― Их переговоры, их последние команды и их воспоминания, хранящиеся в этих машинах, все, что у меня осталось. Все, что для меня лично имеет значение, кроме моей Клятвы… моего Долга. Но я, должен идти вперед, сделать то, что мы задумали, они пойдут за мной. Лайбрериан избрала вас помочь мне. Но как?
На мгновение, показалось, что он не в состоянии решить, какой курс избрать, странная нерешительность для Прометейца.
Но тут, же следом задал вопрос:
― Сколько времени вы провели с людьми до нашего отбытия с Эрде-Тайрин?
― Десять дней, ― ответил я.
― У них до сих пор их честь и отвага?
― Да, ― я сказал без колебаний.
― Она испытывает меня, моя жена, не так ли?
― Я очень мало знаю о Лайбрериан.
Дидакт, усмехнулся:
― Вы никогда не узнаете ее, как знаю я. Она обладает чувством юмора, редким чувством для всех Предтеч и тем более для Воинов… и для большинства Строителей. Это походит на нее, призвать меня из моего мира, и поставить мене сложную задачу.
― Что она хочет, чтобы вы сделали?
― Когда я служил главнокомандующим сил Предтечей, у меня всегда была поддержка квалифицированного персонала… десятки Прометейцев, каждый при поддержке самых лучших анцилл, с большим боевым опытом. Я не привык работать в одиночку, Манипулар. Но то, что она дала мне… Манипулара и двух людей… ― он помолчал, и продолжил. ― Хотя маленький человек, более послушный.
Райзер был не всегда послушным, маленький флориан укусил Дидакта за руку, но я не стал ему противоречить.
― Для достижения полной эффективности, Прометейцы должны иметь большую часть, или даже все знания командира. Это древняя традиция.
Он протянул свою руку. Вокруг пальцев появилось темно-красное энергетическое поле, словно рука, была в светящейся крови.
Для меня это было совершенно неожиданным, даже пугающим.
― Я вам, не равный, ― возразил я. ― Для меня ваш опыт…
― Вы видели, что произошло на Чарум Хакор, и Фавн Хакор, ― прервал он меня. ― Ваша анцилла поможет вам освоить мои знания. Вам нужно только попросить, и вы будете знать все, что знаю я.
Так просто. Анцилла поглотила бы эти знания, и я мог изучать их на досуге. Я колебался, но, потом протянул свою руку. Как только, я это сделал, увидел, что красное поле растет и вокруг моих пальцев. Анцилла появилось в задней части моих мыслей, не голубая, а красная, как кровь.
И голодная до информации.
Со мной никогда не было не чего подобного, неограниченный инстинкт, я мог бы сказать о страсти анцилл, впитывать знания.
Наши пальцы соприкоснулись.
― Закрой глаза, ― предложил он. ― Это меньше ее дезориентирует.
Я закрыл глаза. Через некоторое время, я потерял счет времени, это могло быть, несколько часов, а может дней. Я снова открыл глаза. Моя броня дрожала. Я чувствовал, жар, моя кожа, почти горела. Ощущение медленно уменьшались, но я все еще испытывал дискомфорт.
Я пытался получить доступ к своей анцилле. Она появилась, в красном и синем цвете, нервно дрожа.
― Это сработало? ― спросил я. ― Я чувствую себя не очень хорошо. Анцилла сломана, или отключена…
― Это не сработало, ― сказал Дидакт, оттягивая руку. ― Это слишком для Манипулара. Я должен был догадаться. Только первая форма способна поглощать так много информации.
― Что я могу сделать? Что-то осталось у меня?
Дидакт ответил не сразу:
― Иди, проверь, как там люди, ― сказал он, наконец. ― Мы будем совершать прыжок еще раз, в ближайшее время.
В своей каюте, люди либо спали, либо впитывали информацию у анцилл Лайбрериан, но я, точно не знал. Их глаза были закрыты, и они лежали, свернувшись калачиком, рядом друг с другом. Я решил их не трогать. Судя из моего собственного недавнего опыта, было бы жестко давать им так много информации, и так быстро.
Остаточная боль, после попытки передачи информации, не давала мне покоя. Даже броня, не могла сразу рассеять мой дискомфорт. Хуже того, анцилла, негодовала после перегрузки. Казалось она, винит меня, а не свою собственную жадность к знаниям. Я остро чувствовал, ее обиженные импульсы.
Я лег рядом с людьми, на палубу, сжимая мой шлем руками и стиснув от боли зубы. Райзер встал надо мной, и спросил с озабоченностью:
― Неужели, он сделал вам больно, этот убийца людей?
В нескольких шагах позади, маячил Чакос, с бледным и нездоровым лицом.
Они изменились.
Мои мысли постепенно становились четкими, а в голове утихала пульсирующая боль.
