Грейс Дрейвен – Сияние (страница 13)
Ильдико невольно вздрогнула при мысли о мести Секмис. Она быстро глянула на Киргипу и подвинулась к Бришену, чтобы слышал только он:
– Ты уверен? Я чужестранка, а это во всех отношениях обычаи каи.
– В первую очередь ты член королевской семьи Хаскема, – ответил, нахмурившись, Бришен. – Ты можешь ходить куда пожелаешь, если король или королева лично тебе не запретят.
Будь они наедине, Ильдико разгладила бы морщинку между его нахмуренными бровями. Вместо этого пришлось удовольствоваться коротким прикосновением к его руке. Она заметила, что слуги внимательно наблюдают за ними и обмениваются взглядами.
– Мой титул тут ни при чем, Бришен, это нетактично. Полагаешь, женщина, оплакивающая гибель сына, хотела бы, чтобы при этом присутствовал чужой человек? Особенно если он привлекает всеобщее внимание, как я.
Лицо Бришена оставалось мрачным, глаза вспыхнули ярче.
– Как бы ты поступила на ее месте?
Ильдико пожала плечами.
– Когда погибли родители, соболезнования мне ничем не помогали, но все люди разные. Я не каи, и детей у меня нет – я никогда не была в такой ситуации.
Он смотрел на нее несколько мгновений.
– А ради меня ты бы пошла?
– Да, – не задумываясь ответила она.
Довольный ее ответом, Бришен поклонился и повернулся к посланнику.
– Давайте поскорее покончим с этим, и я вернусь к жене. – Прежде чем выйти в коридор, он взглянул на Ильдико. – Смежная комната моя. Приглашаю тебя осмотреться в ней, – подмигнул он и добавил: – К неудовольствию моей семьи, у меня имеется парочка секретов.
Он ушел, закрыв за собой дверь, и Ильдико осталась с двумя женщинами каи.
Повисло неловкое молчание.
– Я еще плохо знаю ваш язык, – с трудом подбирая слова, произнесла Ильдико.
Служанки замялись, и она обрадовалась, что немного научилась понимать выражение лиц своего нового народа. Женщины явно удивились, услышав родную речь.
– Мне кажется, вы говорите на всеобщем лучше, чем я на баст-каи. Предлагаю перейти на всеобщий, так вы сможете научить меня новым словам.
Они дружно кивнули и принялись распаковывать сундуки и показывать слугам, куда поставить лохань для ванны. Завязалась неуклюжая беседа. Киргипу Ильдико уже знала. Вторую женщину звали Синуэ.
Во время путешествия из Присида в Харадис Ильдико привыкла ловить взгляды каи, любопытные и временами неприязненные. Внимание Киргипы и Синуэ ей ничуть не мешало. Другое дело – предстоящий пир, вот где Ильдико в полной мере ощутит, что ей здесь не рады.
Не считая пары приглушенных возгласов, когда Ильдико разделась и опустилась в ванну, служанки вели себя тактично, вежливо и предупредительно. Ильдико даже послышалось одобрение в голосе Синуэ, когда та согласилась, что на пир лучше надеть традиционный наряд каи.
Одеваясь, Ильдико услышала шум в соседней комнате. Должно быть, Бришен вернулся с заседания совета и тоже готовится к застолью. Предположение подтвердилось: он постучал в дверь и вошел.
Бришен сменил кожаную одежду для верховой езды и легкую броню на строгий и более торжественный наряд, чем тот, в который он был облачен на венчании в Присиде.
Поверх узкой нижней рубахи и штанов на нем была длинная туника с широкими рукавами и высоким воротом. Одежда сшита из шелка черного и темно-зеленого цвета и украшена вышивкой. Волосы, свободно рассыпались по плечам, будто крылья ворона, не считая мелких косичек с вплетенными в них мелкими бусинами.
В пути Бришен и Ильдико постоянно были рядом. Отличия во внешности мужа больше не казались ей такими явными. Клыкастая улыбка и глаза по-прежнему ее пугали, но теперь она понимала, почему женщины каи считают ее мужа привлекательным.
Кое-что из доспехов Бришен все же оставил. Его тонкую талию поверх туники обвивал широкий кожаный пояс, украшенный медными заклепками. Он защитит Бришена от ножа, нацеленного под ребра. К поясу крепилось массивное кольцо, на нем висели ножны с парадным мечом. Из голенищ сапог торчали рукояти кинжалов. Ильдико подумала, что Бришен весь увешан оружием, и она видит лишь малую толику.
– Нам предстоит пир или битва? – пошутила она.
– Мы при дворе Джедора,
Ильдико поняла, что он поддразнивает ее, но от его слов тревожно сжался желудок. Она не увлекалась вином и элем, но надеялась, что за столом того и другого будет вдоволь, иначе ее руки будут дрожать так, что она проткнет себя столовым ножом.
Она заметила, что муж научился читать по ее лицу так же, как она научилась распознавать его чувства. Он приблизился и шепнул:
– Не беспокойся, Ильдико. Будет не так уж плохо. И если кто-то посмеет угрожать тебе, я окроплю стены кровью.
