Грегори Киз – Настоящая королева (страница 41)

— Попытался убить тебя?

— Угу. Но он находился в не слишком выгодном положении — стоял на вершине скалы, а я был внизу, так что мне удалось от него сбежать. Но там был еще и Фенд.

— Да, верхом на вурме.

— А в горах — сефри соплеменники Лешьи. Думаю, они сражались с прайфеком. Но я был немножко занят. Появился Терновый король, так что не хватало только тебя и Стивена.

— Ты не нашел Стивена?

— Нет. Я убил вурма стрелой, которую мне дал прайфек. Потом мне пришлось сразиться с монахом из ордена Мамреса. И мне сильно от него досталось: он сломал мне ногу. Если бы не Огр, я был бы мертв.

— Огр…

— Он погиб, спасая меня.

— Как мне жаль, Эспер.

— Я собирался в самом ближайшем времени отправить его на покой, — пожав плечами, ответил Эспер. — Не вышло. Но он умер сражаясь. А потом Фенд… убил Тернового короля.

— Что?

— Той же стрелой. Оказывается, ее можно использовать много раз, а не всего два. Он собирался пристрелить меня ею же, когда появилась Лешья и спасла меня.

— Как кстати.

— Угу. Но после этого я очень долго болел. Когда я пришел в себя, Лешья нашла нам надежное укрытие, но я несколько месяцев не мог отправиться в путь. Нас выследил Фенд. Он снова за мной гонится, и он не один. Мы не можем здесь оставаться, Винна.

— Ты провел с ней наедине четыре месяца? — спросила Винна.

— Угу.

— Тебе, наверное, было очень неплохо.

Эспер почувствовал, как его охватывает гнев.

— Ты ведешь себя, как ребенок, Винна. Между нами ничего не было. А уж если кто из нас и флиртовал в мое отсутствие, так это ты.

— Эмфрит? Он очень милый. Но он не ты. И не он отец моего малыша, — Она встала. — А насчет того, что я веду себя, как ребенок, я достаточно молода, чтобы быть твоей дочерью, но это не значит, что я не имею права ревновать. Просто я тебя люблю. Я уже начала терять надежду, боялась, что ты действительно умер, и тут ты появляешься — с ней? Постарайся не злиться и не уходи от моих вопросов. Если ты скажешь, что между вами ничего не было, я больше не буду об этом говорить — никогда.

— Ничего не было.

Она выдохнула.

— Хорошо.

— Мы с этим покончили?

— Угу.

— Прекрасно.

— И все? Тебе больше нечего сказать?

Эспер на мгновение закрыл глаза.

— Ты знаешь, как я к тебе отношусь, Винна. Но, может быть тебе лучше…

— Остановись, — перебила его она. — Просто замолчи, Эспер. Для меня не существует понятия лучше. Есть только ты. Ты знаешь, я никогда не просила у тебя больше того, что ты мог дать, и ты дал мне очень много. — Она погладила свой живот. — Я никогда не думала, что жизнь с тобой, лесничий, будет нормальной. Ты мне ничего такого не обещал, и я по-прежнему этого не жду. Но чтобы не случилось, у нас есть ребенок.

Он посмотрел на ее живот и вспомнил, как на свет появился греффин.

— Винна?

— Что?

Грим побери Сарнвудскую Колдунью.

— Давай найдем какое-нибудь безопасное место. Такое, где ты сможешь, ничего не опасаясь, родить этого ребенка.

— Ты пойдешь со мной?

— Угу.

Она улыбнулась и бросилась к нему на грудь, прижавшись к нему животом.

— Как же я по тебе скучала, Эспер Белый. Ты даже представить себе не можешь, как сильно я по тебе скучала. — Она взяла его за руки. — Куда мы отправимся?

Он поцеловал ее руки и ответил на вопрос. Он собирался сказать, что они отправятся в Виргенью или в Назгейв, в любое место вне досягаемости тяжелой болезни, уничтожавшей мир.

— В Заячьи горы, — услышал он свой ответ. — Там я смогу нас защитить.

И он снова ее поцеловал.

ГЛАВА 4

ДВЕ СЛУЖАНКИ

Топот копыт Резвой громом разносился во все стороны, когда Энни скакала по Рукаву. Улыбка не сходила с ее губ, она вскрикивала от радости — и пусть ее слышат все святые!

Прошло так много времени с тех пор, как она садилась в седло просто ради удовольствия. Когда-то она могла позволить себе развлекаться таким образом сколь угодно долго, ускользая от преследователей, которых ее мать посылала за ней, чтобы она вернулась к занятиям. Она и Резвая, а иногда ее сопровождала Остра.

Теперь Остра рядом с Казио. Энни надеялась, что они счастливы.

От этих мыслей настроение у нее слегка испортилось. Теперь она уже не девочка, которая не знает забот, верно? Всадники, сопровождавшие Энни, больше не являются преследователями; это телохранители, подчиняющиеся любому ее приказу.

Впереди, там, где Рукав сворачивал, Энни увидела новых всадников и слегка придержала лошадь. Всадники были одеты в красное, золотое и черное, а их щиты украшало изображение змеи и волны. Энни не узнавала ни цвета, ни герб. Они на скаку стреляли из небольших луков в мишени и делали это очень неплохо.

Энни продолжала наблюдать и вскоре поняла, что один из всадников, более хрупкий, чем остальные — женщина. Теперь Энни не сводила с нее взгляда, наблюдая, как она привстала на стременах и небрежно пустила стрелу. Через мгновение стрела уже подрагивала в самом центре одной из мишеней. Женщина развернула своего скакуна и одновременно достала новую стрелу из колчана.

— Чьи это цвета? — спросила Энни у капитана Элтьера, невысокого лысеющего воина, командира своей стражи.

— Графа Кейп-Шавеля, ваше величество, — ответил он.

— А там есть воины женщины?

— Мне об этом ничего не известно, мадам.

Вскоре всадники прекратили упражнения и к ним подъехал граф и женщина.

Они остановились примерно в десяти королевских ярдах, спешились и преклонили колени. Энни увидела, что девушка очень молода, скорее всею, ей было не больше пятнадцати лет.

— Встаньте, — сказала Энни. — Как ваши дела сегодня Кейп-Шавель?

— Превосходно. Тренирую свою легкую кавалерию.

— А это один из ваших лучников?

Его улыбка стала еще шире.

— Моя сестра Эмили. Она не является воином отряда, но я не могу запретить ей участвовать в тренировке.

Эмили сделала реверанс.

— Рада встрече с вами, ваше величество.

— Вы очень неплохо владеете луком, — сказала Энни девушке.

— Благодарю вас, ваше величество.

Повинуясь неожиданному импульсу. Энни предложила: