Грегори Киз – Настоящая королева (страница 18)

— Сейчас мы уже не так близки.

— А как насчет Каснара де Пачиомадио?

— Казио? — Энни пожала плечами. — Он тоже не понимает.

— Но мог бы.

— В каком смысле?

— Если бы его, как и вас, коснулись могущественные силы, тогда, возможно… прошу простить мою дерзость, тогда он стал бы по-настоящему вас достоин.

— Это действительно дерзость, — сказала Энни, чувствуя, как краска заливает щеки.

— В таком случае, я прошу у вас прощения.

— Мне говорили, что это опасно.

— Только не для истинного фехтовальщика, — ответил Каут.

— Вы уверены?

Каут поклонился.

— Я поделился с вами своими мыслями, когда мне следовало молчать, — сказал он. — Прошу понять правильно: меня заставило говорить лишь беспокойство за вас.

— Я вас прощаю, — проговорила Энни. — Когда мы с глазу на глаз, вы можете высказывать все, что думаете. Полагаю, мне это необходимо, чтобы самой оставаться честной. — Она склонила голову набок. — Сэр Каут, а почему вы мне служите?

Он поколебался пару мгновений.

— Потому что вы наша единственная надежда, — ответил он.

— Вы в это верите?

— Да.

— Жаль. Как бы я хотела, чтобы ни вы, никто другой так не думал.

Он едва заметно улыбнулся.

— Именно по этой причине вы достойнее других.

И он ушел, а Энни вернулась к окну, чтобы подумать.

Казио — рыцарь Мамреса, рядом с ней. Ее собственный рыцарь, а не взятый напрокат у матери. Каут прав: ей нужен не просто смертный, ей нужен человек, которого коснутся святые.

«Рыцарь темной луны для Истинной Королевы», — прошептал женский голос. Энни не стала оборачиваться, потому что знала — она никого не увидит.

ГЛАВА 5

ЗАВЕЩАНИЕ

Стивен месяцами ждал, когда же Фенд его убьет. И теперь, когда этот момент наступил, он знал, что не имеет никакого права удивляться, но все же, замерев от потрясения, смотрел как клинок коленопреклоненного сефри покидает свои древние ножны. Стивен попытался сделать шаг назад, но наткнулся на что-то — и упал в кресло, вырезанное из куска гранита. Интересно, бросятся ли на его защиту стражники, стоявшие у него за спиной, или они участвуют в заговоре? Он не знал, собирается ли Фенд убить и Землэ, и надеялся, что он оставит ее в живых.

Оружие метнулось к нему — и остановилось. Стивен понял, что в его сторону направлена рукоять и что одноглазый сефри держит клинок рукой в черной перчатке.

Потрясение прошло, и его сменила ярость.

— Что? — услышал он собственный сердитый голос. — Что за дерьмо…

Он замолчал, потому что никогда не употреблял слово “дерьмо”. Он перенял это словечко, пришедшее из усттишского наречие у Эспера Белого.

Стивен сглотнул, чувствуя, что гнев уступил место облегчению.

— Что такое, Фенд? — спросил он уже спокойнее.

Глаза Фенда заблестели.

— Насколько я понимаю, мы не так чтобы друзья, — начал он.

Стивен невесело рассмеялся.

— Не друзья, — подтвердил он.

— Но ты наследник Каурона, а я Рыцарь Крови. Мой долг тебе служить. Поскольку твое недоверие ко мне мешает тебе делать то, что ты должен, я считаю, что послужу тебе гораздо лучше, если передам тебе этот меч и мои доспехи.

— Ты Рыцарь Крови, потому что ты выпил кровь ваурма, — сказал Стивен. — а не из-за твоего оружия. А ваурм мертв.

— Кровь ваурма все еще течет в моих жилах, — проговорил Фенд — Вонзи меч в мое сердце, собери кровь и отдай ее рыцарю, которого выберешь сам.

Стивен посмотрел на рукоять меча и, не отдавая себе в этом отчета взял его в руку. У него закружилась готова, перед ими про нестись диковинные видения, а еще ему показалось, что он уловил запах чего-то едкого и затхлого.

Мысль прикончить Фенда ему понравилась. Он был убийцей, на совести которого не одна жизнь. Он чуть не убит Эспера невероятно жестоко обращался с Винной и участвовал в заговоре, приведшем к смерти двух принцесс.

Неожиданно для себя Стивен обнаружил, что размышляет об этом совершенно спокойно. Главная причина, по которой следовало бы при кончить Фенда, заключалась в том, что он, Стивен, после этого мог бы спокойно спать по ночам. Он пожал плечами, и вы ставил перед собой оружие.

«Что я делаю?» — удивленно спросил он себя и замер.

— Патикх? — вскричал Фенд.

Стивен мимолетно улыбнутся. Ему удалось испугать Фенда. Он испугал Фенда. Он опустил оружие.

— Я тебе не верю, — сказал Стивен.

— В каком смысле?

— Я не верю, что ты готов пожертвовать жизнью ради достижения высшей цели. Я думаю, ты хочешь что-то получить, обрести больше, поскольку кровь ваурма уже тебя изменила. Нет. Фенд, ты что-то задумал — и это вовсе не твоя смерть.

— Я предложит тебе мою жизнь, — возразит Фенд.

— А что произойдет, если я заколю Рыцаря крови? Я не знаю. Я видел людей, против которых клинки бессильны.

— Я не из их числа.

Стивен поднял руки.

— Ты знаешь, что я тебе не доверяю. Ты сам это только что сказал. Неужели ты рассчитываешь, что этот фарс что-нибудь изменит?

Фенд приподнял брови.

— Что?

— Это уже не тот Стивен Даридж, с которым я познакомился в Кал Азроте, — усмехнувшись проговорил он. — У тебя появился характер.

Стивен собрался ему ответить, но неожиданно до него дошло значение слов сефри. Он его больше не боялся. На самом деле, он не боялся его и тогда, когда думал, что Фенд собирается его убить.

— Значит, дело в священном пути, — сказал он.

— Точно патикх.

— Я прошел по одному священному пути, и меня чуть не прикончил другой, — проговорил Стивен. — Мне не хочется связываться с третьим, пока я не узнаю о нем больше.

Однако, когда он произнес эти слова, он вдруг снова почувствовал себя прежним, робким Стивеном.

— А что ты хочешь знать? — спросил Фенд. — Ты наследник Каурона. Сила этой горы принадлежит тебе. И тебе уже давно пора взять ее себе.

— Я еще не нашел Алк, — возразил ему Стивен. — Но старом отделе библиотеки мне попались весьма интересные тексты.

— Патикх, — ответил Фенд. — Алк покажется тебе после того, как ты пройдешь посвященному пути, но не раньше. Разве ты этого не знал?

Стивен удивленно уставился на сефри, пытаясь осознать его слова.