Grey – Павшие Земли (страница 7)

Виллем явно не ожидал такого предложения. Он очухался, только когда Гротт всучил ему кубок.

Молчаливый тост. За выживших и павших. Все подняли кубки, после отпили. Гротт, конечно, пользуясь случаем, осушил сосуд до дна.

– Ладно, быстро поведаю вам свою версию… – Конксур снова упал в кресло и начал рассказ, покручивая кубок в руках. Это помогало ему припомнить все дерзкие выходки Варлага вплоть до самой последней, когда он бросил его в беде на берегу, сподвигнув Фидес использовать люксис, чтобы уничтожить крепостную стену незрелой террестрией, а когда не вышло, заставив друга-эльвина разнести все вокруг эскурой, чтобы сбежать любым способом.

– Они же просто юнцы! – Покачал головой Тарнир, дослушав речь Гротта, приправленную ругательствами в отношении Варлага и его безалаберности, гордыни, спеси, жестокости и желании манипулировать всем и каждым на свете.

– И, как видишь, вот к чему это приводит. Еще он похитил мой меч! Я без него как без руки! – ворчал Гротт. – Твоя ученица-калидитка тут тоже отличилась! Подожгла все кругом и всячески потворствовала всем планам мальчишки до этого. Так что не смей утверждать, мол, я плохой наставник! – Гротт не без раздражения глянул на Ригана, хоть и понимал, что тот никаким образом не мог повлиять на девчонку, даже крутя с ней романы. Видать, не оказался столь рассудительным и не донес до нее истин, раз уж девушка слиняла с Варлагом.

Риган сохранял привычный нрав – тих и невозмутим, сейчас это еще больше раздражало Гротта, он повернулся к Тарниру.

– Ничего такого я не имел в виду! Путь наставничества очень труден, ты же не думал, что все будут ходить по струнке ровно перед тобой? – учительским манером начал вещать Буревестный. – Да и сколько у тебя учеников выпустилось?

– Два! И что? Как видишь, это тебе не калидиты – каких точно собак на псарне!

– Ты меня не обидишь такими высказываниями… – Но Тарнир, ясное дело, обиделся.

– И с третьим могло все получиться! Но… – возмущенно известил конксур. – Даже не хочу думать об этом маленьком самоуверенном сопляке! Как сейчас вижу его наглую улыбочку, когда он выторговывает у тебя то, что ему нужно! И еще все время лжет!

– Ты и сам так себя вел! Вспомни школьные года.

– Вовсе нет! Много ты знаешь?! Ты меня никогда не понимал.

– Слушай, Грегор…

Виллем удивленно крутил головой, глядя то на мастера, то на наглеца, который посмел спорить с главой конксуров точно с непослушным и шебутным школяром. А вот и Риган нарушил молчание:

– Может, хватит? – Голос его раскинулся клокочущей рекой. И это подействовало. Тарнир и Гротт угомонились, искоса глядя друг на друга. Калидит раскраснелся и тяжело дышал, казалось, он сейчас вот-вот вспыхнет. Гротт же нахмурился пуще прежнего, скорчив недовольное лицо.

– Я уж думал наши битвы завершились… – очень тихо прошептал Виллем. Гротт услыхал и ткнул его локтем под дых, чтоб неповадно стало потворствовать унижению его перед каким-то учителем калидии.

– Ясно, – промолвил Катэль. – Я бы мог подвергнуть вас всех люксису, дабы избавить себя от всего этого, но в спорах порой рождается истина.

– Простите, ментор… – Тарнир замер. – Природа такая. Вспыльчивая.

– Что вы поняли? – поинтересовался Гротт, отмахнувшись от Тарнира, который продолжал буравить его глазами.

– Понял, что дела наши плохи.

Ну, конечно, если они будут грызться, то ни к чему это не приведет.

– Извините, больше не повторится, – заверил Гротт. Он и позабыл когда в последний раз говорил эту фразу. Наверное, своему учителю. Тут Тарнир прав, ему слишком сложно понимать сопляков. Да, опыта не достает. А его собственная юность осталась так далеко позади, что предугадать поступки учеников или думать так же как они – очень сложно. Склад ума и ценности вовсе не те. Теперь они закостенелые и древние, совсем чуждые для молодчиков.

– Мы оповестим семьи пропавших. – Катэль решил сделать это в первую очередь. – Сделать это нужно своевременно, ведь все, даже само время, против нас.

– Родители мальчика-эскурида вряд ли будут сильно переживать, – грустно заметил Тарнир.

– Это так только кажется, как дойдет пора урвать куш и привлечь к себе внимание, так они сразу закопошатся! – Поморщился Гротт, чуя, как его обвинят в том, что не элиминировал парнишку, а еще не доглядел королевского отпрыска.

– Король Дагдар и Гладия тоже нам этого не простят, – напомнил Катэль. – Как и Марледд. Все эти дети – выходцы из знатных семей, это сулит нам стороннее вмешательство. Кроме шидита Скармоди, у которого нет родных.

– Но как все станет обнародовано, а весть о падении Высьдома уже разлетается по всему Мэриелу, кто-нибудь объявится и по его душу, – сказал Гротт.

