Grey – Цепи Фатума. Часть 2 (страница 7)
Ричард почесал подбородок:
– Неужели… Ты хочешь сказать, медицина, ну, какой мы ее представляем, тут запрещена? – предположил ученик целителя, переводя взгляд с Магнуса на Гроффа, а затем обратно.
– Вера – лучшее лекарство! – Грофф воздел перст к потолку. Тут даже Ливия обернулась, услыхав его слова.
– А мне только начал нравиться этот город, – заявила Вейа, рассматривая что-то за окном в саду.
– Тут есть аптечные лавки, только вот продают там, – к слову, по рецепту от врачевателей Кардинала, – всеисцеляющую огненную воду…
– Спирт, не так ли? – Вейа поморщилась.
– Ага. Он самый.
– Как основа для растирания подойдет при больных суставах, – постановил Ричард. – Но все равно я бы добавил туда болеутоляющих и живительных трав…
– Я лучше выпью вина! Тоже помогает… – воскликнул Грофф. – Это все от перепадов погоды… Сперва ливень, теперь зной.
– И от нескончаемой скачки на лошади, – подсказала Вейа.
– Ладно, хватит меня тут лечить! Или думать, как вы будете это делать! Я в порядке. Нам все равно нужно идти, – решил Грофф. – Магнус, дружище, не одолжишь мне какую-нибудь трость из твоей коллекции, моя палка, самая обычная обструганная палка, осталась в Бертлебене.
– Да, да, конечно! – Великан поспешил в одну из боковых комнат.
– Никакой кости риноцероса, золота, изумрудов и вертранговского дерева! Самую скромную тросточку из всех, будь столь любезен! – крикнул ему вдогонку Грофф (Магнус, наверное, его не расслышал), затем обратился к Ричарду и Вейе: – Итак, наш план действий на сегодня: шляпная мастерская…
Далее реплики с силой горной реки обрушились на мужчину, который даже не успел закончить.
– Это обязательно?
– Я уже заказал для вас.
– А кто за это заплатит?
– Ой, Ричард!
– У меня будет такая же? – Вейа указала на треуголку Гроффа.
– Нет, для девочек – чепец.
– Чепец? Нет! Я хочу шляпу!
– Ты же девочка, зачем тебе лишнее внимание?
– И тут то же самое! Ты как моя мама! Можно я так буду ходить? – Она растрепала волосы.
– Грофф, а ее головной убор с цветочками? То что нужно, Вейа, зря ты артачишься. Идеально!
– Заткнись, Ричард! Самому придется его носить, помяни мои слова!
– Довольно! Иначе останетесь здесь и будете до вечера чистить конюшни! – Оба моментально замолчали. Магнус и Ливия, не участвующие в этой нелепой перебранке, вздохнули с облегчением.
– Итак, – Грофф строго глянул на баламутов, – далее по плану – портной, есть тут мастерская готовых платьев, это не для знати и вельмож, пекущихся о фасоне и собственной репутации, а нечто куда попроще, но при наших финансах и отсутствии времени – самое то, – Старик похлопал себя по груди, где у него лежала карта-брошюра, там он и выискал всяческие лавки, – хранилище в банке и…
– Цветочная лавка, – дополнил Ричард.
– Это еще зачем? – Грофф больше удивился, нежели осерчал, что его опять прервали.
– Хочешь подарить Ливии букет? – Вейа прямо расцвела, позабыв про незавидную участь по воле Гроффа ходить по улицам в чепце с цветочками.
– Это хорошая идея! – поддержала Ливия. Они с Ричардом обменялись улыбками. Парню оказалось невероятно приятно осознавать, что она догадалась (а ведь догадалась, ведь так?) о его истинных намерениях. – Они ведь тут имеются? Не запрещено же продавать в Хорграде цветы?
– Вроде бы… – Грофф снова принялся изучать бумагу с ремесленными и торговыми объявлениями. – Да, да, цветочные лавки тут есть, нам даже по пути…
– Ричард сможет приготовить из цветов снадобье для тебя, Грофф. – Ливия просияла, а вот Ричард покраснел.
– Что ж… – Мужчина впервые за утро улыбнулся.
– Я же говорил, что хочу помочь.
– Хорошо, Ричард. – Повисла короткая пауза, Грофф зачем-то (по привычке, не иначе) опять поглядел на остановившиеся часы. – А вот и Магнус! Ну, дружище, ну ты даешь! Что это за безобразие во плоти?
Магнус вернулся, крутя в ручищах трость с позолоченным набалдашником в виде какой-то причудливой твари – ни то ни сё, – то ли свинья, то ли рыба.
– Это самая простая из всех, что у меня имеются! – Он пожал плечами и всучил палочку другу.
– Это свинья или рыба? – Грофф уже ковылял к выходу, все же используя данный несуразный предмет.
– Это морская свинья, – сказала Ливия. – Они живут в морях вокруг Гуар Данна.
– Точно! Только вот я ненавижу корабли, плавание, море и все, что в нем копошится!
Вейа уже следовала за стариком, расспрашивая его о плаваниях, пиратах и морской живности, раз уж такая тема подвернулась. Парню старик в этой шляпе и с тросточкой напомнил матерого морского волка из пиратских рассказов про Чантру. Ричард прислушался к разговору принцессы и хозяина: Магнус обещался устроить Ливии знакомство с домом, обещаясь, что скучать им не придется.
– До скорого! – шепнул Ричард Ливии.
