Грейс Дрейвен – Сияние (страница 37)
Бришен тоже рыкнул, затем вонзил клыки в шею соперника. От булькающего крика у него зазвенело в ушах. Рот наполнился кислым вкусом немытого человеческого тела, пота и крови. Он дернул головой, вырывая зубами плоть, и чуть не захлебнулся от струй горячей крови, забрызгавшей его лицо и шею.
Бришен выплюнул кусок мяса и оттолкнул от себя мертвого наемника. Снова наполовину ослепленный, на этот раз кровью, а не светом, он встал. Каи, пришедшие ему на помощь, сражались из последних сил, но беладинов было слишком много. Бришен схватил меч поверженного противника и побежал к сородичам, уже не столь стремительный и уверенный. Угрожающее рычание стало единственным предупреждением, после которого к нему рванул клубок пыльного коричневого меха.
В последний момент Бришен развернулся, взметнув клинок вверх. Пес жалобно заскулил, и мертвая ищейка магов упала в грязь подле него.
Снова раздался тот же голос, что предупредил остальных о побеге Ильдико и Анхусет. В этот раз мужчина кричал разъяренно и отчаянно:
– Схватите его! Схватите ублюдка каи!
Бришен услышал предупреждающее шипение воздуха, но тело отказалось подчиняться команде разума побыстрее уносить ноги. Первая стрела попала ему в правое плечо, вторая – в левое бедро, третья – в правое. Бришен рухнул на колени. Зрение затуманилось, и он покачнулся под тяжелым весом внезапно наброшенной сети. Она обвилась вокруг его конечностей, точно живое существо, извилистое и цепкое, словно щупальца легендарных морских гадов из детских сказок.
Взмах дубинки – последнее, что он увидел, прежде чем внутри черепа взорвался вихрь обжигающей боли. Кромешная темнота накрыла его саваном.
Глава 21
Бришен.
В последний раз она видела его спину, когда он растворился в хаосе лошадей, ослепленных каи и града стрел. Она боролась с Анхусет, пытаясь вырваться и вернуться к мужу. Сделать что-то помимо бегства. Цепкая хватка кузины Бришена оказалась несокрушимой. Ильдико едва не вывернуло наизнанку от толчка, когда ее закинули на плечо. В глазах потемнело, когда ее повернули и бросили на седло скачущей лошади.
Взгляд Ильдико привлек блеск стали в лунном свете. Анхусет протянула ей кинжал.
– Возьми его, – приказала она мрачным тоном, не терпящим возражений. – Наноси удар по всему, что движется.
Ильдико едва успела взяться за рукоятку, как слева из темноты выскочила неясная тень и бросилась на лошадь. Нападавший истошно завопил, как и сама Ильдико. Цепкие руки рванули юбки и ноги. Лошадь заржала и загарцевала боком.
Ильдико сделала все, как велела Анхусет: вонзила кинжал в свисающую с седла фигуру. Лезвие погрузилось в плоть. Мучительный крик, сопротивление и теплая волна крови, покрывшая ладони, стали ее наградой.
Раненый отступил, но его место заняли другие. Преследователи сыпались из подлеска, как насекомые из разрушенного муравейника. Жеребец Анхусет тоже вступил в схватку. Конь так брыкался и вставал на дыбы, что один из наемников влетел в ближайшее дерево и скатился на землю, схватившись за живот.
Анхусет сунула поводья в руки Ильдико.
– Веди лошадь!
Выронив кинжал, Ильдико с силой хлестнула поводьями по бокам мерина. Жеребец пустился в галоп, волоча за собой кого-то. Ильдико почувствовала, как Анхусет крутится из стороны в сторону, виртуозно орудуя двумя мечами в вытянутых руках. В ходе схватки каи лишь дважды со стоном врезалась в спину Ильдико, но удержалась на месте, прорубая им путь к свободе.
Они нырнули в лес, где Ильдико видела не больше каи в полдень. Она молилась, чтобы ненароком не развернуть скакуна в овраг к неминуемой гибели. Спасаясь от последнего преследователя, они обогнули рощу и выскочили на поляну.
Полностью открытая и освещенная лунным светом местность была для них слишком небезопасна. Ильдико повернула мерина обратно к лесу. Вернуться тем же путем они не могли, но если держаться границы, проходящей по восточной тропе, то сень деревьев сможет стать им укрытием. По крайней мере, ей удалось увести их от оврага.
Спутница за спиной зловеще молчала, и Ильдико оглянулась через плечо.
– Анхусет?
Кузина Бришена ответила медленным выдохом и тут же соскользнула с седла, потянув за собой испуганную Ильдико. Они обе упали на землю, рука Анхусет частично смягчила падение Ильдико. Жеребец вскинул голову и отскочил в сторону, прежде чем рысью погарцевал от них, волоча за собой поводья.
Ильдико вскочила на ноги и ахнула.
Анхусет лежала на боку лицом к Ильдико. Древко стрелы торчало из ее левого плеча, второе – чуть выше левого бедра. Каи медленно дышала. Ее золотые глаза потускнели.
Ильдико присела перед ней на корточки. Окровавленные руки скользили по раненой подруге, но не касались тех мест, где стрелы вонзились в доспехи и плоть.
