Грег Иган – Научная фантастика. Ренессанс (страница 137)

— Внешний сигнал? Но как такое возможно? Это не может быть передача из Хьюстона!

Взгляд Марго скользнул к черному треугольнику иллюминатора. Из коридора все еще доносились еле слышные одиночные и парные импульсы статики.

— В каком языке всего два компонента? — спросила Марго.

— В двоичном, — ответила Джин, удивленно уставившись на нее.

— А что мы, по сути, передаем во время сеансов связи? И что может тот, кто не знает более совершенного языка, послать нам в ответ?

Джин побледнела.

— Марго, ты сошла с ума.

Марго даже не стала отвечать. Она оттолкнулась, вылетела в коридор и направилась к командному центру.

— Том, ты слышал?

Том даже не взглянул на нее. Он держал блокнот и ручку. Когда слышался очередной импульс статики, он записывал в блокнот единичку, а после двойного импульса — ноль. Вскоре он бросил блокнот прямо в воздухе, словно ему было все равно, куда тот улетит, и его пальцы замелькали над клавиатурой.

— О да, слышал.

Ник тоже сидел за своим терминалом и тоже стучал по клавиатуре.

— Кажется, механизмы наружной системы действуют, — сказал он. — Возможно, мы сумеем провести анализ…

— Он ввел серию команд. В помещении все еще слышались статические импульсы, настолько настойчивые, что жилки на висках Марго начали пульсировать синхронно с ними.

— Тут что-то есть, — пробормотал из-за терминала Том. Голос его звучал напряженно, с интонацией, которую Марго не сумела распознать. — Но чтобы понять, что именно случилось, надо немало времени. Реджи сейчас все записывает. — Он взглянул на Ника. — Пока он еще не окончательно накрылся…

Марго и Джин тоже повернулись к Нику. Марго показалось, что она прочла в его взгляде облегчение. «Сейчас ему хотя бы не нужно придумывать для нас работу».

— Хорошо, — начал отдавать распоряжения Ник. — Том, ты попытайся понять, что это было. Джин, ты займись неисправностью Реджи. Выясни, какие системы исправны, а какие — нет. — Он перевел взгляд на Марго. — Я позабочусь о Поле. А ты, Марго…

— А я проверю, работает ли периферия, — сказала она. — Мы ведь не знаем, что еще может случиться.

Ник кивнул. Марго последовала за Ником по коридору. Она старалась не смотреть, когда он поворачивал запорное колесо на люке, ведущем в лазарет. Марго заставила себя пролететь через помещение и направиться дальше, к грузовому отсеку.

Этот отсек представлял из себя комбинацию трюма и рабочего помещения. Здесь хранились тщательно запечатанные контейнеры с образцами минералов, но здесь же имелось и все необходимое для работы вне корабля. Сразу возле выходного шлюза ждали исследовательские шлюпки, прочно прикрепленные к корпусу зажимами, — небольшие легкие суденышки, весьма смахивающие на кривоватые коробчатые воздушные змеи, с которых содрали ткань обшивки. Фактически это были просто рамы с креплениями для контейнеров с образцами, роботов, которые эти образцы собирали, или космонавтов. Их спроектировали для подлета к астероидам и посадки на них. Марго вспомнилось ощущение почти детского восторга, когда она сажала такой кораблик на астероид. Она любила свою работу, эту миссию и свою жизнь, но такие впечатления не сравнить ни с чем.

Вскоре после отказа паруса у них возник план использовать эти кораблики как буксиры, способные вытянуть корабль на такую орбиту, где их смогут перехватить спасатели с одной из марсианских станций. Но Реджи смоделировал ситуацию и доказал, что это невозможно. У этих малюток попросту не хватит мощности. Поэтому они так и остались на своих местах за бортом, а Марго теперь сидела внутри, окруженная бурильным и геологическим оборудованием и зарядами взрывчатки, и ей оставалось лишь ждать, что произойдет дальше.

«Держись, Марго. Проживи еще минуту, потом еще и еще. Такая нынче игра, верно? А если нарушишь правила, то последуешь за Полом, Эдом и Трейси».

Она нажала кнопку интеркома, чтобы услышать импульсы статики и негромкое бормотание Тома. Эти звуки напомнили ей, что жизнь продолжается и что-то действительно происходит. На сердце немного потеплело. Перед ее мысленным взором засветился огонек. Ведь Том сказал, что в звуках статики что-то есть. И это может оказаться помощью. Какой угодно, но помощью.

Мелкие дела не давали ей бездельничать все две недели после потери паруса, и такие же мелкие задачи ждали ее сейчас. Марго проверила герметизацию контейнеров с образцами. Провела компьютерный контроль шлюпок и убедилась, что элементы на них полностью работоспособны, а баки под завязку заправлены топливом. У Марго появилось искушение — учитывая нынешнее состояние Реджи — надеть один из ярко-желтых скафандров, выйти наружу и проверить все системы вручную, но она его преодолела. Она могла пригодиться для чего-то более важного на корабле.

