Grey – Темный Союз (страница 8)

И, бесспорно, вся эта неприятная ситуация могла только ухудшить состояние Фера, а его обладание могло и вовсе обрушиться в любое время на кого угодно и где угодно. Он и ранее чувствовал себя изгоем, держал внутри переживания… А сейчас его друг особенно уязвим, ведь вся его жизнь изменилась в ту злополучную ночь!

В конечном итоге есть еще вариант: бросить учение и отправиться в Гладию. Отец не обрадуется, но… Пусть, какая разница! Можно двинуться на все четыре стороны… Фер начнет противиться, но всякого упрямца можно уговорить… А там и решение найдется.

Пока Варлаг перебирал в голове разные варианты, вернулся Фер вместе с ментором Катэлем.

– Я подожду за дверью. – Эльвин удалился, с сожалением глянув на друга.

– Доброе утро. Как ты себя чувствуешь? – враз спросил Катэль. Он держался неизменно (за исключением ночи испытания) спокойно. Варлага его безмятежность раздражала.

– Вполне сносно, ментор, – ответил он, слабо улыбнувшись.

Ему совершенно не хотелось, чтобы тот применял люксис, вселяя спокойствие и надежду, мешая четко мыслить. Варлаг попробовал представить, как свет вокруг эльфа растворяется и никакого действия на него не оказывает. Он взывал к силе поглощения, но голос, который он слышал ранее, пока не появился.

– Я знаю, принц Варлаг, у тебя много вопросов, – начал Катэль. – Ситуация с испытанием вышла из-под контроля. Такое случалось и раньше, но…

– С эскуридами? – перебил нетерпеливый ученик.

– Не совсем, – продолжил эльф, – за мою службу на посту ментора это первый случай. Эскура – достаточно редкое обладание.

“Понятно. Похоже, даже Катэль толком не знает про эскуру. Не даром же она – редкая… Разумеется, эльф несведущ, – как и остальные, включая нас. Теперь нужно понять, что он собрался делать. Или уже сделал. Нечто, способное навредить Феру…”

– К сожалению, мы не сможем продолжить обучение твоего друга. Это невозможно. – Варлаг решил не возражать и выслушать Катэля до конца. – То обладание, очевидцами проявления которого мы стали – очень опасно, как для самого Фердорчи, так и для окружающих. Всем нам ведомо – практика эскуры запрещена в Эльфинате и союзных странах. Увиденное нами в тот вечер – чистейшее обладание тьмы и очень сильное, даже при условии неумелого обращения с ним. Оно не только разрушило реликты, но и подействовало на прочих учеников. И никакое другое носительство не смогло этому помешать…

– Кроме моего, – добавил Варлаг. – Что вы сделаете с Фером? – Ему надоело слушать об опасности эскуры. И так понятно: неконтролируемая, опасная, разрушительная, пугающая… И самое главное – никто не знал как с ней жить. Даже Катэль, у которого запас знаний богатейший, а на любой вопрос он мог найти ответ или разобраться с неразрешимой задачей. – Чего вы ждете?

– О такой ситуации надлежало доложить Владыкам, – мягко уведомил тот.

“Разумеется. Эти лицемерные эльфы извечно улыбаются тебе, демонстрируют мудрость и спокойствие, обещают помочь, а на самом деле и пальцем не пошевелят, если выгоды для них в том нет или возникают какие-то трудности!” – Варлаг раскраснелся от злости и досады.

– Вы отошлете его домой? – спросил он уже вслух, сжав кулак так, что ногти впились в ладонь. Катэль якобы ничего не заметил.

– Не сразу, пока что он останется здесь. Владычество пришлет конксура, который способен поглотить обладание Фердорчи.

– Вы сделаете его простым эльвином?! – Варлаг соскочил с кровати. – А потом выбросите как сор? Вы прекрасно знаете, что ждет его в таком случае! Вы его тем самым уничтожите!

– Успокойся. – Парень ощутил волны люксиса, исходящие от Катэля, и супротив воли сел. – Он не сказал тебе? – уточнил учитель. – Следовало ожидать. Но такова его добрая воля. Фердорча понимает важность принятого решения. И оно – лучшее.

– Фер согласился? Высьдом – единственное место, где он чувствовал себя нужным… – досадовал Варлаг и снова представил, как обладание учителя развеивается – на этот раз навсегда, чтоб и следа от него не осталось.

“Нельзя дать ему запутать мысли. Вроде бы, сработало!”

Загадочный голос шепотом прозвучал вновь. Слов он не различил. Но безмятежность и странное чувство спокойствия пропали, а голод неприятно шевельнулся змеей в утробе.

– Некоторые решения трудно принять. И тебе тоже нужно сделать правильный выбор.

– Вы просто боитесь. – Варлаг играл, сохраняя спокойный тон.

Глаза Катэля сверкнули, наверное, он понял, что ученик пытается противиться его обладанию, но вида не подал. Ведь принц духом посильнее Фера, которого можно убедить безо всякого люксиса. Потом его взор заволокла далекая и непонятная Варлагу печаль.

