Grazioso Foxy – Зона Аномалии. Полдень (страница 7)
– Убу-рубу-бу… – печально отвечает он, я утешаю его, поглаживая по язычку и вновь одеваю на ногу.
Несколько бело-синих машин врываются на улицу, внутри них – рассерженные полицейские что размахивают дубинками пока их авто разминают колеса:
– Немедленно! – единственное что я слышу от них.
Прошло всего одно короткое мгновенье, а вокруг уже столько пунша…и все куда-то в мгновенье пропали! Я кричу, машу руками, а ни одного человеческого голоса не слыхать!
Возвращаюсь в таверну, на меня испуганно глядят окружающие…кажется я всё ещё не вытерла следы пунша со своего лыбящегося лица. Те комичные мультяшки, коих я видела по утру…будто бы испарились. Но ведь, за одним эпизодом всегда следует ещё один! Лишь тот короткий рекламный ролик, что всем портит настроение, и вот вновь десятки пластичных героев, машут мне уводя за собой в конфетные сады и сиропные реки…это шоу будет продолжаться вечно!
– Что ты такое? – осторожно касаясь моего плеча спрашивает девушка-сова – Ты как так быстро их всех…
– О…хочешь пунша? – я протягиваю ей свой стакан, она испуганно смотрит на него и отходит от меня.
– Ты больная! – вклинивается прозрачная девушка в нашу милую беседу.
– Может ты? – и показываю свой стакан ей.
Обезьяна, что сидела на её спине, куда пропала она? Почему вся эта ситуация все больше начинает походить на один из эпизодов моего любимого шоу – “Приключения ковбоя Лаки”. Главный герой – Лаки, в третьем эпизоде шестого сезона был эпизод под названием “Загадка толстяка” в которой он, прийдя в таверну обнаружил полого мужчину, что не желал покидать своего места.
– В конце эпизода выяснилось, что он просто порвал свои штаны и стыдился этого! – пихнув в плечо девушку-сову закончила я.
– Что…ты о чем…и прекращай смотреть в стену, будто бы там трибуны со зрителями! – возмутилась она.
– Да уж, эта ситуация такая знакомая и очень странная…верно, друзьяшки? – не отрываясь от зрителей по ту сторону экрана отвечала я.
Сегодня ночью мне так сладко спалось, как на воздушной перине, пока прохладный ветерок из распахнутого окошка раздувал моё нижнее белье. Животик то и дело урчал, переваривая явно большую для меня порцию “бекона и пунша”.
Мочевой пузырь забил тревогу, здоровенный барабан в его руках заколотился, подпрыгивал на месте и что-то твердил басом сквозь связанный рот.
– Писать хочу… – зевая сказала я, поднимаясь с кровати.
Темнота коридора моего дома напрягала, словно где-то там, скрываясь за мебелью и цветками в горшках таится что-то страшное!
Два светящихся в тьме глаза пристально наблюдают за моими босыми ногами, шлепающими по липкому полу, их становится все больше, а их глазницы все шире…
Тусклая лампочка над моей головой щелкает пальцами стараясь добавить побольше огня пока струя горячей мочи медленно исходит из моего тела утопая в бесчисленных толщах туалетной воды. Уложенные плиткой стены так и давят…
Монструозная рука, вцепившись в дверную ручку отворяет дверь, а два сияющих больших глаза уставились на моё обнаженное тело, что лишенное трусиков и лифчика выглядело столь съедобно!
– Ты сидишь здесь долго…это слишком затянулось! Твоё испражнение очень долго проистекает! – грозно сказал он.
– Сколько хочу, столько и писаю… – пробурчала я, глядя на его смущенные очертания лица – А может я и гадить собираюсь…
Он тут же захлопывает дверь передо мной.
Так и проходит каждый мой день, не без странных приключений!
По неизвестным для меня причинам каждое утро я обнаруживаю несколько чёрных мешков с мусором, распиханных по углам своего жилища. С них натекают очень большие красные лужи, что плохо оттираются! Тяпка сильно размокает, впитывая эту таинственную субстанцию…иногда после неё кожа на моих руках начинает облазить…
От них пахнет чем-то инородным.
Я вновь и вновь поворачиваюсь к “экрану” и заговариваю со зрителями:
– Как ваше настроение? Сколько хлеба вы съели сегодня за завтраком? – поднимая свой облезший до кости палец я указываю на прилипший тост к моему потолку, он широко улыбается и машет своей рукой-черточкой.
Те две девчонки, коих я видела вчера прильнули к моим окнам и перешептываются, тыча пальцем в стекло. Как только я поворачиваю голову в их сторону парочка исчезает…
В таверне как-то пустовато, лишь люди в балахонах, что ковыряют какое-то животное, прикованное цепями к столику. Я легонько толкаю одного из них в плечо и тот размахивая руками падает вниз лицом впечатываясь в пол. Вокруг его головы разрастается здоровенное красное пятно, что неспешно подбирается к ногам остальных в балахонах. Как только они разделяются становится видно – существо на столе, это всего лишь радужная коза.
