Грег Айлс – Заложники страха (страница 8)
Лорел повернула налево и дала полный газ, думая только об инъекции имитрекса. Она приближалась к недавно застроенному величественному Авалону – кварталу, где жили сливки общества Атенс-Пойнт, – и ее поразила идиллическая похожесть владений: ухоженные газоны, океан розовых азалий, магнолии, растущие в нужных местах, кирпичные изгороди, ворота из кованого железа и особняки в колониальном стиле, словно вырезанные формочкой для печенья. В каждом доме были антикварные шкафы, высококлассные охотничьи винтовки с оптическим прицелом и телевизоры с плоским экраном – в общем, все, что только могли приобрести в кредит обитатели района. Многие покупки совершались для того, чтобы отвлечь владельцев от неудачных браков на разных стадиях разложения – так по крайней мере казалось Лорел, которая из разговоров в учительской знала подноготную каждого семейства.
Она свернула на свою улицу, Лайонесс-драйв, как вдруг чувства возобладали над гордостью. Лорел вытащила телефон-двойник и, не отрывая взгляд от дороги, набрала сообщение. Целый год она столько раз отправляла Дэнни эсэмэски, что могла набирать их вслепую, ничуть не хуже любой школьницы.
Она написала: «Буду через полчаса».
Двигаясь со всей скоростью, которую позволяли «лежачие полицейские» на дороге, Лорел сунула «Моторолу» в карман. Ей срочно требовалась инъекция имитрекса, но так же сильно ей нужен был Дэнни. Лорел представила, как они занимаются любовью, но образ тут же рассыпался фонтаном разноцветных искр, и от ожидания первого приступа боли у нее свело плечи.
«Зачем я хочу поехать к Дэнни? – спросила она себя. – Излить ему свои печали?»
Что с того, что она беременна? Бросит ли Дэнни своего страдающего аутизмом сына, чтобы заботиться о ребенке, который только
Внезапно Лорел вспомнила отца. Странно, ведь она не видела его больше трех лет. Господи, вот бы он поразглагольствовал, если бы узнал о ее положении! Слава Богу, хоть об этом можно не тревожиться. «Преподобный» Том Баллард отправился в «миссионерскую поездку» по странам Восточной Европы, и, судя по всему, навсегда. Он попытался объяснить дочери цель своего путешествия, но чем больше он рассказывал, тем больше это походило на вербовку в некую христианскую секту, и Лорел перестала слушать. Отец – проповедник без духовного сана – тратил больше времени и денег на чужих детей, чем на собственных отпрысков. Официально он считался баптистом, но его вера строилась на весьма нестандартных догматах, а службы напоминали выступления цирка-шапито. Том Баллард родился в местечке Ферридей, штат Луизиана, в сорока милях вверх по реке от Атенс-Пойнт. Телевизионный проповедник Джимми Сваггарт и известный рок-музыкант Джерри Ли Льюис тоже были уроженцами этого захудалого городка, и в Томе, казалось, соединились натуры обоих знаменитых земляков. Бродяга по природе, он неустанно странствовал, неся людям собственную версию Евангелия, всегда сопровождая процесс музыкой, а иногда – довольно интимным наложением рук.
У Лорел с детства сохранилось неприятное воспоминание – она сидит на корточках на обочине дороги, пока отец безуспешно пытается починить очередную развалину, которой ему пришлось управлять. Лорел помнила, как она ждала в безмолвной ярости и в зависимости от погоды обливалась потом или коченела от холода, пока мать не выпросит у отца разрешения остановить какого-нибудь проезжающего водителя (читай: человека, более приспособленного к жизни, чем тот, которому она вверила свою судьбу). Том не был плохим человеком, но вот отец из него вышел никудышный. Кочевой образ жизни принес Лорел пользу лишь в одном – она не испытывала недостатка ни в путешествиях, ни в книгах. В обшарпанном домишке Баллардов в Ферридее хранилось больше книг, чем в особняках некоторых богатых семейств Атенс-Пойнт. Лорел провела детские годы, перечитывая обветшалую «Кембриджскую историю Древнего мира» – все пятнадцать томов! – и мечтая выйти замуж за человека, который оказался бы полной противоположностью папочки.
