Грэм Тейлор – Повелитель теней (страница 9)

Он понимал, что они ожидают лишь нужного момента, приказа, который раздастся в тишине, и тогда казнят его. Томас ждал. От стоявшего над ним чудовища тянуло леденящим, парализующим холодом. Он видел, как трава вокруг него, подернутая изморозью, покрывалась уже толстым слоем инея. Каждый листок, каждая травинка на поляне теперь были осыпаны белыми кристаллами инея, выпадавшего из тумана от дыхания призраков.

Холод становился невыносимым, Томас едва дышал, слюна в горле превращалась в лед. Он пополз вперед и упал у самых ног чудища, схватившись руками за бронзовые поножи. И тут, едва коснувшись монстра, он вдруг сумел заглянуть в его мир. На несколько коротких мгновений его мозг как будто отперли невидимым ключом.

Неожиданно Томасу стало известно, кто они и в чем их задача. Это были варригалы! Внутреннему взору Томаса открылась холодная, неприютно пустынная земля, откуда они явились. Там царила вечная темнота, бушевали штормы, метели, грозы. То был бесцветный, бесформенный мир ожидания. Варригалы были не мертвыми, но и не живыми, они просто существовали в ожидании приказов неизвестного властелина. Варригалы были особой расой воинов, подвластных во времени чарам того, кому дано пробуждать мертвых. Того, кому ведомы были забытые заклинания.

Внезапный выстрел вырвал Томаса из полузабытья. Его грохот казался бесконечным, шею сзади обдало жаром, а поляна наполнилась светом. Он услышал резкий удар свинца по металлу и почувствовал, как задрожал с головы до ног стоявший над ним варригал. Короткий меч упал в двух сантиметрах от головы Томаса, легко вонзившись в только что замороженную варригалом землю. Призрак грохнулся на колени и стал медленно падать вперед головой.

– Томас, беги! – закричала Кейт, все еще прятавшаяся под кустом остролиста.

Томас едва успел откатиться в сторону, выдернув из земли меч онемевшими пальцами; оторвав себя от холодной земли, он вскочил на ноги. С мечом в руке, он вглядывался во тьму и нанес удар в спину монстра, шагавшего в ту сторону, где пряталась Кейт. Меч прошел сквозь латы, словно горячий нож сквозь масло. Варригал упал, шипя и подвывая. Оставшиеся призраки повернулись к Томасу; подняв мечи, они готовились напасть на него.

– Кейт, давай! Бежим на мельницу Боггла! – крикнул Томас подруге, продиравшейся из-под остролиста на поляну. – Быстрее, Кейт, бежим!

Один из варригалов бросился на Томаса с мечом. Томас отбил удар, в ночном воздухе сверкнули зеленые искры. Вместе с Кейт он бросился бежать. Никогда еще ему не удавалось бежать так быстро. При этом он держал Кейт за руку, чтобы она не отставала. Они мчались через папоротники, которые цеплялись за них всеми своими острыми пальцами.

Они слышали, как на поляне кричат друг на друга варригалы. Потом все там затихло. Тишину нарушал только быстрый топот их ног по тропе, которая уходила в глубь леса. Они мчались среди деревьев, ничего не видя вокруг, по тропе, протоптанной оленями, в сторону мельницы Боггла. Они одолели уже почти километр. Томас остановился, хватая ртом воздух, не в силах бежать дальше. Оба опустились на землю, привалившись к огромному дубу. Здесь, в лесу, Томас слышал отчетливо только громкое «тук-тук-тук» своего сердца. Он посмотрел на Кейт, которая старалась и улыбнуться, и удержать слезы.

– Кто это был, Томас? Они меня заморозили, – прошептала она, тяжело дыша и с ужасом думая, что ее услышат.

– Кто бы они ни были, я знаю, что как-то все это связано с Демьюрелом. – Он постарался улыбнуться Кейт. – Это был хороший выстрел, он спас мне жизнь. – Томас ласково коснулся рукой ее лица. Какая она все еще холодная! – Ну, пошли, до мельницы осталось километра три, не больше. Там мы можем спрятаться.

– А как же Рафа? Ты хочешь покинуть его?

– Нет. Это часть нашего плана, – ответил он, по-прежнему тяжело переводя дух. – Когда мы добрались до потайного входа в дом викария, появился Демьюрел, высоко подняв что-то вроде горящей руки и бормоча проклятия. Фонари наши уже погасли, так что Рафа спрятался и стал им невидим, я же нарочно поднял шум, чтобы заставить старого скрягу погнаться за мной. Если повезет, Рафа спокойно проберется внутрь и поищет то, что должен разыскать. Если он не вернется до утра, отправлюсь туда и найду его.

Кейт взяла его за руку.

– Мне страшно, Томас. Я никогда не видела ничего похожего на них. Я застрелила одного… Мертвеца.

Томас понимал, что не должен выказывать страха.

– Жизнь изменилась, Кейт. Она уже никогда не будет прежней. Вернуться назад невозможно, и того, что случилось вчера, исправить нельзя. Это безумие. Что-то такое изменяет мир. В туннеле это чувствовалось вполне определенно. Там было ощущение чего-то очень злобного и неправедного. У меня сводило живот от ужаса. – Томас взял меч, подхваченный им у варригала, и покрутил, глядя на клинок, запятнанный теперь кровью варригала.

