Грег Гифьюн – Дыхание дьявола (страница 15)

Софи замолчала. Она оставалась в глубокой задумчивости, но ничего не сказала.

"Вот и моя история", - сказал я через минуту. "Хотелось бы чего-то получше, но что есть, то есть".

"Как ее звали?" - спросила она. " Твоя дочь, как ее звали?"

"Ты не хочешь в этом участвовать, Софи, я чертова развалина. Я - оболочка, понимаешь? Нет ничего, что стоило бы иметь рядом или узнать лучше, чем ты уже узнала".

"Как ее звали?" - спросила она, глаза наполнились слезами.

Я тяжело сглотнул, чувствуя, как дрожит мое тело. "Оливия".

В тот момент, когда ее имя покинуло мои губы, я склонил голову, стыдясь того, что слезы снова наполнили мои глаза. Мне хотелось бежать, убраться оттуда подальше от всего и всех. Я хотел еще выпить. Я хотел много выпить. Столько чертовых напитков, чтобы я больше никогда ничего не чувствовал.

Я начал вставать, но Софи схватила меня за руку и потянула обратно вниз, прижав к себе и обняв, прижимаясь ртом к моему уху и шепча, что все в порядке. От нее пахло духами и детской присыпкой, ее тело было мягким и теплым. Я давно не был так близок с женщиной и чувствовал себя как нервный школьник на первом свидании. Эмоции момента и все, что разговор о прошлом вызвал во мне, были слишком сильны. Перейти сразу к сексу казалось невозможным.

"Софи... - задыхаясь, произнес я, только тогда осознав, что мое сердце бешено колотится, а дыхание стало тяжелым.

Она заставила меня замолчать, прижавшись своими губами к моим.

Когда наши языки встретились, я почувствовал во рту сладкий привкус вина, смешанный с резким ароматом табака. Притянув ее ближе, я обхватил ее руками, и она медленно опустилась на спину, увлекая меня за собой. Когда она легла на подушки, а я забрался на нее, она сняла сандалии и обхватила меня ногами, перекинув лодыжки через поясницу и притянув меня к себе.

Мы целовались, казалось, часами, наши руки бегали по телу друг друга, страсть и вожделение становились все сильнее и сильнее, пока не стали невыносимыми.

"Спальня?" спросил я, поднимаясь на воздух.

Софи сильно пыхтела, а когда она сняла бейсболку, когда мы только пришли, резинка, удерживающая ее хвост, рассыпалась, и волосы лежали по лицу в беспорядке, придавая ей дикий, дикий вид. "Да", - сказала она, задыхаясь. "Определенно".

Но эта пауза дала мне время подумать и обдумать, что мы делаем.

" Подожди", - сказал я, сползая с нее и спотыкаясь. "Это не очень хорошая идея".

Она перекатилась на бок, спустила ноги на пол и уселась в сидячее положение. Убрав волосы с лица, она откинула их за плечи и сказала: "Ладно".

Меня смущала эрекция, натягивающая мои брюки, но я ничего не мог с этим поделать. "Софи, просто я..."

На этот раз она не собиралась меня спасать.

Я хотел привстать, но мне и так было трудно идти, поэтому я изо всех сил старался принять непринужденную позу. "Ты потрясающая", - сказал я. "И ты мне очень нравишься, правда. Но я не знаю, смогу ли я это сделать".

"Может быть, если бы ты перестал так сильно себя ненавидеть".

"Я едва могу о себе позаботиться".

"Когда это я просил тебя заботиться обо мне?" Она потянулась к кофейному столику и достала сигареты и зажигалку. "Ты все усложняешь".

"Мне жаль". Я стоял как идиот, не зная, что еще сказать.

Она зажгла сигарету, сделала голодную затяжку, потом еще одну. "Все в порядке", - наконец сказала она, ее дыхание снова стало контролируемым. "Я просто подумала - черт, я не знаю, что я подумала, - но когда ты так открылся мне, это было невероятно мощно, и я позволила... Прости, я не должна была так бросаться на тебя".

"Я безмерно польщен".

Она выдохнула дым из ноздрей. "Тогда я в замешательстве. У тебя есть что-то вроде правила "не трахаться с людьми, с которыми ты работаешь" или что-то в этом роде?"

"Обычно это хорошая идея, но нет, ничего подобного".

Она облегченно рассмеялась.

"Что?"

"Ты иногда так формален, что это просто смешно".

"Прости".

"На самом деле я думаю, что это даже мило".

"Прости", - повторил я.

