Грейс Дрейвен – Умоляй меня (страница 62)

Цинния встала, поцеловала Гэвина и, извинившись, покинула празднование.

— Я сейчас вернусь, — сказала она. — Я иду за зеркалом. Папа может и не быть здесь лично, но он может быть здесь духом.

Гэвин тоже встал:

— Я пойду с тобой, — с готовностью сказал он.

Луваен наклонилась к Балларду:

— Они больше не спустятся обратно вниз.

Баллард жестом пригласил Гэвина сесть и снова наполнил его кубок:

— Остуди огонь, мальчик. Она скоро вернется.

Гэвин плюхнулся на свое место, но не сводил глаз с лестницы. Остальные вернулись к еде и болтовне без него.

Все вскочили из-за стола, услышав испуганный крик Циннии. Гэвин вытащил свой меч из ножен и бросился к лестнице, Баллард последовал за ним, держа в руке только свой кинжал для еды. Цинния встретила их на полпути вниз по ступенькам, чуть не врезавшись в Гэвина в спешке.

— Лу! Посмотри на это! — она сжимала заколдованное зеркало в одной руке, дико размахивая им перед Луваен.

Она вырвалась из рук Гэвина и оттолкнула обоих мужчин к стене в попытке добраться до своей сестры. Милая прелестная невеста превратилась в ведьму с дикими глазами, и Баллард в замешательстве пожал плечами, когда Луваен бросила на него вопросительный взгляд, прежде чем остановить стремительное бегство своей сестры. Она отдернула голову назад как раз вовремя, чтобы Цинния не разбила зеркало о её лицо.

— Отец в тюрьме!

Луваен выхватила зеркало из рук Циннии и уставилась на него с таким свирепым выражением лица, что Баллард подумал, что она может разбить стекло:

— Я собираюсь убить Джименина, — сказала она.

Цинния расхаживала перед ней, заламывая руки:

— Ты выплатила долг!

— Я знаю! — Луваен схватила зеркало, жалея, что не может ударить им своего заклятого врага. — Я уверена, что он раскопал или придумал какую-то новую сделку, за которую папа якобы должен ему, — она топнула ногой. — Агрх! Я должна была застрелить его, когда у меня был шанс.

Баллард сжал кинжал для еды, когда низкое рычание вырвалось из его горла. Джименин. Противник Луваен и источник многих неприятностей семьи Халлис. Он также был катализатором, который привел к нему Луваен, но это не помешало бы Балларду отправиться в Монтебланко и снести этому человеку голову с плеч.

Обученный войне и более чем способный защищать своих людей, он был лишен возможности помочь ей: бессилен из-за проклятия и цепей, которые приковали его к Кетах-Тору. Даже Гэвин, желтоглазый и балансирующий на грани очередного потока, не сможет пойти вместо него. Луваен придется во второй раз встретиться с Джименином один на один.

Он встретил ее мрачный взгляд поверх головы Циннии:

— Ты не можешь ждать неделю.

— Нет. Я сейчас соберу свои вещи.

— Я иду с тобой, — сказала Цинния.

Сердитое выражение лица Луваен смягчилось:

— Я так не думаю.

— Но Лу…

— Цинния, ты только что вышла замуж и должна провести свободное время со своим мужем. Я разберусь с этим.

Баллард восхищался ее тактикой. В ней не было ничего деликатного, но она эффективно подавляла любые аргументы или настойчивость с обеих сторон. Он привлек внимание Гэвина:

— Одолжи ей Воробышка, чтобы она поехала верхом. Джименин будет ожидать, что она появится верхом на более медленном Плаутфуте. Появление на незнакомой лошади позволит ей выиграть время.

— Я оседлаю его, — Гэвин поцеловал Циннию и ушел в конюшню.

— Я могу доставить тебя гораздо ближе к Монтебланко, — сказал Эмброуз. — Сократить путешествие до полутора дней вместо шести, но тебе придется воспользоваться небольшим количеством магии, госпожа.

Луваен еще раз взглянула в зеркало, а затем на него:

— Я расцелую это барахло, если оно доставит меня туда быстрее, колдун, — затем она посмотрела на Балларда, и его сердце сжалось от печали в ее глазах. — Пойдем со мной наверх.

