Грейс Дрейвен – Эйдолон (страница 45)

– Обязательно, как только увижу в этом необходимость. Как бы дворянам ни хотелось спланировать мое убийство, они поймут, что пока моя смерть им невыгодна. Монарх, мстящий за смерть супруги, не будет настроен проявлять милость и выслушивать льстивые уговоры.

– Верно. Бришен не будет благосклонен и терпелив, особенно в горе.

Стук в дверь прервал их разговор. Раздался голос Синуэ. Она заглянула в комнату, а когда Ильдико предложила войти, открыла дверь шире и поклонилась, прежде чем оглянуться на кого-то в коридоре.

Горничная вела себя странно.

– Что случилось, Синуэ?

Анхусет напряглась и опустила руку на рукоять меча.

Синуэ снова поклонилась.

– Миледи, вы помните служанку, которая прислуживала вам вместе со мной в Харадисе?

– Киргипа?

Ильдико улыбнулась, вспомнив девушку, которая была одной из ее горничных во время пребывания в королевском дворце. Бришен принес огонь жизни ее брата Талумея их матери и сестре. Киргипа решила остаться со своей семьей, когда Ильдико уехала с Бришеном в Саггару.

– Она здесь? Ей удалось выбраться из Харадиса?

Синуэ кивнула, и Ильдико радостно захлопала в ладоши.

– Впусти ее!

Эта весть стала светлым пятном в череде мрачных дней.

Радость померкла, когда Синуэ сказала, что Киргипа пришла без сестры и матери.

– Она здесь с двумя дворцовыми стражниками, миледи. Они отказываются ее покидать. Все в коридоре.

Ильдико встретилась взглядом с золотистыми глазами Анхусет.

Служанка вела себя слишком странно.

– Впусти их всех, – приняла решение Ильдико.

Горничная выскочила из комнаты.

– Уверена, что это разумная идея? – Анхусет крепче сжала меч.

– Почему-то я сомневаюсь, что Киргипа желает мне зла.

– Чего нельзя сказать о дворцовой страже. Это элитные войска. Когда-то я была одной из них.

– Тогда я буду полагаться на твою защиту, в которой, как вы с Мертоком настаиваете, я постоянно нуждаюсь.

Синуэ вернулась в сопровождении потрепанной каи с суровым лицом. Киргипа, такая же запачканная, вошла следом с кучей тряпья на руках. За ней следовал мужчина. Его лицо смягчилось при виде Анхусет.

– Ша-Анхусет, – поприветствовал он ее быстрым ударом кулака в грудь, как было положено при встрече с солдатом более высокого ранга.

Анхусет склонила голову набок.

– Некос? – Поза и хватка на мече не ослабли. – Давненько мы не делили с тобой фляжку.

Не сводя глаз с Киргипы, Ильдико лишь вполуха прислушивалась к их разговору.

– Киргипа, рада тебя видеть.

Она подошла к девушке, дружелюбно протянув руки, но путь преградила каи, вошедшая в спальню первой. Она не сдвигалась с места, даже когда Анхусет обнажила меч.

– Отойди, Дендера, – тихо сказал Некос. – Мы среди друзей.

Глаза Киргипы округлились до размера золотых монет, когда она уставилась на обозленную Анхусет.

– Действительно, Дендера, вы здесь в безопасности, – сказала воительница, подтвердив заверения Некоса.

Дендера неохотно отступила.

– Простите меня, херцегеши. У нас веские причины проявлять повышенную осторожность.

– Ее величество, – прорычала Анхусет.

– Нет, херцегеши, – настояла Дендера. Она указала на сверток, прижатый к груди Киргипы. – Это ее величество.

Слова стражницы рухнули в тишину комнаты подобно якорю. Ильдико, как и Анхусет, уставились на сверток с потрясенными лицами.

Киргипа откинула уголок тряпья, явив их взору крошечную головку с шапкой белых волос. Маленькое личико блаженно расслабилось во сне. Из поджатого ротика вырывались пузырьки.

– Мы проделали долгий путь, чтобы получить вашу помощь и защиту, херцегеши. Я держу на руках единственное выжившее дитя его высочества Харкуфа и его жены Тайи. Это королева-регент Баст-Харадиса.