Таким человеком оказался Уоррен Шилдс. В двадцать лет он вел тщательный учет пройденным за день километрам и делал записи о состоянии машины. Такая педантичность свидетельствовала об анальном типе характера, но для Лорел Баллард она означала лишь надежную гавань. Уоррен родился в небогатой семье, но уже на первом курсе медицинского факультета покупал акции и рассчитывал, в какой области медицины ему следует специализироваться, чтобы уйти на покой пораньше. Позже Лорел стала замечать оборотную сторону подобной бережливости: на ведение хозяйства выделялась такая скудная сумма, что денег едва хватало на приличную одежду. Уоррен посещал настоящую церковь с деревянными скамьями и витражами, а не тесную лачугу с алюминиевым шпилем, закрепленным на крыше толстой проволокой. В церкви Уоррена прихожане разговаривали тихими голосами и пели псалмы только по псалтырю. Священник вел жизнь строгую и благочестивую, и никто – никогда! – не танцевал в проходе между рядами и не падал в обморок.
Выйдя замуж за Уоррена, Лорел получила то, что хотела (во всяком случае, так ей казалось), и только потом начала осознавать, что финансовое благополучие может обойтись для души слишком дорого. Уоррен тоже обнаружил, что жизнь не всегда складывается в соответствии с тщательно продуманными планами. Когда он был на втором году ординатуры – в городе Болдер в Колорадо, который Лорел обожала, – у его матери обнаружили прогрессирующее заболевание нервной системы. Отец Уоррена, директор школы, всю жизнь ратовавший за стойкость в испытаниях, оказался неспособным взвалить на себя бремя заботы об умирающей жене. Мать Уоррена отказалась переехать для лечения в Колорадо – считая своим долгом ухаживать за мужем, пока позволяют силы, – и потому Уоррен решил на время оставить ординатуру, чтобы вернуться домой. Лорел понимала движущие им мотивы, но ей пришлось четыре года работать в школе для детей с ограниченными возможностями, пока Уоррен был на медицинском факультете, и только сейчас она смогла отучиться год на архитектора, как всегда мечтала. Она не хотела бросать учебу, пусть даже на год. Но Уоррен настаивал, ей пришлось уступить, и они вернулись в Атенс-Пойнт.
Миссис Шилдс прожила дольше, чем предрекали врачи, и «на время» превратилось в «навсегда», подобно тому, как лагерь рудокопов становится городом. Уоррен получил место семейного врача и стал зарабатывать неплохие деньги. Затем миссис Шилдс дала понять, что появление внука скрасит ее последние деньки. В этот раз Лорел упорствовала дольше, видя, как мечты о будущем исчезают в голубой дали. Но разве можно было отказать матери Уоррена в последней просьбе? После ужасных скандалов Лорел сдалась, и вскоре родился Грант. Миссис Шилдс прожила еще девять месяцев, и внук, несомненно, доставил ей немало радости. Через месяц после похорон, когда Лорел обещала мужу все, что тот захочет, в обмен на возвращение в Колорадо, у отца Уоррена случился тяжелый сердечный приступ. Через полминуты после звонка Лорел поняла, что в Болдер они не вернутся никогда.
Лорел смирилась с неизбежным. В Атенс-Пойнт не было четырехгодичного колледжа – не говоря уже об архитектурной школе! – и она вступила во все клубы, куда, как считалось, должна вступить жена врача, дабы посодействовать карьере супруга. Каждое воскресенье она ходила в церковь и даже преподавала в воскресной школе, что было, учитывая ее происхождение, настоящим самопожертвованием. Однако активная общественная жизнь не смогла заменить утраченную мечту, более того, возникшее эмоциональное напряжение требовало выхода. В течение нескольких лет Лорел испробовала все традиционные способы разрядки: степ-аэробику, тай-бо, общество любителей литературы (как правило, сентиментальных дамских романов, от которых Лорел хотелось перерезать себе вены – так ее раздражали действия или, наоборот, бездействие героинь). Она попытала счастья в нескольких туристических клубах, мечтая найти родственную душу, которая разделила бы с ней нелюбовь к мирку домохозяек. Но ни в клубах, ни в обществах не нашлось ни одного близкого ей по духу человека.
В конце концов Лорел вернулась в школу. Преподавание решило несколько проблем сразу. В ее жизни появилось занятие, благодаря которому она могла пренебречь скучными клубными обязанностями. Лорел искренне привязалась к ученикам, чувствуя, что без нее они не смогут получить в маленьком городке должную помощь. Кроме того, появились деньги, которые она могла тратить по своему усмотрению, без оглядки на Уоррена, – тот относился весьма неодобрительно даже к небольшим роскошествам. И самое главное – работа в школе подарила ей Дэнни Макдэвита, так долго разыскиваемую родственную душу. Вдобавок ко всему – неожиданный бонус! – родственная душа оказалась укомплектована прекрасно функционирующим членом. «И посмотрите, куда это меня привело! – с горечью подумала Лорел. – Хоть бы уж ребенок был его!»