Грег Айлс – Истинное зло (страница 63)

Сейчас Элдон только радовался, что Морс не умерла. Если бы он ее убил, в район выслали бы сотню агентов ФБР, и уйти от них было бы нелегко. А теперь у него вполне хватало времени для подготовки «чистого» ухода. Подготовка – главное в делах.

Тарвер вскинул на спину рюкзак и двинулся вверх по холму. Подойдя к особняку, он свернул вправо и прошел вдоль кустов азалий к электрическим кондиционерам, нагнетавшим воздух в дом. Элдон тщательно изучил полученный от Раска план и знал здание снаружи и изнутри. Ему было известно, куда тянулись трубы от каждого кондиционера, и он собирался воспользоваться этой информацией. Продолжая обходить строение, Тарвер миновал плавательный бассейн и мини-купальню с подогревом, нырнул в крытый проход между домом и кладовой. Его могли заметить из темных окон, но интуиция подсказывала ему, что все в порядке. Он быстро проскользнул в кладовую, выдвинул разборную лестницу и забрался на чердак. Отсюда можно попасть в мезонин главного корпуса.

С трудом протиснувшись в какую-то узкую щель, Тарвер стал пробираться через пыльный лес стропил и потолочных балок. Осторожно обходя препятствия, добрался до чердака и нашел нужную вентиляционную шахту. Порывшись в рюкзаке, Элдон достал респиратор и тщательно приладил его ко рту и носу. Надел очки с губчатой прокладкой, натянул резиновые перчатки и вытащил тяжелый цилиндрический баллон. В таких обычно хранят углекислый газ, им подростки заряжают ружья для пейнтбола. Элдон постелил поверх воздуховода толстый мат, чтобы смягчить вибрацию. С помощью маленькой электродрели просверлил в трубе дырку. Затем, наложив на отверстие тоненький кусок резины, поднял металлический цилиндр и насквозь проткнул прокладку острым наконечником, чтобы тот вошел внутрь воздуховода. Убедившись, что резина не пропускает воздух, перевел дыхание и открыл клапан на баллоне.

Тонкий свистящий звук выходившей смеси доставил ему глубокое удовлетворение. Через пару минут оба мужчины и мальчик в комнатах полностью отключатся. Они пролежат без сознания до следующего утра, когда Тарвера уже и след простынет. Находившийся в цилиндре газ нельзя было купить, он выдавался лишь представителям госструктур. Элдон получил его от своего старого знакомого, Эдварда Биддла. Раньше Биддл служил армейским офицером и курировал один из проектов, в которых участвовал Тарвер. Теперь он работал в крупной корпорации и заключал контракты с министерством обороны США. Сжиженное в баллоне нервно-паралитическое вещество действовало примерно так же, как то, что использовали русские, пытаясь освободить заложников от засевших в московском театре террористов. Тогда погибло всего несколько человек, да и то в основном пожилых, к тому же концентрацию плохо рассчитали. А Тарвер в отличие от русских прекрасно разбирался в дозах.

Минуты две он сидел неподвижно, затем прошел дальше к складной лестнице, спускавшейся к туалету возле главной спальни. Элдон так полагался на свой газ, что даже не взял с собой оружие. Пистолет могли найти при случайной проверке на дороге, и он попал бы за решетку. Ухватившись обеими руками за перекладину, Тарвер толчком ноги раздвинул лестницу, сошел по ступенькам вместе с рюкзаком и открыл алюминиевый термос. Внутри хранилось два заполненных шприца. В одном смесь кортикостероидов для подавления иммунитета. В другом – специальный раствор, его Элдон готовил целый год. А может, и все двадцать, если учитывать предшествующие опыты. Или даже сорок. Но на изготовление самого раствора ушло чуть более года. Он отличался от тех, что Тарвер использовал раньше. Поэтому доктор немного волновался. Он чувствовал себя слишком возбужденным, хотя понимал, что скорее всего это его последняя работа. Раск либо лжец, либо идиот. В любом случае с ним надо рвать. Но сейчас у него есть более срочные дела, в том числе довольно неприятные. Правда, сегодняшнее к ним не относилось. Наоборот, он давно ждал этого момента.

Элдон вошел в главную спальню, даже не стараясь приглушить шаги. Доктор Шепард лежал в кровати на боку, широко открыв рот, но при вдыхании газа это было обычным явлением. Тарвер тщательно запомнил, как выглядит кровать, чтобы при уходе оставить все в таком же виде. Он положил шприцы на столик, сбросил одеяло с Шепарда и перевернул его на живот.

Достав из кармана маленький фонарик, Тарвер включил свет и взял шприц со стероидной инъекцией. Он опустился на колени рядом с Шепардом, стянул с него трусы и раздвинул ягодицы, чтобы открыть анальное отверстие. Зажав в зубах фонарик, Элдон расширил задний проход, чтобы ввести в него иглу, и аккуратно опорожнил шприц. Шепард шевельнулся. Тарвер повторил ту же процедуру со своим раствором, но в последний момент Шепард конвульсивно дернулся, и игла воткнулась у самого входа в анус. Досадная ошибка, но если уж укол сделан, нет смысла вытаскивать шприц и вводить глубже.

