Грем Симсион – Эффект Рози (страница 58)
Рози улыбнулась вновь.
– Все верно, Джин ведет тебя ужинать. Мне просто надо было проверить пиво. Но никаких признаков протечек нет. Инспекция окончена.
Я бегом вернулся к лифту и успел просунуть ногу в дверь прежде, чем она закрылась. Джин последовал за мной.
– Какого черта, Дон? Куда ты собрался?
– Ситуация чрезвычайная. Я занят. Рози думала, что ты поведешь ее в ресторан. Значит, ей не надо ничего объяснять.
– Я не поведу Рози в «Момофуку Ко».
Времени на споры не было.
Лифт остановился на первом этаже, я выскочил на улицу, огляделся и увидел Принца, который ловил такси. Я подбежал как раз вовремя, чтобы оттащить его от открытой дверцы автомобиля, и не отпускал, пока таксист не уехал.
– Какого черта?
Для выражения удивления Принц использовал тот же оборот, что и Джин.
– Хочу пригласить вас поужинать. В «Момофуку Ко», лучший ресторан в мире. Там мы подождем возвращения вашего отца.
Я понял, что чувствует Принц, когда Рози открыла мне дверь. Мне стало больно, я понял, что теряю ее и что жизнь теряет смысл. Это было необычайно сильное чувство, которое порождало нелогичные умозаключения, но такое состояние было временным. Я переживал нечто подобное в молодости, когда оказывался на краю бездны под названием депрессия, но находил в себе силы отступить от него. Я увидел, что Принц находится именно в таком состоянии. Он оказался на краю бездны. А до этого он сказал, что послезавтра его здесь уже не будет.
Когда я решил догнать его, я полагался на те навыки, которыми владею хуже прочих. Возможно, при этом я упустил последний шанс спасти свой брак. Я был уверен, что Рози или Джин сказали бы мне, что я все понял не так. Но риск, связанный с возможной ошибкой, был слишком велик.
Я перестал держать Принца.
– Прежде чем мы куда-нибудь пойдем, вы должны объяснить, что происходит, – сказал он. – Кто вы такой?
– Объясню по дороге. Сейчас наша главная задача – успеть на метро. Бронирование столиков аннулируется, если опоздание составляет больше пятнадцати минут.
Нужно было найти способ проверить гипотезу о депрессии, избегая прямых вопросов. Я попытался вспомнить свое состояние в тяжелые для меня моменты, чтобы сформулировать такой вопрос, на который смогу получить честный ответ.
– С вами все в порядке? – спросил Принц.
– Просто вспомнилось кое-что неприятное, – ответил я. – Однажды у меня была такая депрессия, что я думал о самоубийстве.
– Вы мне будете рассказывать, – хмыкнул он.
Я отправил Джину сообщение о том, что воспользуюсь забронированным столиком, на случай, если он передумает и решит повести Рози в «Момофуку Ко». Мы с Принцем опоздали на двенадцать минут, прибыв в ресторан за три минуты до истечения контрольного времени. Я бы предпочел ужинать с Рози, но тогда возникла бы проблема – о чем с ней говорить. Хотя Соня меня подбадривала, но решения Проблемы брака я так и не нашел.
Но ужин с Принцем оказался восхитительным.
– Джордж сказал мне, что сам убедил вас попробовать наркотики и в результате вы стали наркоманом.
– Он сказал именно так?
– Совершенно верно.
– Что ж, он не соврал. Тогда, вероятно, я могу посвятить вас в подробности.
Подошел официант с вопросом, что мы будем пить. Принц заказал пиво. Очевидно, программа, по которой он лечился от наркотической зависимости, не предусматривала запрет на алкоголь, поэтому я рекомендовал саке, как напиток более совместимый с меню ресторана. Себе я заказал содовой.
– В общем, папа был настоящий рок-н-рольщик. Я его полная противоположность. За исключением барабанов. И расширять сознание мне было не нужно.
Он произнес это со странной интонацией, как будто пародируя какого-нибудь супергероя из комиксов.
– Я стоял на своем. И тогда он сказал: «Нельзя прожить жизнь, не попробовав кайф, пусть даже слегка. Не узнав, что это такое». А я был таким дотошным – вы меня понимаете, – что решил: раз уж мне надо это испытать, я попробую лучшее из того, что есть.
– Вы занялись изучением наркотиков?
– Знаю, это звучит безумно.