Марго пересчитала баллоны с воздухом и проверила в них давление. На всякий случай. Раз у Реджи поехала крыша, не исключено, что им придется выйти наружу и направить антенну на Землю вручную. А если эта последняя и странная надежда окажется ложной… Она все еще не попрощалась со своим женихом Джорданом и хотела это сделать. Она не желала расставаться с ним молча.

Голос Реджи заставил ее вздрогнуть и оторваться от своих мыслей.

— Помощь, — сказал Реджи. — Я. Помощь. Я. Мы. Ты. Помощь.

Марго помчалась обратно по коридору. До командного модуля она добралась последней. Она ухватилась за поручень, вслушиваясь, как Реджи бормочет слово за словом.

— Есть. Помощь, — произнес Реджи, рублено и резко. Темп его речи постепенно нарастал. — Есть. Помощь. Комета. Тянет. Тащит. Вас. К вам — комета. Пролетит близко. К вашему миру — с помощью кометы. Это возможно. Есть помощь.

У Марго отвисла челюсть.

Том взглянул на свой блокнот:

— Реджи сказал, что мы получаем двоичный сигнал из неизвестного источника. Если принять одиночный импульс за единицу, а двойной за ноль, то получится чушь, но если одиночный принять за ноль, а двойной за единицу, то получается некая версия компьютерного языка. Одна из экспертных систем сумела его декодировать.

Он стиснул ручку, явно борясь с желанием отшвырнуть ее.

— Это невозможно! Такое никак не могло произойти.

— Но ведь произошло, — пожала плечами Марго.

— И все равно не могло, — прорычал Том. — Инопланетяне, способные создать компьютерный язык, причем такой, что Реджи справился с ним всего за четыре часа? Невозможно.

— Если только они уже давным-давно нас не слушают, — отметила Джин.

Том постучал ручкой по блокноту. Один, два, один.

— Но как…

Марго нетерпеливо прервала его. Ведь это помощь, надежда на жизнь. Почему же он пытается эту надежду разрушить?

— Мы уже более ста лет передаем в космос все подряд. Возможно, с тех пор нас и слушают. — Она ощутила, как сомнение Тома просачивается и в ее сознание, но подавила его усилием воли.

Джин скрестила руки на груди:

— Сейчас мне все равно, кто они такие, — пусть даже Демоны из седьмого круга ада. Главное, что они есть.

— Господи… — выдохнул Ник и добавил уже более спокойно: — Ладно. Марго, вам с Джин придется выйти наружу и развернуть антенну, чтобы мы смогли послать сообщение в Хьюстон.

— Мы не можем сообщать об этом в Хьюстон, — резко возразила Джин.

— Что?

Теперь Джин обхватила себя за плечи и пояснила:

— Они решат, что все мы дружно сошли с ума.

— Да какая разница, что они там решат! — Ник развел руками. — От них ничего не зависит.

— Зато они могут сообщить нашим семьям, что мы рехнулись, — невозмутимо парировала Джин. — А я, например, не желаю, чтобы мои родители такое услышали. Им и без того тяжело.

Ник медленно кивнул.

— Ладно, — согласился он. — Пусть это останется нашим маленьким секретом. Но если нам удастся вернуться, то в центре управления после такой новости начнется истерика.

Том перевел взгляд с Ника на Джин, и Марго заметила в его глазах нечто странное. Он посмотрел на Марго:

— Этот фокус с кометой… он действительно осуществим?

Марго открыла было рот, но тут же захлопнула. Комета с коротким периодом обращения вокруг Солнца. Если они перехватят ее на обратном пути… если сумеют прицепить к ней трос (сотни километров бесполезного теперь кабеля были намотаны на барабан, прикрепленный снаружи к корпусу), то теоретически это могло перевести их на более короткую орбиту. Но нагрузки на корпус будут невообразимые. Как минимум несколько g. Выдержит ли он? И как закрепить кабель? Даже если у исследовательских шлюпок хватит мощности и скорости, приземлиться на комету нельзя. Вокруг пыль и каменные обломки, они испускают струи газа, плюются кусками льда. Посадка на астероид — совсем другое дело, ведь это всего лишь огромные каменные глыбы, дрейфующие в пустоте. А кометы живые, и они лягаются.

Но может быть…

— Сперва нужно отыскать эту комету, — сказала она наконец. — Узнать ее курс, расстояние, скорость. Без этого мы не сумеем рассчитать, смогут ли двигатели ориентации приблизить нас к комете настолько, чтобы за нее зацепиться. А для реальной работы нам, скорее всего, понадобятся шлюпки…

— Мы можем приспособить магнитный парус, — проговорила Джин, покусывая ноготь. — Его кабель станет буксирным тросом. Но еще нам нужен гарпун или нечто в этом роде…

— Гарпун? — изумился Том.

Джин пояснила:

— Чтобы закрепить кабель на комете. Может, это удастся сделать с помощью взрывчатки.

Ник еле заметно улыбнулся. Марго увидела, как впервые за несколько дней мускулы его лица расслабились.