Грег Гифьюн – Дикари. Дети хаоса (страница 12)
Он улыбнулся, но улыбка вышла натянутой, и лицо у него снова приняло серьезное выражение.
– Может, завтра мы сможем выложить на пляже из камней и кокосов большущую надпись «СОС». В кино это срабатывает. И надо следить, чтобы костер не погас и горел ярко, особенно ночью. Надеюсь, кто-нибудь увидит его и вытащит нас отсюда.
Это представлялось таким же маловероятным, как и возможность улететь с острова на космическом корабле, но Даллас решил подыграть.
– Да, конечно.
– Кто-нибудь нас найдет, поверь, – настойчиво произнес Херм. – Недалеко должны проходить маршруты торговых судов или самолет пролетит… что угодно… Дело в том, что в наше время…
– Не уверен, что это сработает.
– Время покажет, – самодовольно ухмыльнулся Херм.
– Время – вещь странная, – сказал Даллас. – И очень ценная. Его всегда не хватает, понимаешь? Но даже если время – это все, что у нас есть, нам никогда его не хватит. Сейчас у нас только время и есть, и все равно оно – наш враг.
– Весь остров нам враг, если хочешь знать. Рай тоже мне, мать его за ногу.
– Чего, черт возьми, они так долго ходят? – Даллас снова обернулся на джунгли, в голове зароились жуткие видения. – Если скоро не вернутся, пойду за ними.
– Поостерегись Джино, дружище.
– Не начинай.
– Знаю, что вы с ним старые приятели, и ты считаешь его нашим спасителем и все такое, но поверь…
– Если бы не Джино, мы бы уже…
– Бла-бла-бла, спасибо, понял. Он здесь всемогущий бог. Рад за него. Можешь молиться на него, если хочешь, но я не буду.
– Если ты прав и в лесу и впрямь кто-то есть, Джино нужен нам еще больше.
– Я и не говорил, что он не нужен. – Херм неуклюже заковылял прочь, затем обернулся, будто забыл что-то. – Но поверь мне как другу, тебе лучше поостеречься его.
– Что ты имеешь в виду?
– Что мы здесь не дома, понял?
– Да ну?
– Правила меняются.
– Думаешь, не знаю?
– Если дать парню вроде Джино слишком много власти и позволить устанавливать правила, это чревато опасными последствиями. Он – большой страшный волк, вожак стаи… как я понимаю… а мы все слабаки, и…
– Я бы так не сказал.
– Разве? А вот я сказал бы
– Мы не волчья стая.
– Ты уверен?
Даллас уставился на него.
– Чем дольше мы будем здесь торчать, Дэл, тем быстрее потеряем человеческий облик.
В любой другой ситуации Даллас ужаснулся бы, но сейчас он понимал, что Херм прав. Они уже теряют человеческий облик. Может, в поступках и в жестах этого не замечалось, но в душе они меняются, приспосабливаются, ищут возможности выжить, а если надо, и получить превосходство, стать главным.
Едва Даллас начал терять надежду, как из джунглей неспешно вышли Куинн и Джино. Даллас смотрел на них, переводя взгляд с друга на жену. По Джино трудно было что-либо прочитать, но выражение лица Куинн было понятно: что-то случилось.
– Идут, – сказал Даллас, указывая на них.
Херм обернулся, устало моргая из-за поцарапанных, заляпанных грязью очков.
– Нашли что-нибудь? – спросил он, когда Джино и Куинн подошли ближе.
– Тела нигде нет, – сказал Джино Далласу, не глядя на Херма. – Оно будто… не знаю… будто испарилось. Может, утащили. Сложно сказать.
– Утащили? Кто?
– Не знаю.
– Что ж, я тут кое-что заметил, вы это, кажется, пропустили, – сказал Херм, выпрямляя спину и вставая в очередную из своих поз.
Джино наконец посмотрел на него.
– Да ну? И что же?
Херм заговорил про отсутствие крови на пляже, но Джино прервал его.
– Куинн только что это отметила, пока мы возвращались. Мы уже знаем. – Он похлопал Херма по спине, но в жесте не было ничего дружеского. Джино специально унизил его, и все это поняли. – За костром-то смотришь, шеф?
И тут в Херме что-то умерло. В голове у Далласа эхом отозвались его слова про утрату человеческого облика. Будто Джино пнул Херма или кое-что похуже – просто прогнал, будто тот и пинка недостоин. Глаза Херма запылали гневом, обидой, может, чем-то еще, но он промолчал.
– Значит, у него в джунглях рука отпала? – спросил Даллас.
– Все указывает на это, – ответила Куинн. – Но мы все устали и…
– Значит, мы здесь не одни?
– Не знаю. Может быть, но…
– Но, может, и нет.
– Вероятно, этому есть разумное объяснение, – сказала Куинн, но слова прозвучали так, будто она и сама не верила. – Надо найти тело.
Джино повернулся и указал на утесы.
– Завтра собираюсь подняться туда, взглянуть сверху и понять, что это за остров.
Куинн подошла к Далласу. Он обнял ее за плечи.
– А теперь что?
– А теперь постараемся максимально обезопасить лагерь и быть начеку. Спать, следить за костром и дежурить будем по очереди.
Херм побрел прочь. Шагал он и комично, и грустно.
– Идемте, скоро стемнеет, – сказал Джино. – Надо подготовиться.
Неумолимо надвигалась ночь.
И они могли лишь надеяться, что ночь придет одна.
Глава шестая
Темнота на острове не была похожа ни на что, с чем они сталкивались раньше. Даже Джино, в каких бы экзотических местах он ни бывал, не видел ничего подобного. Ночь была идеальной и чистой, освещаемой лишь сиянием звезд в небе.
Ощущение от острова тоже изменилось с наступлением темноты. Звуки становились громче и четче. Шум волн, накатывающих на берег, потрескивание костра, дуновение ветра, стук кокосов, падающих с деревьев, или шелест листвы в джунглях словно напоминали о том, что это – чуждое место, в котором они – непрошеные гости. В какой-то момент их стали осаждать москиты и какие-то летающие жучки, и лишь дым от костра хоть как-то их отгонял.
Даллас и Куинн сидели у костра, прижавшись друг к другу. Они должны были спать, пока не наступит их черед дежурить. И Даллас был уверен, что пару раз отключался, но заснуть по-настоящему так и не смог. Хоть Куинн молчала, Даллас спал в ее объятиях уже много лет и мог сказать, когда сон у нее беспокойный или неглубокий. И он знал, что она испытывает то же, что и он. Несмотря на истощение, сон приходил к ним лишь ненадолго. Разум одолевали страх, беспокойство, гложущее чувство утраты и тоска по дому.
Джино сидел у костра, повернувшись лицом к джунглям. Каждые несколько минут он пересаживался, чтобы следить и за отрезком пляжа, протянувшимся у них за спиной. Хотя вряд ли он мог видеть далеко в такой кромешной тьме.
Херм и Мердок лежали неподалеку. Даллас не был уверен, спит ли Мердок, но Херм бодрствовал. Очки покоились у него на груди, глаза были широко открыты, отсутствующий взгляд устремлен в ночное небо.
А вот у Харпер со сном проблем не было, она крепко спала, свернувшись калачиком и тихо похрапывая.