Глава 18

Харадис, столица Баст-Харадиса, раскинулся по обе стороны Абсу, представляя собой заброшенные руины, покинутые каи и захваченные галлу. Где-то в развалинах, бывших королевским дворцом, рана мира истекала мерзкими тварями в бесконечно кипящей пене.

Бришен уставился на то, что осталось от дома его детства, и тихо пропел заупокойную песнь. Об этом месте остались у него хорошие и плохие воспоминания. Он ненавидел двор и любил сам город с его оживленными портами и переполненными рынками. Теперь все бесследно исчезло, уничтоженное злобной тьмой, вырывающейся из бреши, созданной его коварной мамашей.

Призрачная армия двигалась вдоль берега, сражаясь и заманивая галлу в ловушку. Неважно, что вухани быстрее любой живой лошади, путешествие в город было тяжелым, горьким испытанием, состоящим из погони и сражений. Даже сейчас каждый король рубил атакующих демонов, отправляя их обратно в брешь, из которой те немедленно появлялись. Этот процесс стал чем-то настолько обыденным, что Бришен сравнил его с прихлопыванием мух. Непревзойденный погонщик Гайрис проскакал мимо него, свистя и выкрикивая резкие команды мертвецам, которые хватали убегающих галлу и закидывали в колоссальный загон, плотно набитый демонами.

– Как ты собираешься заманить их в ловушку внутри города? – проревел Серовек, стараясь перекричать непрерывный визг галлу и их тюремщиков-мертвецов.

Короли несколько раз использовали тактику двойного охвата в хаотичном движении к разрушенной столице, прижимая галлу к реке, обходя их с флангов, окружая и загоняя в натянутую сеть, созданную усопшими. Не самое лучшее решение, но это была единственная тактика, с помощью которой они могли оттеснить орду обратно в Харадис и оцепить город.

Бришен жестом подозвал Мегиддо.

Когда монах подъехал, он спросил его:

– Насколько большой рунический круг ты можешь наколдовать?

– А какого размера нужен?

Он указал на несколько мест, окружавших разрушенный дворец.

– Небольшой вокруг дворца. Мы можем использовать его, чтобы сдержать появление галлу, пока я не закрою брешь. Больший круг вокруг первого. Его должно хватить, чтобы мертвецы согнали оставшихся, а мы порубим и изгоним их обратно в пустоту.

– Вы понимаете, скольких из этих ублюдков нам придется порубить на куски? – Ондраш, который был достаточно близко, чтобы услышать разговор, привстал в стременах, рассматривая огромную орду позади себя.

Бришен пожал плечами.

– Ты слышал Эльсод. Мы не устаем. Не спим.

И превращение этих мерзких тварей в пыль могло, наконец, утолить его жажду мести. Трудно поверить, но Бришен наслаждался этим шансом.

– Я могу наложить защиту, но она истощит вашу силу, – предупредил Мегиддо. – И это временная мера, как та, что я использовал в доме брата.

Он наклонился, насаживая галлу на меч. Тварь скользнула вниз по лезвию и вонзила зубы в наруч, прежде чем распасться.

Бришен нахмурился, разрубая еще одного пополам.

– Нам не нужно ничего постоянного.

Мегиддо прав. Защитные круги такого размера лишат его большей части силы. Бришен боялся, что у него может не остаться сил, чтобы вернуть всех королей обратно в их тела. Он отбросил в сторону беспокойство. У них нет выбора. Им нужны сдерживающие круги, какими бы опасными и непостоянными они ни были.

Стадо галлу пыталось вырваться из плена, пока мертвые загоняли его в город, а короли тем временем пробивались ко дворцу, разбрасывая груды костей каи, мимо которых проезжали. Демоны атаковали волнами, разливаясь по разрушенному городу, в попытке наброситься на королей и проползти по ним, как тараканы по туше. Мечи прочерчивали путь по направлению к воротам замка.

Бришен спешился, разрубив галлу пополам. Он позвал Мегиддо, перекрикивая шум:

– Можешь нарисовать меньший круг вокруг дворца?