Он кивнул:

— Дай мне минутку поговорить с Эмброузом. Я приду, — он смотрел, как она направилась к лестнице, Цинния следовала за ней по пятам.

Баллард повернулся к Эмброузу, как только они оказались вне пределов слышимости:

— Я бы поспорил на хорошего скакуна, что Джименин каким-то образом узнал, что Луваен возвращается весной, и думает, что Цинния вернется вместе с ней. Девушка сдастся в тот момент, когда увидит своего отца в тюрьме, и сделает все, что захочет Джименин. Он будет их искать. Как близко ты сможешь подвести ее к дому?

Эмброуз развел руками в беспомощном жесте:

— Не ближе, чем то, о чем я упоминал. Но она будет на незнакомой лошади, и если она скроется, то доберется до Монтебланко раньше, чем он ее заметит.

Баллард провел рукой по лицу:

— Боги, это худшее из проклятий. Я даже не могу защитить ее, сопровождая ее. Гэвин тоже не может, а она не оставит своего отца гнить в тюрьме, пока остается в Кетах-Торе.

— Она будет знать, что делать. Она находчива и ни в коем случае не увядающий цветок, и она уже имела дело с Джименином раньше, — Эмброуз прикусил нижнюю губу — верный признак того, что он что-то планировал и разрабатывал стратегию. — Ты можешь следить за ней в зеркало, которое я дал ей и Циннии.

— Это так же плохо, как ничего не знать, если я ничего не могу сделать, чтобы помочь. Кроме того, она захочет зеркало, чтобы присматривать за Циннией.

— За тобой тоже, — отметил Эмброуз. — Это то, чего ты хочешь?

Мысль о том, что она может вызвать его образ в зеркале, когда он преобразится в последний раз, заставила холодный узел страха в животе Балларда раздуться, пока он стал угрожать задушить его.

— Нет, — сказал он.

Эмброуз щелкнул пальцами:

— Простое решение. Зеркала нетрудно зачаровать, просто иногда ими трудно управлять. Я могу зачаровать еще одно, чтобы Луваен могла вызывать только Циннию. Он также может служить маяком на случай, если ей понадобится вернуться в Кетах-Тор.

Баллард нахмурился:

— Лучше бы ей не возвращаться. Я ожидаю, что остальные уже уйдут к тому времени, когда ее дела с отцом будут закончены.

— Возможно, ей придется, господин. Если со мной что-то случится, и я не смогу вытащить женщин, тогда Луваен нужны будут средства, чтобы вернуться и сделать это за меня.

Баллард недовольно зарычал:

— Она права. Ей следовало застрелить Джименина, — он поднялся по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, на ходу бросая указания Эмброузу через плечо. — Когда Гэвин вернется, скажи ему, чтобы он собрал деньги, которые, по его мнению, ей понадобятся, чтобы освободить своего отца. Держу пари, что мы заплатим королевский выкуп за его освобождение.

Он нашел Луваен в ее комнате. Она помахала ему рукой в то время, как они с Циннией беспорядочно складывали одежду и личные туалетные принадлежности в сумку, по крайней мере, до тех пор, пока Луваен не подняла завернутый кинжал, который он ей дал. Она бережно положила подарок в свою кучу вещей, спрятав его глубоко среди смятых юбок и рубашек.

Во время его разговора с Эмброузом она сменила свое модное платье с множеством кружев на более простую и практичную одежду. Декоративные гребни из ее волос исчезли, и она заплела темные локоны в тяжелую косу, которая ниспадала на спину. Его фантазия о том, как он разденет ее и продержит с собой взаперти в своей комнате целую неделю, превратилась в пыль.

— Ты готова? — спросил он.

Она помедлила, закрывая сумку.

— Да, — ее тонкие руки дрожали.

Цинния посмотрела на нее и Балларда. Ее нижняя губа задрожала. Она похлопала Луваен по плечу.

— Я буду внизу, когда ты будешь готова, — сказала она и выбежала из комнаты.

Ресницы Луваен были влажными от непролитых слез:

— Ты снова спас мою семью.

Он покачал головой и подошел, чтобы встать перед ней. Его руки тяжело легли на ее стройные плечи:

— Твой отец стал отцом Гэвина, когда Цинния вышла за него замуж. У него есть долг перед Мерсером Халлисом. В этом ты просто посланник лорда де Ловета.