Грэхем МакНилл – Дух мщения (страница 36)

Ноктюа думал, что подкрепление — это другое отделение 25-й роты, однако это оказалось не так. Но все же они были Сынами Хоруса — или были ими когда-то: на их доспехах смешивались болотная зелень, черная копоть и хлопья крови. Некоторые не носили шлемов, их лица постоянно менялись и были покрыты струпьями от вырезанных ран.

Их сопровождал смрад горелого мяса. Рефракторов больше не было, но Ноктюа до сих пор казалось, что воздух между ними чем-то загрязнен. Ультрамаринов кромсало на части нечеловеческой силой, превосходившей даже мощь транслюдей. Конечности отрывало от наплечников, когтистые кулаки пробивали нагрудники и выдирали из расколотых грудных клеток сердца с плотной мускулатурой.

Ноктюа наблюдал, как один из дымящихся воинов свернул с горжета шлем вместе с головой и все еще соединенным с нею хребтом. Он размахивал всем этим, словно шипастым цепом, забив насмерть еще одного из XIII легиона.

Воин раскинул руки и взревел. Его пасть казалась красным жерлом преисподней. Шею и щеки покрывали шрамы, из двух старых ран в груди сочился ядовитый дым.

Шок приковал Ноктюа к месту.

Гер Геррадон, который дал свой последний бой на Двелле.

Ноктюа встретился с Геррадоном глазами и увидел по ту сторону этого взгляда безумие — злобное пламя и пылающую в его оковах душу. Это продлилось лишь мгновение, и Ноктюа отбросил ужас перед тем, во что превратился Геррадон.

Ультрамарины были мертвы, они более не представляли угрозу.

Пора разобраться с живыми врагами.

— Сменить направление! — приказал Ноктюа. Подняв щиты вверх, их носители повернулись на месте, а стоявшие позади воины протолкнулись мимо. Одним плавным маневром весь строй Заколдованных развернулся.

Огонь болтеров беспощадно ударил по смертным солдатам, и те остановились при виде внезапного разворота. После смерти своих союзников из легиона люди поняли, что бой окончен, и побежали.

Ноктюа раздражала перспектива позволить им уйти, но он сам разработал этот план и уже отставал от графика. Было необходимо, чтобы пушки «Вар Криксиа» стреляли по правильным целям.

Ноктюа обернулся посмотреть, чем заняты Гер Геррадон и его воины. Ему не хотелось выпускать их из поля зрения даже на секунду.

Они стояли на коленях.

И пировали убитыми ими Ультрамаринами.

Глава 10

Я ХОЧУ ЭТОТ КОРАБЛЬ. МАГИСТР ВОЙНЫ. БЕЗБИЛЕТНИК

Хорус вернулся на мостик. Когда могильные корабли сблизились с орбитальными станциями, он удалился в личные покои, предоставив Малогарсту наблюдать за грядущей атакой.

Стратегиум был крупным, просторным и сводчатым помещением, однако показался тесным после возвращения магистра войны в полном боевом облачении. И тот вернулся не один, с ним пришел Фальк Кибре и двадцать юстаэринцев с прорывными щитами.

Шлем Кибре висел у него на поясе. На его лице читался восторг, столь разительно отличавшийся от горькой обиды, что появилась, когда магистр войны вывел его из состава штурмовых подразделений. Теперь же он отправлялся в бой рядом с магистром войны, а у Сынов Хоруса не существовало большей чести.

— Итак, вы все еще намерены это сделать? — спросил Малогарст.

— Мал, я хочу этот корабль, — ответил Хорус, крутя плечами и лязгая броней, чтобы расслабить мышцы под ней. — И я давно не практиковался.

— Сэр, советую еще раз. Вам не следует этого делать. — Опасаешься, что меня ранят, Мал? — поинтересовался Хорус, снимая с пояса Сокрушитель миров. Рукоять булавы была длиной в рост смертного мужчины. Смертоносно для противника из легионов, абсурдно и избыточно для простых людей.

— Это ненужный риск.

Хорус хлопнул бронированным кулаком по плечу Головореза. Гулкий звон металла эхом прокатился по стратегиуму, словно гром.

— Меня защитит Фальк, — произнес Хорус, отцепляя свой боевой шлем и водружая его на горжет. Линзы вспыхнули красным, когда включились авточувства.

Малогарст почувствовал, как по его искривленному позвоночнику прошел трепет благоговения. Хорус был мстящим ангелом, воплощением самой битвы и владыкой войны. Устрашающим и могучим. Малогарста ужаснуло, что после его ежедневных занятий с примархом чудо стало обыденностью.

— Мал, я слишком засиделся вне игры. Пора всем вспомнить, что этот бой — мой бой. Именно благодаря моим свершениям мое имя эхом разнесется в веках. Я не допущу, чтобы мои воины выиграли мою войну без меня.

Малогарст кивнул. Его убедил тот миг, когда Хорус пристегнул шлем. Он упал на колени, пусть от этого движения по сросшимся бедрам и прошел разряд жгучей боли.

— Мой повелитель, — произнес Малогарст.

— Никакого преклонения колен, только не от тебя, — ответил Хорус, поднимая советника на ноги.

— Простите, — сказал Малогарст. — Старые привычки.