– Мне жалко терять учеников. Но у каждого в Эльфинате есть долг и роль…

– А другие эльвины, работающие тут? Почему они могут остаться, а Фер – нет?

– Потому что они не ученики и никогда ими не являлись, – терпеливо отвечал Катэль. – У эльвинов Высьдома никогда не имелось обладания, – продолжал ментор. – Представь, каково придется Фердорче – смотреть на успехи бывших сокурсников, зная, что среди них ему теперь не место. Что он будет чувствовать, глядя на тебя? Примирится ли с ролью твоей тени? Вот что его уничтожит.

Парень потупился. Действительно, об этом он не думал. Все время принца заботило лишь то, чего для друга хотел он сам. И то, что ему (и только ему) казалось правильным.

– Ты принц, Варлаг, и те, кто подле тебя, должны согласиться на вторые роли. А после ты станешь королем. Таково положение вещей и твое бремя. И уж поверь, понимаю я тебя лучше прочих.

Ученик промолчал. Фер никогда не завидовал ему… Неправда! И не чувствовал себя ущемленным, ведь он относился к нему… как к равному себе! Или же, упоенный и ослепленный добротой и благородством, Варлаг не замечал чего-то?

– У всего есть цена. Хоть ты и не обременен денежными нуждами, но не платишь за то, что обучаешься и живешь здесь. Не каждый рождается в достатке… У некоторых учеников до поступления в Высьдом не хватало меди даже на корку хлеба. Кров, еда, прочие блага предоставляются Эльфинатом за дальнейшую службу, как ты догадался. Если ты не можешь служить, как обладатель, то должен принести пользу иначе – такова незыблемая система, весы и меры, шестеренки и винты, механизм, позволяющий Владычеству и нам жить в благости и процветании.

– И однажды это изменится. – Парень намекнул на неизбежное вращение колеса истории. Давно пора, Эльфинат, прикрывающийся протекцией Мэриела от несуществующих врагов, с его архаичной системой устройства – давным-давно прогнил!

– Я предлагаю наиболее милосердное решение, Варлаг. Фердорча завершает обучение сейчас и вскоре, после элиминации, покинет школу, – так же спокойно говорил Катэль, смотря собеседнику в глаза. – У вас еще есть немного времени, но его достаточно, чтобы осознать правильность моих суждений, намерений и действий и согласиться с ними.

– И ни на какие уступки вы не пойдете? Даже попробовать не хотите? Ни единого шанса, ментор?

Катэль покачал головой:

– Эскуридов не учат, потому что обладание убивает их еще до того, как носитель освоится, редкий раз – достигнет маломальского мастерства. Такой обладатель быстро стареет, не просто быстро, даже стремительно; год использования эскуры забирает у носителя двадцать лет жизни. Но и это не предел. Сила не останавливается, обладатель – для нее исток, она разрушает тело и далее: кожа покрывается язвами и струпьями, потом – разрушаются нижележащие ткани – мышцы и хрящи. Обладатель за несколько лет превращается не просто в хворого старика, а в ходячий труп… Эскура – болезнь, а не благость. Урод в семействе сил. Раскрою один секрет – она не всегда находилась под запретом. Пятьсот лет назад эскуридов обучали. Даже обуздывали их мощь.

– Вы застали те времена, ментор?

– Нет, Варлаг, я не настолько стар.

– Действительно, – хмыкнул тот, раздумывая сколько же молоденькому Катэлю стукнуло – двести годков, триста? – Видимо, спрашивать, откуда вы этовызнали, не стоит?

– Определенно.

– И зачем же их обучали, если сила столь опасна?

– Но не пред лицом другой угрозы.

– Бесконечные войны с Зуном и редринами, – догадался принц.

– Верно. Их использовали в качестве оружия… Детей, обреченных на смерть, – Учитель замолчал, позволяя Варлагу прочувствовать всю соль им сказанного или готовя его к последующим сведениям об эскуре: – Но вернемся к состоянию ходячего мертвеца, ибо я не договорил. Сие тоже не является концом. Если продолжить использовать силу, что и происходит, потому что остановиться невозможно, то она начнет поглощать внутренние органы, добирается до мозгов и поглощает разум. Когда сознание обладателя окончательно разрушено, эскура становится еще более губительной, а как только она убьет носителя, начнет разрушать саму себя, потому что больше ничего ей и не остается…

– И она взорвется? – предположил принц.

– Да, верно. – Ментор кивнул. – А скверна, которая возникнет от агонии эскуры, способна убить все живое, а разрушения окружения – колоссальны… Один такой обладатель сотрет наш Высьдом в пыль.

– Но ведь Фер не чистый эскурид, – возразил Варлаг. Теперь нужно удостовериться, что Фер – комбинатор, если действительно так. Ну а полумифические истории его не особо испугали.

– Ты мой самый невнимательный ученик, – выдохнул Катэль. – Неужели сказанное только что тебя ничуть не тронуло?