Напротив, это звучало совершенно разумно. Я задумался, почему я стал употреблять алкоголь и кофеин, не изучив как следует альтернативы этим веществам – или реальные последствия приема внутрь того и другого. Они были разрешены законом, но и сигареты не были запрещены. Законность волновала меня меньше, чем опасность умереть. Исключением были амфетамины, употребление которых, с моей точки зрения, имело конкретную цель. Я рассказал Принцу, как экспериментировал с амфетаминами в студенческие годы и какая в результате меня постигла катастрофа на экзамене.
– Профессор показал мне доклад, отметку за который я требовал пересмотреть. В нем нельзя было понять ничего. Словоизвержение какое-то!
Принц расхохотался.
– Ну, в конце концов я решил, что ЛСД лучше всех. От него самые сильные ощущения. И он наиболее безопасный.
– Вы выбрали диэтиламид лизергиновой кислоты? В качестве идеального наркотика?
– Я принял одну таблетку. Вы наверняка слышали, что одна доза не сделает вас наркоманом? Так вот, меня надо показывать в учебных фильмах. После первого раза все, чего я хотел, – это повторения. И знаете, что произошло?
– Нет.
– Все было без толку. У меня случались дурные приходы, случались средние, случались черт знает какие, и тогда я начал пробовать все подряд. Это продолжалось долго. Но то первое ощущение не повторялось. И тогда я начал слезать с этого дела. Чем сейчас и занимаюсь. Вот так.
Он поднял свою чашечку с саке. Я не пил в соответствии с недавно принятым решением. Было любопытно наблюдать, как меняется настроение Принца под воздействием алкоголя. Мне пришло в голову, что Рози, временно переставшая употреблять алкоголь, вероятно, испытывала те же ощущения, наблюдая, как мы с Джином погружаемся в состояние опьянения.
– Значит, проблема осталась в прошлом, – сказал я.
– Да, как и лучшие годы моей жизни. У меня нет ни семьи, ни детей, ни работы.
Катастрофа.
– Вам нужна работа. Без остального можно обойтись, но работа нужна обязательно.
– Я ударник. Очень неплохой ударник. Знаете, сколько в мире хороших ударников? Я думал, может быть, здесь что-нибудь найдется, но ничего не вышло.
Пришла СМС от Джина.
– Не хотите послушать музыку? – спросил я Принца. Он оставался для меня задачей номер один. Хотя его эмоциональное состояние значительно улучшилось, я по своему опыту знал, что проблема не решена.
– Можно. Вдруг музыканты не придут, и я смогу пару часов посолировать на барабанах.
Я попросил Принца помолчать. Мне надо было подумать. Ходьба способствует мыслительным процессам, как и любые повторяющиеся движения. К сожалению, до Гринвич-Виллидж было недалеко, и я не успел найти решение проблемы Принца.
Кафе располагалось в подвальном этаже. Войдя, я понял, почему Джин повел Рози слушать живую музыку, что было для него нехарактерно. На ударной установке, стоявшей на сцене, была надпись
Я взглянул на Принца.
– Вы знали, что он здесь играет? – спросил он.
– Нет. Это результат межличностных коммуникаций.
Хотя я много раз слышал, как Джордж репетирует, мне ни разу не приходилось видеть его за ударными. Некоторое время мы стояли в дверях и наблюдали за происходящим в зале. Принц смотрел на своего отца, а я искал глазами Рози и Джина. Из-за большого наплыва посетителей мне не удавалось их обнаружить.
Я спросил Принца, какое впечатление производит на него игра Джорджа.
– Он стал лучше.
– Лучше вас?
– Он хорош для
Мы стояли у входа, пока музыканты не сыграли еще три композиции. За это время я закончил работать над решением проблемы, заодно отметив про себя, что, возможно, не стоит так критиковать студентов, которые пользуются наушниками во время работы.
Солист объявил короткий перерыв, и я увидел, как Джордж подошел к столику рядом со сценой. Рыжие волосы Рози невозможно было с чем-либо перепутать. Я велел Принцу подождать, а сам направился к ним. Джордж и Джин были рады меня видеть, а вот Рози, кажется, не очень.
– Как приятно, что ты присоединился к нам, – сказала она. – Насколько я понимаю, ты сыт.
– Совершенно верно. Мне надо поговорить с Джином.
– Разумеется, конечно, тебе надо с ним поговорить.
Я отвел Джина в сторону и объяснил свой план. Мне удалось найти теоретическое решение проблемы, но соблюдение правил социального поведения было слишком трудной задачей. Джин, естественно, был полностью уверен в себе.