Бришен хотел успокоить жену, но она вздрогнула. Он ревностно опекал ее, и за это Ильдико была признательна. Тем не менее она надеялась, что трапеза пройдет без обезглавливаний или расчленений.
Бришен отступил и внимательно осмотрел Ильдико.
– Такого я не ожидал, – сказал он.
Пока он был на заседании совета, Ильдико готовилась к празднику. Когда служанки разложили на кровати ее привезенные из дома наряды, она неодобрительно защелкала языком.
– Мне следовало заранее обзавестись одеждой, какую носят каи.
Традиционное платье или головной убор не добавят ей сходства с каи и не сделают менее похожей на гаури, но покажут всем, что Ильдико готова принять их культуру.
Услышав ее слова, Синуэ поклонилась и выбежала из комнаты, напугав Ильдико и Киргипу. Она вернулась в сопровождении двух мужчин, которые втащили большой сундук и поставили у стены. Как только они вышли, Синуэ откинула крышку и поманила Ильдико рукой.
Увидев стопку роскошных тканей – зеленых с золотым, бронзой и черным – цвета змеиной крови, – Ильдико ахнула. Среди темных тонов сияли драгоценный амарантин, сапфировый и ярко-голубой.
Ильдико встала на колени рядом с Синуэ, запустила руки в сокровищницу и принялась доставать шали, шелковые штаны, расшитые золотом туники, пояса, украшенные драгоценными камнями и сплетенные из тончайших золотых цепочек.
– Какая красота!
Синуэ широко улыбнулась, и у Ильдико волосы встали дыбом.
– Его высочество заказал их перед отъездом к вам на родину,
Наряды поразили Ильдико. Они превосходили любое из праздничных платьев королевы Фантины, которые та надевала на церемонии государственного значения. Собственный свадебный наряд Ильдико показался лохмотьями по сравнению с этой одеждой.
– Думаю, сейчас самое время.
Два часа спустя, наряженная, подпоясанная и с тщательно уложенной прической, Ильдико предстала перед Бришеном в королевском наряде каи. Сейчас, как никогда прежде, она остро пожалела, что не умеет толком читать выражение его лица.
Ее наряд походил на наряд Бришена – длинная туника с широкими рукавами поверх облегающей нижней рубашки. Ее туника была длиннее, чем у него, и скроена, как юбка, но позволяла двигаться гораздо свободнее. Под тунику Ильдико надела штаны, которые заправила в высокие сапоги со шнуровкой. Широкий, как у Бришена, пояс из ткани был расшит рубинами, мелкими, как маковые зернышки. В тусклом свете они поблескивали, точно крошечные глазки демона.
Несмотря на вежливые, но настойчивые уверения Синуэ и Киргипы, что ей больше подойдет другой цвет, Ильдико предпочла черный. Весь ее сегодняшний наряд, вплоть до гребней в волосах, был молчаливым заявлением. Она оделась по традициям каи, показывая тем самым, что принимает этот народ, но одновременно подчеркнула цвет кожи и волос, чтобы напомнить всем, что она гаури и гордится этим.
– Что скажешь? – спросила она Бришена, который медленно ее обошел. – Подойдет?
Он встал перед ней и несколько секунд молчал. У Ильдико вспотели ладони, а служанки за спиной мужа вцепились в юбки так, что у обеих побелели суставы.
Бришен взял ее за руку и притянул так близко, что Ильдико ощутила жар его тела. Он коснулся ее спины и легко прошелся пальцами по поясу.
– Ты очень умна, жена, и у тебя дар говорить многое, не сказав ни слова. – Вокруг его глаз прорезались морщинки, уголки губ изогнулись. – Наряд прекрасно подойдет.
Между ними проскочила искра товарищества, единодушия. На мгновение Ильдико показалось, что они одни в комнате и связывают их не только брачные обеты, но и общие черты, которые придают им гораздо больше сходства, чем различия. Бришен из дома Хаскем – достойный мужчина, будь он человек или каи, или представитель какой-либо другой древней расы, населявшей эти земли, и чем лучше Ильдико узнавала мужа, тем больше к нему привязывалась.
– Для мертвого угря вы очень привлекательны, супруг мой, – сказала она и подмигнула.
Синуэ и Киргипа дружно ахнули.
– Хоть вы и похожи на вареного моллюска, но черный вам к лицу, супруга моя, – парировал Бришен, широко улыбаясь.
Снова послышались потрясенные вздохи, и Ильдико мельком заметила, что обе служанки наблюдают обмен «любезностями» с открытыми ртами. Неожиданно в дверь постучали, и обе женщины вздрогнули. Киргипа открыла и придержала дверь, впуская вереницу слуг. Они внесли небольшой стол, уставленный блюдами, и поместили его у очага. Слуги расставили тарелки, разложили ножи и льняные салфетки. В кубки, из которых пили Бришен и Ильдико, долили вина.