Доктор задумался, прежде чем выдавить жидкость. Ему не раз приходило в голову, что можно расширить эксперимент. Он знал, что мальчик тоже будет дома, и поскольку времени на эксперименты у него уже почти не оставалось, это давало уникальную возможность. Правда, он не успел заготовить достаточно раствора, чтобы вколоть обоим правильную дозу, но интуиция подсказывала, что и этого должно хватить. Однако у молодого организма сильная иммунная система, и вирус может не подействовать. Мысленно прикинув все шансы, Тарвер решительно нажал на поршенек шприца и ввел всю жидкость Крису Шепарду.

Итак, мальчик будет жить. Элдон снова перевернул Шепарда на спину, набросил на него одеяло, убрал все в рюкзак и быстро зашагал по коридору. Паренек лежал на диване в телевизионной комнате. Второй мужчина спал в мягком кресле посреди гостиной, окружив себя пустыми пивными бутылками. Элдон никогда не видел его. Он вытащил мобильный телефон, нацелил его на лицо незнакомца и сделал снимок. Затем сунул руку в задний карман его брюк и забрал бумажник.

Тарвер огляделся по сторонам. Рядом с диваном в ногах Уильяма Килмера стоял пятнистый рюкзачок. Наклонившись, доктор заглянул в него и обомлел. Внутри лежали пистолет, ночной бинокль, баллончик с перцовым газом, видеокамера и наручники. Элдон сделал большую паузу, чтобы прийти в себя, опять разложил все вещи по своим местам и вышел из комнаты.

Обратно он выбрался по лесенке в туалете, повторив свой путь через чердак и прихватив по дороге предметы, которые использовал в вентиляционной шахте. Через десять минут Тарвер уже торопливо шагал между деревьями в сторону шоссе. Чувство радостного подъема, которое он испытывал вначале, бесследно исчезло, уступив место раздражению, тревоге и даже страху. В этот вечер все было как-то не так.

Алекс сидела за столом в номере вашингтонского отеля и запивала снотворное заказанным внизу вином. Она несколько часов не сводила взгляда с монитора, боясь пропустить момент, когда Джеми выйдет на связь. При контакте компьютер должен издать соответствующий сигнал, но она его не дождалась. И не потому, что в программе что-то не сработало. Просто Джеми так и не появился. Причина могла быть самая простая, например, в Джексоне отключилось электричество, – но Алекс в это не верилось. После их последнего видеочата она боялась, что он совершит какой-нибудь отчаянный поступок.

Сбежит.

Час назад у Алекс не выдержали нервы, и она позвонила в дом Билла Феннела. В конце концов, она имеет право говорить со своим племянником, что бы Билл ни думал на сей счет. Но в трубке раздался голос автоответчика.

Морс взглянула на кровать, раздумывая, не лучше ли лечь прямо сейчас. Завтра встреча с людьми из СПО, и она должна быть в хорошей форме. Спокойной. Надежной. Внушающей доверие. Ха! Но как оторваться от экрана, когда там может появиться Джеми? Нет, ни за что на свете!..

Глава 32

– Вам хватит нитки? – спросила медсестра.

– Да, – ответил Крис, накладывая последний, двадцать третий шов.

Рука, которую он заштопывал под яркой лампой, принадлежала немолодому разнорабочему Кертису Джонису, плечистому верзиле в грязном комбинезоне и с табачной жвачкой во рту. Час назад мистер Джонис ухитрился распороть себе предплечье ленточной пилой. Как повелось с незапамятных времен, он отправился за помощью к Тому Кейджу, хотя это занимало в четыре раза больше времени и стоило во столько же раз дороже, чем услуги обычного травмпункта. Джонис хотел, чтобы им занялся сам Кейдж, но Том зашел к Крису и попросил его зашить рану. Среди прочих хронических болезней у Тома был псориатический артрит, и после недавнего приступа ему не хотелось браться за сложную работу.

Крис отложил щипцы в сторону, снял с лица салфетку и взглянул на плоды своего труда. Как только он наклонил голову, в основание черепа впилась острая боль. Она мучила его с утра, и он выпил три таблетки адвила. Странно, но боль не отступала, а лишь усиливалась. Сначала он думал, что это от нервного перенапряжения, – завтра приезжает Тора, и Крис заранее был на взводе, – но голову ломило так упорно, словно у него начинался приступ лихорадки.

– Отлично, мистер Джонис, – произнес Крис, потирая шею. – Сейчас Холли сделает укол от столбняка, и можете идти домой. Через десять дней приходите, и я сниму вам швы.