– Красивая… – первое что приходит мне в голову, я с гордостью заявляю об этом всем присутствующим.
– Тебе правда нравиться? А его [излучающее счастье и плюющееся радугой] сердце? А ведь я знал! Отрезать кусочек его [мраморной козлиной тушки], так сказать, на пробу?
– Конечно! Я уже проголодалась, ожидая своего заказа…
Окружающие меня, ну те, что в балахонах, кажутся какими-то знакомыми, будто с каждым из них я уже когда-то успела лично переговорить…
На их руках столько незаживающих рубцов, а пальцы кажутся гораздо короче положенного. Вокруг рта того, что предложил мне [кусочек тушки] видны следы кетчупа.
– А можно пунша? – поглаживая одного из них по макушке спрашиваю я.
– Пунша? А…это она про [свежий гранат из солнечной страны], ребят.
Количество различных безумств в этом городке все растет, вы только представьте себе…несколько коротких людишек залезли в свои крохотные машинки начиная нарезать круги вокруг моего дома!
Стоило мне только вмешаться в их маршрут, как прямо у моих ног пронеслась бело-синяя машина, что, выставив здоровенный знак гласящий “СТОП!” попыталась им помешать. Смешнее лишь то, что как только их задержание окончилось все мы бросились в пляс!
По ощущениям здесь провели полноценный фестиваль, жаль, что я все пропустила, пока дрыхла на розовых облаках, собирающихся на крыше моего дома. Они обожают спорить друг с другом, пуляться в друг друга молниями. Из-за этого над городком часто нависают их дождливые приятели, те ещё любители испортить солнечную атмосферу!
– Тварь! – доносится из-за самой дальней двери в моей уютной квартирке – Ты совсем рехнулась! Тут [цветастыми клумбами] несет! Мариан [вдохновилась] тут все…
Я просовываю в щель под дверью тарелку с несколькими ломтиками бекона, в ответ раздаются очередные недовольные выкрики…кажется кто-то упал на пол ударившись лбом о парочку предметов интерьера.
– Ну вы понимаете, ох уж эти проблемы! – перешептываясь со зрителями произношу я, параллельно заталкивая ещё бекон под дверь.
– Хватит! Это же [невероятно щедро и привлекательно].
И вот, мои друзья в балахонах сидят вокруг меня, на этом старом кожаном диване, что с предельным интересом прислушивается к нашим разговорам:
– Когда она успела найти их. Хотя там и есть нечего, одна из них походу призрак! – размахивая руками твердил один из них.
– Как же я люблю, когда ко мне на чай приходит столько друзей! – проговариваю я – А эти две девчонки не хотели со мной дружить…но мы все же нашли общий язык!
– Почему тут так несет [лучезарной гордыней и молниеносной радостью]. Она ничего не выбрасывает…твою же [родителя чистейшей крови]! Да один прямо под диваном!
Ещё секунда и между нами начинается пальба! Два моих вычищенных ствола расстреливают окружающих гостей цветными шариками с краской!
Паф-паф! В его лбу отпечатался один из шаров повалив на спину, его конечности не двигаются, но пальцы живее живых!
Я весело смеюсь, направляя свои прицелы в их уязвимые места, некоторые пытаются вылезти через окно и вспорхнув улетают навстречу солнечным лучам, другие же падая на землю превращаются в тощие лепешки, что, поправляя свои растрепавшиеся балахоны направляются обратно домой.
В это утро вновь полно мешков, это уже порядком раздражает! Почему я не могу провести хоть одну пейнтбол-вечеринку без того, чтобы по моему дому не раскидали сотни бутылок заполненных [гранатовый пунш собственного производства] …
Взвалив на спину всю эту кучу, я неспешно направляюсь к [помойным владениям дедули Корвена], старикан, пожевывая свою древесную трубку весело хохочет, смотря на стекающие по трубе капли радужного дождя.
Это руки, как две большие кувалды, начинают молотить по коленным чашечкам от чего те подскакивают и истошно пищат!
– У него не все дома – шепчу я на ухо зрителям – Пол жизни провел на [фестивале камуфляжных красок в траншеях] и теперь пытается сохранить крупицы разума!
Ну конечно же, стоит мне зайти на его [мусорные пастбища] как несколько глазастых мешков вскакивают на свои конечности из консервных банок готовясь к бою. Каждый из их ударов выпускал рой вооруженных мух, что подобно воздушному десанту врезались в землю выпуская десятка игл.
Удар-бац-тыц-ещё удар!
Они не планируют сдаваться! Собираясь в одного мусорного зверя, они вдыхают в себя ещё множество мусора…
– Она так больше не протянет. Открой эту чертову дверь! Я все стремительнее теряю связь со своим телом! – прервали меня разговоры из-за двери.
– Что? Что? Что? – стучу я по дверной ручке ноготком ожидая новой порции недовольства.
В ответ я слышу шипение и всхлипы.