Грегори Киз – На грани победы 2: Возрождение (страница 26)

— Отлично! — Корран запустил гипердрайв, и звёзды расплылись перед глазами беглецов.

Первый прыжок перенёс их на расстояние не более светового года от планеты, и Корран отметил, что один из перехватчиков засёк их вектор и устремился в погоню. Но тут их снова поглотило гипепространство, и беглецы стали недосягаемы. Второй прыжок получился немного более затяжным, чем первый; следом незамедлительно последовал третий. С такой чехардой погоня практически исключалась.

— Долго нам ещё лететь, Энакин?

— Несколько часов.

— Хорошо. Теперь у тебя есть время объяснить мне в деталях, как вы вдруг оказались в полицейском флаере. И не забудь упомянуть, почему те люди стреляли в меня и почему вы оба ослушались моих распоряжений.

— Теперь я понимаю, почему вы так поступили, — произнёс Корран, когда парочка закончила своё повествование. — Но вам всё равно не следовало этого делать.

— Но почему? — возмутилась Тахири. — Разве ты не сделал бы то же самое?

Корран на секунду задумался.

— Нет. Я тоже чувствовал Келбиса Ну, но очень размыто, я не мог определить, где он. Но даже если бы я точно знал его местонахождение, я бы всё равно сперва десять раз подумал. Этим же неплохо было бы заняться и вам. Энакин, ты, как всегда, столь импульсивен…

— Это я виновата, — перебила Тахири.

— Да. Определённо да. Но Энакин подал тебе плохой пример. Разве вы двое ничему не научились на Явине 4?

— Научились, — буркнула Тахири. — Я уяснила, что джедаи не могут рассчитывать ни на кого, кроме себя самих.

— В самом деле? Хан Соло не джедай, Тэлон Каррд тоже, как и люди под его началом, отдавшие свои жизни на Явине.

— Ну, просто никто не собирался помочь Келбису, — пробормотал Энакин.

— Как и вам не следовало.

— Но мы должны были хотя бы попытаться!

Корран устало оглядел юных джедаев.

— Разговор не окончен. Когда мы вернёмся на "Вольного торговца", мы продолжим его, да ещё подключим Кама Солусара или Тионн: им есть, чем пресечь вашу юношескую самоуверенность. Но, кстати — Келбис сказал что-то по поводу Яг’Дула?

— Да, это были его последние слова, — вспомнил Энакин. — Он с трудом произнёс их и явно хотел донести до меня что-то важное. Мне кажется, Яг’Дул в опасности.

Корран прищурился и судорожно сглотнул, исполнившись внезапных подозрений.

— Энакин, куда мы летим?

— Ты сам сказал, к Центру, — невинно проронил юноша.

— Скажи мне, что мы не окажемся в системе Яг’Дул.

— Мы не окажемся в системе Яг’Дул, — заверил его Энакин.

— Хорошо, — успокоился Хорн.

— Но мы окажемся рядом с ней, неподалёку.

— Энакин, я тебя убью! — Корран вспомнил множество специфических кореллианских словечек, которые отлично выразили бы его чувства, но придержал их. Дети всё-таки: Тахири только четырнадцать. И как он собирается удерживать своих Вэлина и Джизеллу от тёмной стороны, если будет так выражаться? — И насколько близко? — Он попытался понизить тон голоса, стараясь не звучать столь разгневанно, сколь он чувствовал себя на самом деле.

— В одном прыжке. Я думал, ты захочешь сам за всем проследить.

— Энакин! Припасы! Мы всего лишь летели за припасами, а не готовили спасательную экспедицию. — Он закрыл лицо руками. — Теперь я понимаю, почему Солусар бросал на меня такие сердобольные взгляды, когда мы отчаливали.

Корран отчаянно хотел, чтобы рядом сейчас очутилась Миракс. Уж она-то умела разбираться с подобного рода вещами.

— Когда мы выпрыгнем? — вымученно спросил он.

— Через пять минут.

— Кошмар! А теперь слушайте меня внимательно. Я — капитан этого судна. С этой минуты вы не можете даже посетить освежитель без моего разрешения, ясно? Кстати, это также означает, что вы не станете воображать или выдумывать какие-то мои приказы, а дождётесь, пока я сам их озвучу.

— Я следовал твоему приказу, — возразил Энакин. — Ты же сам сказал прыгать к Центру.

— Энакин, прекрати. Хватит перечить!

— Да, капитан.

— Вот и замечательно. — Корран уселся в кресло пилота и застыл в ожидании реверсии.

На входе в реальное пространство их приветствовал крупный, испещрённый кратерами астероид, заполонивший собой весь экран обзора. Корран выругался и резко бросил корабль вниз, замедляя ход. Зазубренная кромка кратера приняла угрожающие размеры, и пилот вдруг осознал, что столкновения не избежать. В отчаянии он рванул на себя ручку, врубающую репульсоры.

"Барыш" протестующе заскрежетал, когда возникшее поле не совсем учтиво оттолкнуло его прочь от астероида. Корран с облегчением вздохнул и принялся гасить скорость. Когда они достаточно замедлились, он смог наконец оглядеться по сторонам.

И очень вовремя: окружающее пространство просто кишело астероидами, сотнями каменных глыб всевозможных форм и размеров, плотно прилегавших друг к другу. Понадобятся недюжинные умения, чтобы вывести корабль из этой круговерти живым и невредимым.

— Ты должен был предупредить меня об астероидном поле, — отчитал Хорн Энакина.

— Я бы так и поступил, будь оно указано на картах, — протянул тот довольно странным голосом.

— Что значит, не указано на картах?

— Да, собственно, его и сейчас нет. Взгляни на показания сенсоров.

Корран так и сделал, после чего снова ругнулся, получше приглядевшись к окружавшим его каменным глыбам. За исключением испещрённого кратерами камешка, с которым они едва не столкнулись по выходе из гиперпространства, во всех прочих объектах прослеживались слишком хорошо знакомые органические очертания кораблей, выращенных из йорик-коралла.

— Это флот йуужань-вонгов, — завороженно произнёс Энакин.

Глава 17

— Я засёк "Вольного торговца", — сообщил Люк. — Недалеко от Клак’дора. Мы доберёмся до него через день или два.

Мара кивнула.

— Отлично.

— Как ты?

Мара принялась буравить его лютым взглядом.

— Скайуокер, зачем ты задаёшь вопросы, ответы на которые знаешь и так? Я чувствую тяжесть. К моим лодыжкам словно прикованы парализующие браслеты, которые дают о себе знать в самый неподходящий момент. А ещё меня всё время тошнит. Никто не предупреждал, что меня снова начнёт тошнить. Мне казалось, что эта стадия давно миновала.

— Как и мне, — кивнул Люк, поджав губы. Он чувствовал больше, чем раздражение в словах Мары. У неё явно накопилась сильная усталость. — Может, ты ещё что-то хочешь мне рассказать? — мягко спросил он.

— Если бы я хотела, я бы давно уже так и сделала, не правда ли?

— Если бы только не думала, что это расстроит меня.

— Ну, хорошо. Терпеть не могу вот эту твою рубашку. Ты в ней выглядишь, как последний кретин.

— Кстати, ты сама мне её купила, — напомнил Люк. — Мара, ты снова больна? Твоя ремиссия подошла к концу?

Мара старательно изучала свои ногти.

— Ну… Силгал следит за моим состоянием, — протянула она немного пренебрежительным тоном.

— И?

Лицо Мары стянули морщины.

— Болезнь не коснулась нашего ребёнка.

— Но она коснулась тебя?

Несколько долгих мгновений она изучала взглядом звёздное поле за иллюминатором.