Грег Гифьюн – Дикари. Дети хаоса (страница 23)

Внутренний голос продолжал нашептывать Джино то, чего он не хотел слышать. И хотя он силился заставить голос замолчать, заглушить его не удавалось. Возможно, в голове звучал его собственный голос, но Джино не был уверен. Возможно, это предчувствие, инстинктивное предупреждение говорило ему, что их дни сочтены и сейчас пришло время признаться в своих грехах, пока не стало слишком поздно, чтобы искупить их. Даже если б Джино сделал это лишь мысленно, возможно, это принесло бы ему спокойствие. Осознание того, что, появись у него новый шанс, он все будет делать правильно. Он искал бы любви, а не только секса. И попытался бы строить жизнь не только на своих желаниях и потребностях. Он подумал бы о родителях, о сестрах и их детях – о его племянницах и племянниках, – о своих друзьях, оставшихся дома, о коллегах по работе. О том, как обижал их всех тем, что редко бывал у них и думал только о себе.

А может, это была лишь очередная несбыточная чушь. Возможно, все это не имело никакого значения, потому что никто не покинет остров живым. На этом острове есть хищник, а они – его добыча. Как и любое другое животное, Человек чувствовал близость Смерти. «Возможно, годы тренировок и подготовки в итоге окажутся чем-то бо́льшим, чем удовлетворение собственного тщеславия», – подумал Джино. Здесь, в этом аду, это было ценным качеством, оружием, тем, в чем они отчаянно нуждались.

Возможно, именно здесь он изменит не только собственную жизнь, но и жизни других людей, тех, которые рассчитывают на него. Джино никогда не был верующим и, когда дело касалось духовных вопросов, считал себя агностиком. Но если в его жизни есть великая цель, если все действительно происходит не просто так, как часто говорят и, кажется, верят многие, то, может, именно поэтому он здесь? Может, он тренировался и работал всю жизнь ради этой цели, сам того не осознавая.

Джино с вызовом посмотрел на ночные джунгли, будто прогоняя страх и перенося его на темноту и то, что пряталось в ней.

«Это мой шанс», – подумал он.

– Ты меня до смерти напугал.

Вздрогнув и тут же расстроившись из-за того, что утратил бдительность, хоть и на секунду, он увидел, что рядом с ним, откуда ни возьмись, возник Даллас.

– Еще пара часов, – сказал он, пытаясь говорить непринужденно, – и рассветет.

– Мердока убили средь бела дня. – Даллас почесал отросшую бороду. – В любом случае, мы здесь не в безопасности.

– Как и то, что прячется там. – Уголком глаза Джино увидел, как Даллас кивнул, хотя не был уверен, что тот согласился с ним и на этот раз.

– Послушай, если со мной что-нибудь случится, пообещай, что…

– Ничего с тобой не случится, Дэл.

– И все же…

Джино наконец посмотрел на него.

– Убедишься, чтобы Куинн…

– Шутишь? Куинн здесь самая крутая.

– Ты понимаешь, о чем я.

– Я скорее умру, но не позволю, чтобы с ней что-нибудь стряслось, – сказал ему Джино. – Или с тобой.

– Я тоже. – Даллас неловко прокашлялся. – Мне нужно кое-что у тебя спросить, и я хочу, чтобы ты ответил честно.

– Разве я тебе когда-нибудь лгал?

– Насколько я знаю, за те годы, что мы знакомы, ни разу.

– Тогда спрашивай.

– Мы сможем выбраться с острова? Сумеешь построить что-то, на чем мы сможем выжить в море? Возможно такое?

– Возможно? Да, конечно, возможно.

– Хотя и маловероятно?

– Это не похоже на кино, где ты идешь в джунгли, без проблем находишь все необходимое, и внезапно получаешь годный для плавания плот. Если мы можем сделать его – я имею в виду «если» – то речь здесь идет о большой работе и еще большей удаче, и нам потребуются подходящие материалы и инструменты. Настоящие инструменты, а не кучка заостренных палок. Надеюсь, когда мы обыщем тот аванпост, то сможем найти необходимое. Но даже если найдем, наши шансы в открытом океане тоже невелики, Дэл.

– Поверь, я не спешу возвращаться туда, но у нас нет выбора. Мы не можем оставаться здесь, мужик. Нам нужно бежать.

– Я никогда ни от кого не бегал.

– Я тоже, но нам нужно убираться с этого острова, поскольку, что бы там ни было, мы не готовы сражаться с ним. Ты же видел, что осталось от Андре. Видел, что оно сделало с Мердоком. Мы не сможем сражаться с этим существом. Не сможем.

Глаза Джино медленно скользили по темным джунглям.

– Возможно, придется.

– Мы погибнем.

– Лучше умереть сражаясь, чем трусливо убегая.

– Господи, ты сейчас это сказал так, будто хочешь сразиться с ним.