― Нет, ― сказал я. ― Он попросил о помощи. Он предложил мне… обучение, его военной мудрости, и передачи личного опыта. Я пытался эти понять, как мог.
Чакос пожал плечами и покачал головой:
― Я здорово рассержен. А, что, если я пойду туда и плюну ему в лицо?
Райзер проговорил, что-то невнятное:
― Фаа-Чааа!
Я узнал достаточно о выражениях флориана, чтобы понять, что он был не против этого.
― Он боится вас, ― сказал я. ― Нет, скорее уважает. Нет, опять не то. Он помнит, что вы когда-то сделали. Вы убили его детей… в бою.
― Мы, лично? ― спросил Чакос с сомнением. ― Я, что-то не помню.
― Наши предки, ― сказал Райзер, сидя на корточках. ― Давно, когда твой и мой народ, были вместе.
― Вы бы, лучше учились у вашей анциллы, ― сказал я.
― У этой маленькой голубой женщины? ― сказал Райзер. ― Я не буду жениться на ней. В этом вы были правы.
Глава 14.
Наш корабль вышел из пространства скольжения окруженный диффузным туманом, состоящим из ледяной пыли, остатки древнего кометного вещества, окружающий систему Сан'Шум. Раньше эти облака были гораздо плотнее. Сан'Шум обеднили его созданием топлива для их первых кораблей. Теперь остатки облаков служили нам для маскировки, и позволили Дидакту спокойно вести наблюдение внутренней системы.
Показания датчиков изображения были впечатляющими и странными. Я никогда ранее не видел карантин звездной системы. Такие возможности редко предоставляются молодым Строителям. Как и их бывшие союзники люди, Сан'Шум жили на богатом водой мире, не далеко от небольшой желтой звезды, в пределах умеренного пояса, и благоприятном диапазоне погодных условий. Теперь, однако, десять тысяч лет после их поражения, система была окружена триллионы неусыпных стражей, которые постоянно находились в пространственно-временной дискретизации, и поэтому казалось, формировали твердую сферу. Эта сфера распространяется на расстояние около четырехсот миллионов километров от звезды, и таким образом не включать в себя четыре впечатляющих газовых гиганта, орбиты, которых лежали за этим пределом. На некоторых из многочисленных спутников газовых гигантов, располагались платформы для полуавтоматических станций технического обслуживания. Они были населены Хурагок, слугами-инструментами Предтеч. Хурагок являлись больше инструментами, чем организмами, и редко представлялись как личность.
Их страсть, это ремонт и обслуживание. В определенной степени, они могли плавать в любой атмосфере, где находились. Они любят гравитацию или центробежные силы и оставались в пределах метра от поверхности твердого тела. Я находил их скучными, всякий раз, когда я сталкивался с ним. Их анаэробного метаболизм, и пузыри газа… брр.
Дидакт держал датчики развертки в пассивном состоянии, ждал момента, и просто слушал. Предтечи в своей связи никогда не использовали электромагнитные волны, но Сан'Шум пользовались этим методом. И так, он мог изучать то, что просочилось через границы карантина.
― Тихо, ― сказал он. ― Я не слышу, ничего, кроме микроволновых импульсов и транспозитивного шума.
Пошаговый виртуальный экран, выдавал всю информацию, которая в настоящее время, шла от датчиков по всей системе, Дидакту потребовалось несколько минут, чтобы найти форпост Воинов в системе. Он находился на длинной орбите внутри границы карантина.
― "Глубокое уважение" здесь, ― пробормотал он. Появилось увеличенное изображение, которое было расширено за счет других данных. "Глубокое уважение" был впечатляющим судном класса "Крепость", пятьдесят километров в длину, его построили еще до войны с людьми и Сан'Шум.
― Я учился на нем, когда был курсантом. Великий старый корабль. Карантин этого мира ужасно долог. Я не надеюсь, что мои друзья еще на службе… Я подозреваю, что они пострадали от моих проблем, и, что они были наказаны.
Он отвернулся от дисплея:
― Мы должны подойти ближе. Это риск, но мне нужно понять больше. И мне нужна вся помощь, которую я могу получить.
― Мы постараемся…
― Есть еще один способ. Ваше наследие похоронено глубоко, и недоступно для Манипулара. Для передачи всего, что мне известно, вы должны иметь возможность получить доступ к вашему наследию и полному доступу к Домену. Чтобы сделать это, вам надо расширить свои возможности. Если вы готовы… добровольно.
― Вы имеете в виду… мутировать в более высокую форму?
― Это называется патент на мутацию, ― сказал Дидакт. ― Это не правило, но возможно в обществе Воинов. Этот корабль способен поддерживать такие церемонии. Не имея возможности, передать вам, свои знания портит мои планы… да и вы не можете получить доступ, к тому, что хранится внутри вас, или получить доступ к Домену, который содержит много знаний.
― Я должен открыть мое достояние при содействии моего отца. 