– Сейчас мы можем действовать несколько открыто, – устало продолжил Катэль. – Но вскоре такой возможности мы лишимся. Фрид, – обратился он к авэ, которая все это время за ними наблюдала, сохраняя молчание. Гротт даже забыл про нее и невольно вздрогнул, встретившись с бездной ее черных глаз, слишком уж разумных и осуждающих. – Ты доставила мое послание и, будь добра, поведай всем, кто же его получил…

– Принцип Паркей Тарбий, – прокаркала она, хлопнув крыльями и слегка повернув голову набок.

Всем известно это имя, даже юнцу Виллему. Тарбий – казначей Эльфината и глава Светоча Вер – ордена люксоров.

– А он-то тут зачем? – спросил Гротт, не у авэ, разумеется, а просто вслух. – Нам нужна армия, ремесленники, целители, а не проповедники!

Все переглянулись. Казалось, Катэль сам не в восторге от этой новости. Тарбий намного ниже по происхождению, нежели ментор Высьдома, но влияния и могущества у него куда больше, чем у наставника обладателей и даже Конксурата.

Теперь ясно отчего Катэль призывал всех их сплотиться, ведь беда не приходит одна.

Глава 4. Споры и истины

Имя – Паркей Тарбий – так и зависло в воздухе. Казалось, сам Принцип проник на это собрание и теперь слушает, что же о нем скажут. А каждый здесь находящийся обмозговывал – что бы значил его приход. Первым заговорил Катэль, когда тишина начала затягиваться узлом на шее:

– Мы обратились за помощью. Ближайший город от нас – Марледд. И нам повезло, что Тарбий с люксорами находились там и откликнулись на наши просьбы.

– О, да! Несказанно! – так, чтобы другие не слышали, шепнул Гротт на острое ухо эльвину Виллему, который перепугался более всех и ему уж точно не до колкостей конксура.

– Светоч Вер окажет поддержку раненым. Нам всем требуется не только исцеление тела, но и духа. Каждый из нас лишился многого, некоторые – всего, такая помощь нам не помешает. До их прибытия я буду делать все возможное для всех нас.

– А кроме, простите, фанатизма, которое они зовут светлым учением, они что-то привезут? Еду, воду, вещи, оружие? Раз уж на армию и снисхождение самих Владык нам рассчитывать не стоит. На плеяды, вестимо, тоже надежды нет, ведь они не попрут поперек слова Светоча.

– Это я оставляю на усмотрение Паркея Тарбия, – добавил Катэль. – Еще Принцип явится для того, чтобы подсчитать убытки и решить – подлежит ли Высьдом восстановлению. Сразу отмечу: скорее всего, их ответ будет – “нет”. Оценив ситуацию самостоятельно, я пришел к такому плачевному выводу. И не думаю, что Тарбий, действуя от лица Владык и учитывая экономические нужды Эльфината, примет иное решение.

– Мы должны будем покинуть эти земли? – Тарнир заволновался. – Куда мы пойдем? А что будет с учениками? Они ведь еще не готовы! Их выпустят досрочно или нас распустят?

– Все это станет известно совсем скоро. – Катэль даже не терял терпения из-за того, что его все время прерывали. – И, наконец, еще одно: Тарбий отлучит меня от управления Высьдомом.

– Он не посмеет! – громыхнул Тарнир. – Кто, если не вы?!

– О, еще как посмеет! – Стукнул кулаком о ладонь Гротт. – И вряд ли он распустит школу. Это же такая прорва возможностей для них! Они давно хотели прибрать к рукам юных обладателей. Ты подумай, сколько всего им можно нашептать и вложить в их разжиженный мозг! Катэль, это же просто культ фанатиков!

– Грегор, скоро такие речи будут восприняты как ересь. Я понимаю ваше негодование, но мне бы очень не хотелось…

– Конечно, ментор. Я могу держать себя в руках, просто хочу высказать свое возмущение, пока за это еще не отрубают языки.

– Как только меня освободят от занимаемого поста, Тарбий захочет выбрать нового ментора. Вряд ли это будет он сам. Всеми силами нужно сделать так, чтобы это оказался кто-то поддерживающий наши интересы… – он посмотрел на Тарнира.

– Я? Ох, я не справлюсь! – Замахал он руками, снова розовея и потея. – Лучше уж пусть Гротт! Этот умеет и любит командовать! – Потом он призадумался. – И чтобы претендовать на должность ментора, разве не нужно принадлежать к вашему, извините, роду, Катэль?

– Вовсе нет. – Качнул головой эльф. – До меня Высьдомом управляли многие обладатели из разных народов. Конечно, некто из люксоров занимал должность довольно долго, отчего и сложилось такое мнение.

– Я? – переспросил Гротт, пропустив мимо ушей речи Катэля про менторов академии. Ему особо до этого дела нет. И он, и Тарнир сами еще под стол ходили, когда эльф уже много лет возглавлял школу обладания, а что уж там происходило до него, вообще его не касалось. Как и не прельщало его управление школярами, если они все ведут себя, как его ученик, Варлаг. – Это навряд ли. Меня точно пса отправят по следу наших пропащих бунтарей. Тут я зуб даю, – уверенно отчеканил Гротт. – Если не запихнут в темницу.