Грем Симсион – Проект «Рози» (страница 5)

Факты казались мне в высшей степени убедительными, и необходимые действия со стороны деканата не вызывали сомнений. Я попытался уточнить, что стоит за «щекотливостью»:

– Разве доказательств недостаточно? Он что, подает в суд?

– Нет, все предельно ясно. Но его первый проступок был очень наивным. Он скачал текст из Интернета, и компьютерная программа уличила его в плагиате. Тогда Кевин был первокурсником, и его английский оставлял желать лучшего. К тому же надо учитывать и культурные различия.

Я был не в курсе его первого проступка.

– Во второй раз вы уличили его в списывании, потому что он позаимствовал данные из какой-то работы, с которой вы оказались знакомы.

– Совершенно верно.

– Дон, наши преподаватели не так… бдительны, как вы. Ни один из них.

Непривычно было слышать из уст декана комплимент по поводу моей начитанности и преданности науке.

– Эти ребята платят огромные деньги за обучение в нашем университете. Мы слишком зависим от их взносов. Конечно, мы не хотим, чтобы они тупо списывали из Интернета. Вместе с тем надо признать, что им необходима помощь и… В общем, Кевину остался всего один семестр. Мы не можем отправить его домой без присвоения квалификации после трех с половиной лет здесь. Это будет странно, вы же понимаете.

– А если бы он был студентом-медиком? Что, если бы вы оказались в госпитале и попали в руки врача, который списывал на экзаменах?

– Но Кевин не медик. И он не списывал на экзаменах, он просто воспользовался некоторой помощью при написании работы.

Похоже, декан польстила мне только для того, чтобы склонить к неэтичному поведению. Но разрешить ее дилемму не составляло никакого труда. Не хотите нарушать правила – изменяйте эти самые правила. Так я ей и сказал.

Я не силен в умении читать по лицам, поэтому не смог расшифровать выражение, появившееся на лице декана.

– Нельзя, чтобы нас уличили в потворстве списыванию.

– Даже если так оно и есть?

Этот разговор порядком разозлил меня. На кону оказались очень важные вещи. А вдруг результаты университетских исследований будут отвергнуты из-за низкого уровня образовательного стандарта? При этом любая задержка в разработке методики лечения чревата гибелью людей. Что, если лаборатория по генетике наймет на работу специалиста, получившего свой диплом мошенническим путем, и он допустит ряд непоправимых ошибок? Декана, казалось, больше волновала форма, а не суть проблемы.

Я задумался о том, каково это – прожить жизнь с такой женщиной, как наш декан. От этой мысли мне стало не по себе. Чрезмерная озабоченность внешним видом… Я решил ужесточить свой вопросник, чтобы отсеять любительниц наряжаться.

4

Джин встретил меня с бокалом красного вина в руке. Припарковав свой велосипед в прихожей, я снял рюкзак, достал оттуда папку с проектом «Жена» и вручил Джину план действий. Я сократил его до шестнадцати двусторонних листов.

– Расслабься, Дон, у нас уйма времени, – сказал он. – Сначала поужинаем как люди, а потом займемся твоим вопросником. Если ты собираешься бегать по свиданиям, тебе необходимо практиковаться и в застольях.

Конечно, он был прав. К тому же Клодия великолепно готовит, а у Джина большая энотека, составленная по регионам, урожаям и производителям. Мы отправились в его винный погреб, который на самом деле расположен вовсе не в подвале. Джин продемонстрировал мне свои недавние приобретения, и мы выбрали бутылку – вторую по счету. Ужинали мы с Карлом и Юджинией, и я был избавлен от необходимости вести светскую беседу: мы с Юджинией тренировали память. Она обратила внимание на папку с названием «Проект “Жена”» – я выложил ее на стол, как только управился с десертом.

– Ты что, женишься, Дон? – спросила Юджиния.

– Совершенно верно.

– И на ком?

Я уже приготовился отвечать, но Клодия отправила Карла и Юджинию по комнатам. Это было правильно: опытом в этом вопросе они не обладали – и соответственно не могли внести посильный вклад в решение проблемы.

Я передал вопросники Клодии и Джину. Джин налил всем портвейна. Я объяснил, что при составлении анкеты постарался учесть все методики, включая вопросы с вариантами ответов, шкалу Лайкерта[5], перекрестную проверку данных, вопросы-обманки и вопросы с двойным дном. Тут Клодия попросила привести пример.

– Например, вопрос 35: Едите ли вы почки? Правильный ответ: (в) иногда. Проверка пищевых проблем. Если спросить напрямую о предпочтениях в еде, тебе наверняка ответят «Я ем все подряд». А потом выяснится, что она вегетарианка.

Я в курсе того, что существует много доводов в пользу вегетарианства. Однако лично я питаюсь мясом, поэтому мне удобнее, чтобы моя спутница ела то же самое. На раннем этапе логично обозначить идеальный вариант, а уже потом, при необходимости, вносить коррективы.

Клодия и Джин читали.