– Я хочу выжить.

– Я хочу, чтобы все выжили.

Джино отошел от костра и углубился в ночь.

– Следи тут за всем, я сделаю еще один круг. Скоро вернусь.

Даллас посмотрел на костер.

– Может, мне пойти с тобой на этот раз? – спросил он.

Но Джино уже ушел.

К тому времени как солнце высоко поднялось на небе, принеся с собой привычную удушливую жару, окутавшую остров, они вернулись на аванпост, прихватив с собой скудные пожитки. Питьевой воды почти не осталось, но Джино смог сделать из куска резинового плота, который изначально служил дождевым накопителем, импровизированную флягу. Перевязал один конец крепкой тонкой лианой и получил мешок для жидкости. Они сделали факелы и понесли огонь с собой, оставив костер, который поддерживали всю ночь, догорать на далеком пляже.

Теперь они стояли в тени аванпоста, смотрели на здания и слушали окружающие их джунгли. Они ожидали, что существо бросится на них по пути из лагеря к аванпосту, но ничего не случилось. В результате от стресса, напряжения и ожидания они буквально обессилели.

– Почему оно не напало на нас? – спросила Куинн, осматривая участок джунглей, из которого они пришли. – Чего оно ждет?

– Может, играет с нами? – предположил Херм. – Знаете, как кошка играет с мышкой? В детстве у меня был кот, Раффлз, и всякий раз, когда он ловил мышь, он почти отпускал ее, понимаете? Но прежде, чем мыши удавалось убежать, он хватал ее и тянул назад. Иногда он занимался этим часами, и всякий раз бедная мышь пыталась сбежать, думая, что сможет. Все это, казалось, забавляло Раффлза, но когда он наконец уставал, то убивал засранку. Причем быстро. И эффективно. А затем съедал ее.

– Это утешает, – сказал Даллас. – Отличная история.

– Я любил того кота. В детстве он был моим лучшим другом.

– Хищник всегда обладает тем преимуществом, что знает, когда, где и как атаковать, – наконец вмешался Джино. – Что нам нужно здесь сделать, так это занять позицию, где сможем защититься. Затем возьмем факелы и обойдем главное здание. Посмотрим, что сможем найти.

– А в каком здании мы будем спать? – спросил Херм.

– Пока ни в каком. – Джино жестом указал на соседний пляж и лагуну. – Нам придется разбить лагерь там. Маленькая территория, лишь один вход, он же выход. Если что-нибудь нападет на нас…

– Когда.

Это было первое слово, которое Харпер произнесла за несколько часов, чем заставила Джино замолчать, не договорив.

– Оно вернется за нами, – продолжила она.

Ее мультяшный тон голоса ничего не выражал:

– И мы ничего не сможем с этим поделать.

– Мы не только сможем увидеть, как оно приближается, – сказал Джино, тяжело вздохнув, – у нас будет больше шансов защитить себя и свою позицию. Как только все будет под контролем или если снова испортится погода, мы всегда можем укрыться в одном из тех зданий. Но пока не узнаем, что происходит и с чем мы имеем дело, нам потребуется более безопасная позиция, и это – лагуна. А теперь за работу.

И они с уже привычным усердием взялись за дело. Разбили лагерь на маленьком участке пляжа перед лагуной. Херм начал разводить костер. С помощью факелов поджег выброшенные на берег коряги, а также мелкие сухие прутья и ветки, собранные остальными. Когда костер был готов, Джино устроил надежное укрытие для воды и их скудных припасов, в то время как Даллас нашел несколько металлических бачков, помыл их в лагуне и расставил вокруг, сделав из них дождевые накопители. Куинн отвечала за факелы, следила за тем, чтобы оба продолжали гореть.

Затем Херм взял один факел, Куинн – другой. И группа двинулась, словно заблудившиеся в кошмаре дети, обратно по песчаной тропе в сторону аванпоста. Перед угрожающего вида зданием они остановились. Тяжелая металлическая дверь, которую они оставили приоткрытой, поджидала их.

– Может, кому-то нужно остаться караулить?

– Будем держаться вместе, – сказал Джино, потянувшись за толстым, похожим на дубинку деревянным обрубком, полузасыпанным землей у него под ногами. – Если б дверь не была такой тяжелой, мы могли бы закрыть ее за собой и заблокировать. Но боюсь, потом мы не сможем открыть ее, поэтому придется рискнуть и просто быть начеку. С этого момента держимся вместе.

– Джино, – сказала Куинн, – что, если оно уже там?

Тот выдернул дубинку из земли и осмотрел, взвесил, похлопал ею об раскрытую ладонь. Удовлетворенный, подошел к двери, затем оглянулся на остальных.

– Мы должны рискнуть.

– Но…

– Сила в количестве, – сказал Даллас, предотвратив очередной спор. – Верно?