– Удачи, Ричард. Я буду ждать тебя.
Махнув рукой Ливии и Магнусу, в приподнятом настроении, которое даже не омрачит Грофф любыми последующими замечаниями, парень поспешил за кузиной и стариком.
Глава 3. Встреча
Когда Лескро спустился вниз, прижимая к груди кожаный чехол с бумагами и писчими принадлежностями, Занзара и ее братец уже приняли завтрак от Червивого Яблочника – перевоплотившиеся незамысловатым образом в новые блюда объедки вчерашнего ужина (никакой расточительности, сплошная бережливость!), правда, полагающееся ко всему этому пиво оказалось куда свежее и холоднее, его парочка потных и тщедушных работников доставила прямо при них. Ушлый Яблочник явно намеревался сбыть им остатки со дна старой бочки, но после весьма короткой беседы с Бронтом уяснил – лучше настроение этому громиле не портить, а заодно и себе, ведь до чего погожий день грядет! Девушка не вмешивалась, со скучающим видом водя пальцами по засаленному краю стола, потом повертела кинжал в руке: хотела даже что-нибудь нацарапать на память… нечто вроде “В и С”, но не стала.
“Глупо все это. Обойдется. Обойдусь. Сейчас надо думать о Корделле”.
Ждать долго не пришлось, только Бронти плюхнулся напротив нее, так почти сразу же и трактирщик подплыл к ним с двумя деревянными подносами. У Занзары не имелось ни малейшего желания вступать в разговоры с хозяином (даже столь тривиальные, как оплата, выбор блюд, погода, удобство (ха-ха, а то как же!) комнат и прочая чепуха), она швырнула ему на стол чуть больше аргов, чем требовалось, и указала кивком на стойку, мол, шуруй отсель. Мужик елейно улыбнулся, скрыв за сей гримасой скользкое “Надеюсь, я вас тут больше никогда не увижу!” (наемница читала таких людишек и их скудные мыслишки будто буклет за один медяк) и ретировался.
Девушка хмуро проводила взором хозяина, после все же ткнула сталью в слой жира на столешнице и накарябала, но вовсе не инициалы или сердца, а знак Колеса – круг с зазубринами на внешней его части.
“Никогда не знаешь, как именно сложится судьба, Червивый Яблочник, но движение ее – круг”. – Она смахнула пальцами мелкую стружку.
Они с Бронти переглянулись и принялись за еду. Таращиться на нее в столь ранний час некому, посему особо девушка не отворачивалась, когда пила и ела, опустив маску до подбородка. Бронт уже привык к ее облику, да и его единственное око более занимала пища.
Викто́р все еще торчал в спаленке, возясь с будущим портретом Корделла, а Бронти уже поглядывал на его порцию, но стянуть что-либо оттуда не решился, поймав почти волькаарский взгляд сестры. Громила вздохнул, зевнул, почесал затылок и принялся обгладывать кости.
О том, кто и как провел прошедшую ночь в Морабатуре, ни один из них не говорил, о каких-то дальнейших планах – тоже. Ведь все уже решили, пока спускались: сдать ростовщикам цацку Лескро, получить денег, двинуть в гильдию наемников, выдать портрет преступника, назначить награду. Далее дело за малым, Зубастик отправится доносить на Бастера Кардиналу, а к вечеру герцог “будет висеть” на каждой стене, а может, его и вовсе поймают, тогда повисит между небом и землей уже не столь фигурально. Не самый хитроумный план, но чем проще, тем легче исполнить задуманное. В общем, пока ждали Викто́ра, так и сидели молча, пили да жевали.
– А вот и Зубастик! – известил Бронти, который давно слопал всю свою еду, поэтому теперь просто бесцельно таращился по сторонам, нет, да кидая жадный взгляд на завтрак, предназначенный для Лескро.
– Отлично. – Занзара, так и не дощипав мясо худосочного цыпленка, придвинула блюдо к брату. Тот просиял. Девушка осушила кружку и натянула маску по самые глаза, подведенные сурьмой (покинув комнату, она успела умыться и привести ту часть лица, которую считала не такой уж уродливой, в порядок).
– Ну как? Готово? – поинтересовалась она у Викто́ра. Ее брат остался безучастным и к самому появлению королевского прихлебателя, и к его творческим способностям портретиста. Бронти активно работал челюстями, которыми он перемалывал жареную птицу, сплевывая периодически кости в примостившийся на скамье подле него пустой глиняный кувшин.
– Вполне! – Лескро оглядел полупустую (не считая парочки окопавшихся тут навеки забулдыг, наклюкавшихся теплого осадочного и посему уцененного пива спозаранок) залу таверны и продемонстрировал плоды творческих потуг.
– Пьфу! Тьфу! Хпф!
– Как это понимать? – удивленно спросил Викто́р.
– Это он кости сплевывает.
– А-а-а… Ну?
– Великолепно. – На Занзару с отвращением взирал герцог Корделл, тени и умелые штрихи делали его заостренное лицо едва ли не живым, до крайности настоящим. Да, именно таким ей он и запомнился в их последнюю и весьма непродолжительную встречу в Эвелире. Девушке подумалось, что Зубастику тоже довольно часто приходилось сталкиваться с подобным пренебрежительным и высокомерным выражением этого подонка, которое она бы так явно не смогла изобразить – Корделл в ее мыслях существовал лишь поверхностно – кругами на воде куда более глубокого соленого озера обид и лишений.