– Вот тут, в вопросе о свидании, думаю, правильным будет ответ (б) прийти чуть раньше.

Заведомо ошибочное предположение – показывающее, что даже мой друг Клодия не годится мне в жены.

– Правильный ответ (в) вовремя, – заметил я. – Преждевременность – это та же расточительность.

– Я бы разрешила чуть раньше, – настаивала Клодия. – Возможно, девушка просто перестаралась. Это не так уж плохо.

Интересное замечание. Я сделал себе пометку обдумать его, но подчеркнул, что ответы (г) чуть позже и (д) с большим опозданием категорически неприемлемы.

– Я думаю, если женщина говорит о себе «я – блестящий повар», она слегка кривит душой, – предположила Клодия. – Лучше спросить, любит ли она готовить. И скажи о том, что ты это любишь.

Именно этого я и ждал от нашей дискуссии – чтобы друзья помогли мне учесть все языковые нюансы, о которых я не подозревал. До меня вдруг дошло, что женщина – если она мыслит так же, как и я, – тоже может не видеть нюансов. Но вряд ли стоит требовать от потенциальной партнерши такого же косноязычия.

– Никаких украшений и никакого макияжа? – спросила Клодия, предугадывая ответы на оба вопроса, которые родились после моей встречи с деканом. – Украшения не обязательно имеют отношение к внешности. Если не можешь обойтись без этих вопросов, убери тот, что про украшения, и оставь про макияж. Но просто поинтересуйся, наносит ли она его ежедневно.

– Рост, вес и индекс массы тела. – Джин перешел к следующей части вопросника. – Разве ты сам не можешь рассчитать индекс?

– В том и смысл, – ответил я. – Проверка знаний арифметики. Та, что не ладит с математикой, мне не нужна.

– Я думал, что тебе не помешало бы получить представление о женщинах, – сказал Джин.

– Это вопрос физической формы, – пояснил я.

– А я думал, секса, – сказал Джин.

– Для разнообразия, – вставила Клодия. Странное замечание, если учесть, что Джин постоянно говорит о сексе. Но, кстати, в этот раз его реплика была к месту.

– Пожалуй, я добавлю вопрос про ВИЧ и герпес.

– Стоп, – сказала Клодия. – Это уж чересчур.

Я стал объяснять, что неизлечимые болезни, передающиеся половым путем, категорически недопустимы, но Клодия перебила меня:

– Хватит копаться.

Ее реакцию можно понять. Я всего лишь пытался снизить вероятность ошибки первого рода – пустой траты времени на неподходящих претенденток. При этом неизбежно возрастал шанс ошибки второго рода – отсева подходящей кандидатуры. Но я сознательно шел на этот риск, ведь популяция женщин очень велика.

– Некурящая, – взял слово Джин. – Что ж, это честно. А каков правильный ответ на вопрос об употреблении алкоголя?

– Ноль.

– Да ладно. Сам-то не трезвенник. – Джин кивнул на мой бокал с портвейном, который он только что освежил. – Выпиваешь ведь иногда.

Я объяснил, что в рамках проекта «Жена» рассчитываю также и на самосовершенствование.

Мы продолжали в том же духе, и я получил немало ценных советов. Мой вопросник стал менее жестким, и в то же время я был уверен, что он позволит мне исключить большинство – если не всех – женщин, которые в прошлом доставили мне немало хлопот. Любительница Абрикосового Мороженого уж точно не прошла бы – как минимум по пяти пунктам.

Я собирался разместить свое объявление на обычных сайтах знакомств, снабдив его ссылкой на вопросник – в дополнение к привычному набору недостаточно характеризующих сведений, как то: рост, профессия, отношение к пешим прогулкам по взморью.

Джин и Клодия предложили мне не ограничиваться общением в Сети и попрактиковаться в очных свиданиях, чтобы отшлифовать навыки общения. Против испытаний вопросника в полевых условиях я не возражал. Поэтому в ожидании ответов онлайн я распечатал несколько экземпляров анкеты и снова стал ходить на свидания, хотя и зарекался тратить время на это пустое занятие.

Я начал с того, что зарегистрировался на сайте агентства «Столик на восьмерых». По результатам предварительного анкетирования – составленного на основе явно недостоверных данных и потому заведомо ошибочного – четверо мужчин, включая меня, и четыре женщины отправились в один из ресторанов, где, собственно, и должно было состояться знакомство. Я взял с собой четыре анкеты и прибыл туда ровно в двадцать ноль ноль. На месте была только одна женщина! Остальные три опоздали. Ошеломляющая возможность оценить преимущества полевых исследований. Ведь эти женщины заочно могли ответить вариантами (б) чуть раньше или (в) вовремя, в то время как их реальное поведение свидетельствовало об ином. Поэтому я решил временно разрешить вариант (г) с небольшим опозданием, рассудив, что единичный случай может оказаться исключением из правила. Я как будто услышал голос Клодии: «Дон, опаздывают все. Хотя бы иногда».