Хорус кивнул так, будто люди каждый день становились перед ним на колени. Что, разумеется, так и было.

— Окропи «Дух» кровью за меня, Мал, — произнес Хорус, развернувшись и поведя юстаэринцев к посадочной палубе, где ожидала «Грозовая птица». — Я не планирую задерживаться.

«Вот оно. Вот что я упустил».

— Могильные корабли, — прошипел адмирал Семпер, видя на гололите крупно начертанные в реальности описания из образовательного учебника времен своего кадетства. — Чертов Трон всемогущий! Могильные корабли. Они еще раз бьются за покорение Луны. Трижды проклятой чертовой Луны.

Гололит рассказывал кошмарную историю. О разорванном в клочья плане, о высокомерии и, в конечном итоге, о смерти.

— Будь это кто угодно, кроме Сынов Хоруса, я бы не поверил, — шептал Семпер. — Кому, кроме магистра войны, хватило бы безрассудства запустить четверть своего флота в пустоту и надеяться, что они прибудут вовремя и в нужное место?

Только, разумеется, магистр войны не надеялся, что могильные корабли долетят туда, где они были ему нужны. Он знал. Знал с очевидностью, от которой Семпера до костей продирал мороз.

— Орбитальных платформ больше нет, — произнес магистр сканеров, едва осмеливаясь верить свидетельству гололита. Семпер разделял его ошеломление.

— Хуже чем нет. Они у врага, — отозвался он, наблюдая за тем, как самые мощные платформы, «Вар Криксиа» и «Вар Зерба», раскололи орбитальные станции, не захваченные вражеским штурмом. «Вар Зон» запустила — и продолжала запускать — множество торпед по его безнадежно рассеянному флоту.

— Сражение проиграно, лорд-адмирал?

Ответ, конечно же, был очевиден, однако человек заслуживал того, чтобы получить взвешенный ответ. Лорд-адмирал окинул взглядом катастрофический крах того, что начиналось как нерушимая стратагема.

Он рассмеялся, и ближайшие таллаксы повернули свои торсы на незнакомый звук. Семпер покачал головой. Он забыл о первом правиле войны, касающемся контакта с врагом.

Правой группировки Семпера больше не было. Все корабли подло выпотрошил обстрел с захваченных орбитальных станций. Когда звездолеты дрогнули после ошеломляющего изменения расстановки сил, Гвардия Смерти нахлынула на них, словно хищники, которые из засады хватают отбившихся от стада. Каждый из имперских кораблей, оставшихся в одиночестве и задавленных числом, терзали до тех пор, пока от него не оставался лишь дымящийся остов.

Затем тупоносые таранные корабли направляли изувеченные останки во власть гравитации Молеха. Останки падали в атмосферу. За ними тянулись вниз пылающие хвосты от вхождения в плотные слои.

Семпер проследил траектории, вопреки всему надеясь, что обломки войдут в атмосферу под слишком острым углом и сгорят, не успев достигнуть поверхности. Или же под слишком пологим углом — и отскочат, отклонятся в глубокий космос.

Но кто бы ни высчитывал угол повторного входа в атмосферу, он был точен, и каждый запущенный остов должен был врезаться в Молех с кинетической энергией тяжелого боевого атомного заряда.

Сыны Хоруса роились вокруг «Адрануса». Его нова-орудие было бесполезно на ближней дистанции, а бортовые залпы не могли сдержать хищные стаи «Громовых ястребов», «Грозовых птиц» и штурмовых капсул под названием «Клешня ужаса», которые врезались в его борта.

Когда орбитальные станции обездвижили корабли сопровождения, «Доминатор» стал легкой добычей, и его выпотрошили стервятники. Неблагородная, кровавая смерть. «Доминатор» умирал тяжело.

Всплески вокса вопили о тысячах воинов легиона и тварях из воющей тьмы, которые рвали его на части изнутри. Семпер приказал отключить вокс. Крики экипажа «Адрануса» были слишком ужасны, чтобы их слышать.

Еще продолжал держался только центр.

«Наставление огнем» совершало маневр, когда на орбитальные станции обрушились первые штурмовые команды. Его капитан отдал приказ подать на двигатели аварийный импульс, чем, несомненно, спас корабль. Пока спас. Бортовые лэнсы уничтожили «Вар Ункад», превратив в дымящиеся руины.

«Слава Соляра» горела, но продолжала сражаться. Благодаря уничтожению «Вар Ункад» она избежала полной мощи обстрела, что должен был ее обездвижить. Под роем торпед устояла горстка легких крейсеров, однако ни один из них не был в состоянии дать бой предателям. По меньшей мере, шестерых ждала смерть в пустоте через считаные минуты, а четверым оставшимся едва ли удастся сманеврировать или образовать огневую линию.

— Да, сражение проиграно, — произнес лорд-адмирал Семпер. — Об остальном умолчим.

Пять «Грозовых птиц» совершили трудный проход сквозь огонь, вылетев с «Духа мщения» на штурм. Четыре из них устремились вперед, заняв позицию рядом с пятой. Они удалялись от флагмана магистра войны, а громадные двигатели того пылали, направляя его к могучему силуэту разворачивающегося «Стража Аквината».