– Анхусет! Почему ты ничего не сказала?
Каи попыталась пожать плечами, но ей удалось лишь дернуть одним плечом.
– Что тут скажешь? Кажется, стрелы смочены соком марсерета, – ее голос был таким же тусклым, как и глаза, слова сочились с распухшего языка.
Ильдико смежила веки. Если наконечник стрелы действительно смочен марсеретом, то через несколько мгновений у Анхусет онемеет все тело от плеч до кончиков ног. И даже если бы каи не стала мертвым грузом под действием яда, Анхусет все равно слишком тяжелая. Ильдико не сможет поднять ее и посадить на лошадь. Они обречены сидеть здесь, пока наемники идут по их следу.
Порыв горячего воздуха, тяжелого от запаха зеленой травы, коснулся щеки и шеи. Ильдико открыла глаза и поняла, что жеребец Анхусет вернулся и наблюдает за ней темными глазами, словно спрашивая, сколько они еще будут прохлаждаться. Если бы к горлу не подступали слезы, она бы рассмеялась.
Голова Анхусет поникла.
– Я не чувствую ни рук, ни ног.
В этот момент раздался победоносный собачий вой. Сердце Ильдико заколотилось в груди.
– О боги, ищейки магов.
– Уходи. – Анхусет медленно моргнула точно совиными глазами. – Они чуют меня, не тебя. Садись на лошадь. Уходи, – повторила она.
Ильдико вскочила на ноги.
– Я тебя не брошу.
Ее внимание привлекла блеснувшая в лунном свете сталь. В траве лежало два меча, которыми Анхусет отбивалась от нападавших во время дикой скачки по лесу. Один подле вытянутых пальцев каи, второй за ее спиной. Кровь черными потеками стекала с лезвий.
Ильдико подняла ближайший к ней клинок. Он оказался на удивление легким, но с тяжелым наклоном к кончику.
– Глупая гаури, – слова Анхусет слились воедино. – Ты погибнешь, если останешься.
– Помолчи. – Ильдико сосредоточила взгляд на кромке деревьев, откуда доносился лай. – Очевидно, даже яд не в силах укротить твой дерзкий язык.
Глупо это или нет, но она не собиралась бросать на холодной земле беспомощную Анхусет на растерзание стаи ищеек. Меч больше не казался таким легким, и Ильдико сжала его обеими руками.
Душа ушла в пятки, когда из-за деревьев выскочила первая псина. Вздыбленный мех, длинные лапы, блестящие клыки и глаза, такие же желтые и свирепые, как у любого каи, только гораздо более звериные. За первой ищейкой последовала вторая, а потом – третья. Собаки вприпрыжку пересекли поляну, лая и приглушенно рыча. Они все ближе подбирались к Ильдико с раненой каи.
– Согни колени и размахнись настолько сильно, насколько сможешь.
Голос Анхусет звучал будто на расстоянии, но Ильдико сделала, как ей было велено, и постаралась успокоиться. Казалось, в легких не хватает воздуха, хотя она дышала тяжелее загнанной лошади. Ручейки пота стекали по бокам под одеждой, отчего липкие от крови руки на рукояти меча стали еще более скользкими. Ильдико попыталась сдержала дрожь и желание прикрыть глаза, когда первая ищейка прыгнула на нее.
Ильдико закричала и замахнулась. Перед взором пролетела темная размытая линия. Раздался мясистый стук. Лапы пса обвисли на полпути. Зверь упал на землю и замер – стрела глубоко вонзилась ему в шею. Еще один свист воздуха защекотал ухо, и вторую ищейку постигла та же участь.
Обернувшись, Ильдико увидела лошадь со всадником в доспехах. Спаситель галопом проскакал мимо нее и сразил мечом третью ищейку.
– Ваше Высочество, с вами все в порядке?
Она обернулась на знакомый голос.
– Серовек?
Он вышел к ней в легкой броне и с луком. Именно он убил двух псов, а его солдат – третьего. Лорд Пангион окинул ее взглядом в поисках ран и одобрительно кивнул, увидев, что Ильдико сжимает один из мечей Анхусет.
Еще полдюжины беладинских всадников показались из-за деревьев на другой стороне поляны. Один воин вел лошадь без всадника. Конь Анхусет приветливо заржал, когда они окружили Ильдико и раненую каи.
Сжимая меч, Ильдико не желала отходить от своей спутницы. Крупицы здравомыслия, что у нее еще остались, уверяли, что если бы Серовек планировал это нападение, оно бы не провалилось. Однако мышцы задрожали, а сердце загрохотало, когда беладинский лорд приблизился.
Он опустился на колени перед Анхусет. Та наблюдала за ним прищуренными глазами, превратившимися из сияющих золотом в тускло-желтые. Серовек взглянул на Ильдико.
– Мы пытались добраться до вас на мосту, но опоздали. Убили двух смирителей, пустивших ищеек по следу, но в скором времени, вероятнее всего, прибудут еще наемники с псами. Вы вторглись на мою территорию. По их мнению, помощи вам ждать неоткуда. Наивные глупцы.