается Купер, ужасно потный. Он на ходу вытирает лицо футболкой.

– Наконец-то собрал стол. Всего за четыре гребаных часа!

– О, да неужели! – милым голосом поддразнивает его Себ. – Тебя одолел какой-то жалкий столик!

В ответ Купер показывает ему средний палец.

– Итак, пацаны, у меня предложение.

Вероятно, оно включает в себя вечеринку, и я не уверен, хватит ли у меня на это сил.

Купер замолкает, рассматривая наши лица. Вместо явно подготовленной речи он прищуривает глаза и спрашивает:

– В чем дело? Надо кого-то побить?

2. Бекс

Один из плюсов того, что ты на выпускном курсе, – при распределении комнат в общаге тебе достается лучшее. Так мы с Лорой получили шикарные почти-что-апартаменты: мини-кухня, гостиная, отдельная ванная, две спальни, по размеру не напоминающие шкафы… От такой роскоши легко забыть, что, едва учебный год закончится, мне придется вернуться в квартиру над семейным дайнером[6] и до конца своих дней копошиться в болоте малого бизнеса.

Однако сейчас никто не мешает мне валяться на диване, свесив руку чуть ли не до пола и покачивая ногами, с которых вот-вот свалятся сандалии. Я только что вернулась со смены в «Лавандовом чайнике» – университетской кофейне, – где мне пришлось полдня провести на ногах, обслуживая толпу вернувшихся в кампус студентов. Кому – латте, кому – холодный кофе… Я устала как собака. С радостью бы пошла спать, но Лора настояла на том, чтобы устроить мне личный показ мод. Видите ли, в гостиной, по ее мнению, свет лучше.

– Смотри, какое милое платье! – кричит Лора из своей спальни. – Хочу сегодня выгулять.

– А куда? – спрашиваю я, уже догадываясь, каким будет ответ.

Наверняка вечеринка. Интересно где? В мужской общаге? В женской? В совместной? В каком-нибудь здании вне кампуса, все равно битком набитом подвыпившими парнями?

– На вечеринку! – поет Лора, влетая в комнату. На ней туфли на шпильках, отлично подчеркивающее ее загорелые ноги, и короткое черное платье, обтягивающее фигуру, словно скотч. А еще она зачем-то надела ободок с рожками и взяла в руки небольшие дьявольские вилы. – Только не начинай свое «я не пойду». Пойдешь!

Иногда я вспоминаю, что мы лучшие подруги, и… не скажу, что я от этого в шоке, но сам факт заставляет задуматься. Да, Лора очень умная, но для нее учеба – это скорее общение и тусовки. Я же, если не занята учебой или работой в «Лавандовом чайнике», торчу в «Дайнере Эбби»: решаю проблемы и стараюсь как-то контролировать царящий там хаос. Отец Лоры – известный адвокат, а мать – врач в престижной клинике. Половину лета Лора провела в Италии, а другую – на Карибах. Я же все каникулы лечила разбитое сердце, ругалась с поставщиками и подавала местным жителям хэшбрауны.

Да, я обожаю Лору, но мы будто живем в разных вселенных. Она учится в МакКи с первого курса, а я пришла сюда после муниципального колледжа всего год назад. Оставить семейное дело на два года мне было позволительно, да и образовательный кредит на этот срок, хоть и все равно огромный, оказался посильным. Может, в будущем мой диплом по специальности «Бизнес» и потихоньку растущее портфолио с фотографиями как-то пригодятся, но сейчас мой план был прост и банален: после выпуска вернуться домой, работать в дайнере и со временем взять ведение бизнеса на себя, чтобы маме больше не пришлось делать вид, что ей это по силам.

С тех пор как отец оставил нас, ей ничего не было по силам.

– Земля вызывает Бекс! – выдергивает меня из мыслей Лора. – Как тебе?

В руках она держит платье – белое, с блестками, с глубоким декольте и вырезом сбоку.

– Это мне?

– Да! И не переживай – я достала тебе крылышки и нимб.

– Э-э… зачем?

– Тема вечеринки – «Ангелы и демоны»! Ты что, вообще не слушаешь?

Я почесала щеку.

– Не-а. Прости, я сейчас вырублюсь.

Плечи у Лоры опускаются.

– Ты же сама сказала, что хочешь больше тусить в этом году!

– Тусить, а не проходить кастинг в модели Victoria’s Secret.