"Да, я услышала тебя в первый раз". Софи откинулась на спинку дивана и закурила сигарету. "Давай просто забудем, что все это было, хорошо? Хочешь, я отвезу тебя домой?"

"Нет".

"Прошло много времени, не так ли?"

Я кивнул.

"Слишком".

"Идея начать что-то заново не... Софи, мы же не подцепили друг друга в баре. Мы знаем друг друга, мы друзья, и я не тот, с кем тебе стоит связываться, поверь мне".

Она усмехнулась, зажав сигарету между губами. "Может, я и есть та, с кем тебе не стоит связываться. Никогда об этом не думал?"

Что-то было в том, как она опустилась на подушки дивана, раздвинув ноги и растрепав одежду, а сигарета свисала изо рта. "Ты какая-то плохая девочка?"

Она изогнула бровь. "Может быть".

"Мне нравится дружить с тобой", - неловко сказала я. "И я не хочу портить это ради нескольких минут в постели".

"Значит, я упускаю лучшие сорок семь секунд своей жизни, так?"

"В любом случае, тридцать - тридцать пять".

Она звонко рассмеялась, и я почувствовал себя нужным. "Ты все равно можешь остаться". Еще раз быстро затянувшись сигаретой, она села вперед и раздавила окурок в пепельнице. "Мы можем потусоваться, пожарить попкорн в микроволновке и посмотреть фильм или что-нибудь оригинальное в этом роде. Может быть, позже мы могли бы немного полежать, а утром я отвезу тебя домой. Не обязательно все усложнять. Мы можем просто прижаться друг к другу. Было бы здорово чувствовать кого-то рядом с собой в темноте. Я уже почти забыла, каково это. Не обижайся, Бальтазар".

Кот зевнул и отвернулся, совершенно не обрадовавшись.

Я отошел к ближайшему окну. Солнце было низко в небе. До ночи оставалось еще несколько часов, но она была уже на пороге, дневной свет угасал. Впервые я был рад, что избежал виселицы. Все это время я готовился, убеждая себя, что самоубийство - это правильный поступок, единственная альтернатива, единственный шанс обрести покой и утихомирить бушующие внутри меня бури. До этого момента я был уверен, что не способен чувствовать ничего, кроме боли. Но вот они снова появились, эти старые чувства, нашептывающие мне, что, возможно, в моей разбитой жизни есть смысл. И ради этого стоило остаться.

"Стэн?"

Я отвернулся от окна и снова посмотрел на Софи, уверенный, что больше нигде не хочу быть.

"Что ты думаешь?" - спросила она.

"Кажется, мне обещали печенье".

9

Ночь. Улица темна и пустынна. Ночь прекрасна, небо усеяно звездами, но что-то не так. Я чувствую, как оно подкрадывается ближе, преследует меня, как добычу. Я уже бывал в опасных ситуациях и могу справиться с собой, но в эту ночь мне знаком страх. В эту ночь дьявол живет и дышит.

И он все ближе.

Появляется машина, поворачивает за угол, а затем медленно катится рядом со мной. Кто-то говорит что-то неразборчивое изнутри машины, голос глубокий и невнятный. Через частично открытое окно я вижу силуэт, но не могу разглядеть никаких деталей.

А потом кто-то приближается пешком, двигается по тротуару и идет прямо ко мне. Мужчина. В темноте я могу разглядеть лишь часть его лица.

Кто-то... что-то... позади меня. Я чувствую его присутствие.

Когда я поворачиваюсь, из темноты появляется лицо и бросается на меня. Демон, ведьма... Лицо бледное, напудренное, белое, только одна черная полоса проходит по центру, глаза налиты кровью, белки дикие, остекленевшие и больные. Длинные черные волосы свисают по обе стороны от него, а с них, как украшения, свисают бусины, перья, полоски ткани и кожи.

Демон дует в раскрытую ладонь, рассеивая облако тумана, которое обрызгивает мое лицо и ослепляет меня. Я пошатываюсь, чувствуя тошнотворный привкус во рту.

А потом я падаю, падаю по спирали.

В ад...

Я открыл глаза, дал им привыкнуть к темноте, а затем, не двигаясь, посмотрел направо, на кровать и в сторону двери. Она была закрыта. Окинув взглядом спальню, я осмотрел все вокруг, пока не убедился, что мы одни.

Где-то, на самом краю моей памяти... что-то... но прежде чем я успел ухватиться за это, воспоминание - или что бы это ни было - ускользнуло, улетучившись, как дым от погасшей свечи. Вслед за ним остался только страх.