Кейт прошептала:

– Что же нам делать? Мой отец станет искать меня утром. Я не могу идти на мельницу, я должна вернуться домой.

– Домой? Если Демьюрела не остановить, ни у кого из нас не будет дома. Когда я коснулся ноги того чудища, мне открылось место, откуда он появился… Я каким-то образом заглянул в его мозг. – Он помолчал, посмотрел на Кейт. – Ты не понимаешь, Кейт. Демьюрел решил по-своему устроить будущее. Если ему все удастся, этот мир изменится, будет нам непонятен. Рафа сказал мне, что Демьюрел обладает властью вызывать мертвых, управлять ветром и морем и заставить тех чудищ, что мы видели на поляне, повиноваться ему беспрекословно. Пути назад нет; это не в наших силах. Мы должны помочь Рафе, потому что только он может остановить Демьюрела.

– Откуда ты знаешь? Ведь ты только что познакомился с ним. – Кейт начала всхлипывать. – Я хочу, чтоб все это кончилось, хочу опять вернуться к тому, что было прежде. Лучше бы мне никогда не видеть его со всеми его глупыми разговорами. Или он околдовал тебя? – говорила Кейт сквозь слезы. – Сегодня я что-то убила… Я видела, как оно умерло. Оно хотело убить тебя. Пожалуйста, Томас, сделай так, чтобы все это кончилось, прекратилось!

Она подтянула колени к груди, вся съежилась, стараясь сделаться маленькой-маленькой. «Если сейчас закрыть глаза, – думала она, – может быть, тогда закроется все, что случилось сегодня, и все исчезнет, как исчезает дурной сон с наступлением утра». Томас обнял ее за плечи. Он никогда еще не видел, чтобы Кейт плакала. Она всегда была такой сильной, так умела владеть собой, своими чувствами. Сейчас же она плакала, как дитя, как малец, который еще минуту назад хорохорился, похвалялся своей силой, будто напрашиваясь, чтобы кто-то более сильный и более властный пришел и побил его. В этом черном лесу они сидели молча, прижавшись друг к другу. Томасу тоже было страшно, но он не решался в этом признаться. Как могут они восстать против Демьюрела? Он был викарием, владельцем большого карьера, где добывался глинистый сланец, был судьей, наконец. Он олицетворял собой всю власть в мире Томаса. А Томас был совершенно бессилен – ребенок, бездомный и нищий, а теперь еще и преступник.

Он откинулся назад, прислонился спиной к дубу и сквозь голые ветви посмотрел в ночное небо. Король-дуб утратил былое великолепие; теперь настало время вечнозеленого остролиста. А красавец дуб потерял свою силу, как будто отдал ее земле. Вокруг повсюду лежали увядшие листья; выпавшие из чашечек желуди дожидались, когда с весною опять явится Зеленый Джек и пробудит их и над землей снова заплещется флаг новой жизни, флаг вечного возрождения.

– Мы останемся здесь до рассвета, – ласково говорил он тихо плакавшей Кейт, – а потом отправимся на мельницу. Постарайся заснуть. Я буду на страже.

Кейт не ответила, но спрятала лицо на его плече, сберегая тепло. Томас поднял грубый, потертый воротник своего пальто. В руке он держал меч и пристально вглядывался в темноту. Между деревьями ему видны были с севера огоньки Бейтауна под необычным светящимся облаком. Он старался не заснуть, но отяжелевшие веки сомкнулись, и тепло их помогло отстранить от себя страхи прошедшего дня. Мысли сменились сновидениями, реальность уступила место мечтам.

Земля казалась мягким ложем в конце долгого пути. Убаюкивая, тихо и ритмично поскрипывали ветки. Он теснее придвинулся к Кейт, ее волосы касались его лица. От нее пахло мылом, землей и порохом. Томас дышал спокойно, чувствуя себя в безопасности, зная, что у него есть друг.

5

ЗОЛОТОЙ АЛТАРЬ

Томасу снился сон. Было темно, как в гробу; он находился в холодном каменном помещении. Темнота давила его, сжимала, словно заворачивала в тугой саван. Далеко в углу вспыхнула свеча, посылая неверные блики через всю огромную комнату. Томас видел, что это просторный каменный зал с высокими сводами, раньше видеть такие помещения ему не приходилось. Потолок над ним был едва различим и поддерживался семью каменными колоннами, увенчанными вырезанными из камня же бараньими рогами. В дальнем конце зала Томас разглядел золотой алтарь с высоким крестом, украшенным драгоценными камнями. Вся его поверхность была инкрустирована яшмой, халцедоном, рубинами, топазами и хризолитами. Золотой нимб, казалось, парил в воздухе позади креста. Он был украшен семью прекрасными изумрудами. Томас двинулся к алтарю. Огромный голубой камень в центре креста вдруг почернел, когда же он подошел ближе, все драгоценные камни превратились в блестевшие голубые человеческие глаза, следившие за каждым его шагом.