Грант Моррисон – Супербоги (страница 95)

Продюсеры Александр и Илья Салкинды, отец и сын, празднуя успех «Трех мушкетеров» и их продолжения (под названием, как ни странно, «Четыре мушкетера»), объявили, что намерены воссоздать на большом экране Супермена – с крупным бюджетом, сценарием от автора «Крестного отца» Марио Пьюзо и прицелом на широкую международную аудиторию. Фильм «Супермен» вышел – у руля стоял режиссер Ричард Доннер, слоган гласил: «Вы поверите, что человек умеет летать» – и стал образцом для совершенно новой трактовки супергероики в игровом кино. Промчавшись, по обыкновению, горящим метеором, первый и величайший из супергероев на практике испытал невозмутимый и уважительный подход к немыслимому материалу источника – и спустя двадцать лет такой взгляд продиктует целую волну успешных комиксовых экранизаций.

Хотя в долгих первых сценах на суровой холодной планете Криптон зрителю явилась голливудская голубая кровь – Марлон Брандо, сыгравший Джор-Эла, отца Супермена, а также оскароносный Джин Хэкмен, чей комедийный подход к Лексу Лютору как-то не вязался с серьезным тоном фильма, – подлинную душу и неожиданную весомость «Супермену» придавала убежденная игра Кристофера Рива в главной роли.

Рив, театральный актер двадцати восьми лет, поначалу не решался играть всемирно известного героя комиксов. Его смущала поверхностность персонажа – впрочем, сомнения быстро рассеялись, едва он сообразил, что Кларк Кент, человеческая личина инопланетного героя, даст ему возможность сыграть две дополняющие друг друга роли. Кент Кристофера Рива не был ни труслив, ни придурковат – он был слегка застенчив, робок, человечен и симпатичен; Супермен же обнажал благородство персонажа, его целеустремленность и глубинную порядочность, а полное отсутствие иронии придавало игре Рива достоверную искренность. На чисто физическом уровне Кристофер Рив и был Суперменом – он, конечно, к съемкам подкачался, но мало того: эти запредельные голубые глаза, этот точеный подбородок, эти достоинство и самообладание прямо-таки воплощали платонического Супермена и мгновенно вызывали доверие. До и после него Супермена играли многие, но каким-то образом именно Рив стал абсолютным олицетворением персонажа – одержимый, вознесенный, так сказать, духом Супермена и сходством с ним. На первый план выдвинув пасторальную юность Кларка Кента и его отношения с анорексичной кофеманкой Лоис Лейн в исполнении Марго Киддер, фильм превратил историю комиксового супергероя в американское народное сказание, которое нравилось взрослой мейнстримной аудитории, но не высмеивало и не отталкивало фанатов.

Продолжение, удачно названное «Супермен 2», умудрилось получиться еще лучше: банда злых и суперсильных криптонских преступников под предводительством генерала Зода в мефистофельской трактовке Теренса Стэмпа взялась на троих оккупировать Землю, для начала заняв крошечный городок на отшибе в районе Пыльного котла. Удивительно, до чего скромное начало порабощения человеческой расы, однако события оживляются, когда криптонские злодеи добираются до Метрополиса, где происходит битва титанов, которая – впервые на экранах – демонстрирует такой масштаб непоправимого ущерба имуществу, на каком до той поры специализировались только комиксы; Джек Кирби обзавидовался бы. Ухмыляющиеся суперфашисты швырялись автобусами и автомобилями, точно снежками, или же их самих швыряли, разнося ими в щепки рекламные щиты, и вся эта пиротехническая демонстрация сверхчеловеческой мощи и могущества доказывала, что киношные спецэффекты вполне способны догнать и обогнать по зрелищности комиксы.

Шуточки и балаган, разжижавшие игру Хэкмена в роли Лекса Лютора, выдвинуты на первый план в «Супермене 3», где зажигательный комик Ричард Прайор играет новичка-бестолковщину, которого большой злой бизнес обводит вокруг пальца и чуть не вынуждает убить Человека из Стали. Выбрать суперкомпьютер на роль величайшего злодея прямо накануне зари Информационной Эпохи – дельное обращение к луддитским корням Супермена, однако в результате ему особо не с кем стало драться. Кинематографисты решили эту загвоздку, вставив сцену, в которой Супермен разделяется на Джекила и Хайда – то есть на хорошего Кларка Кента (необъяснимо сохранившего суперспособности) и злого небритого Супермена, и между ними происходит поворотная, но не весьма логичная драка на свалке – что как бы намекает на дальнейший путь развития франшизы.

К периоду съемок «Супермена 4: В поисках мира» рулить проектом поручили Менахему Голану и Йораму Глобусу – к бюджету они относились с особой щепетильностью и замечательно развалили все в убогой и, по счастью, незапоминающейся картине с символическими драками, в которой Супермена столкнули с искристым обладателем белокурой шевелюры, арийским суперроботом по имени Ядерный Человек, что якобы выражало поддержку движению за разоружение.

Низкопробную прелесть любительщины фильму придавало и то, что большинство сцен снимали в Англии, а точнее, в окрестностях планового «нового города» Милтон-Кинс, которому полагалось – немало перенапрягаясь – изображать высоченные небоскребы и бурлящие авеню центрального Метрополиса. Это все равно что выдавать женскую сумочку за универмаг «Мейсиз». Милтон-Кинс, с его широкими пустыми улицами и видами однотипных приземистых сборных домов, смахивал скорее на второпях сконструированный бизнес-парк, нежели на Город Завтрашнего Дня. Унылое зрелище британской системы автомобильных дорог с благовоспитанными изгородями и строгими разделительными полосами не то чтобы сходило за шоссе и автострады урбанистических США, а попытки режиссера настаивать на такой подмене вызывали недоуменные насмешки. «Супермена» по-любому смотрели теперь только самые упертые, однако своим классическим исполнением роли Рив уже оставил неизгладимый след. Жизнь жестока: в 1995 году актер упал с лошади и его парализовало ниже шеи. Рив продолжил работать – до самой своей безвременной смерти в 2004 году он активно лоббировал права инвалидов на новые и порой неоднозначные методы лечения. Он официально стал современным образом Супермена в комиксах DC, когда художник Гэри Фрэнк перерисовал персонажа, взяв за основу характерную конституцию и черты лица Рива. Кристофер Рив достоин всяческого восхищения – пусть он уже не с нами, но его ясное, честное, без малейшей ухмылки изображение архетипического, безусловно «хорошего» супергероя, вероятно, так и останется киностандартом.

Постмодернистская апроприация и ребрендинг, характерные черты отношений многих героев Image с их предшественниками, – отчетливое свойство «Астросити» Курта Бьюсика (Image Comics, 1995), до сих пор продолжающегося эксперимента по выращиванию и поддержанию долгоиграющей супергеройской вселенной. Декорациями выступает тщательно выписанный вымышленный город и его окрестности, где живут многие поколения супергероев и других замечательных существ; «Астросити» – идеальный симулякр симулякра, целиком продуманный мир в песочнице, со своими подробными альтернативными историями и готовыми целостностями, искусно составленными так, что напоминают бриколаж DC и «Марвел». И «Астросити» тем более поразителен, поскольку его творческая команда не менялась с самого запуска проекта, то есть почти двадцать лет. Вообразите любимую группу, которая выпускает музыку неизменного и всегда высокого качества год за годом, в болезни и здравии, – и вы приблизительно оцените стойкое и надежное обаяние этого громадного проекта.

Писатель Курт Бьюсик пропустил демиурговы эксперименты основателей Image сквозь фильтр своих замечательно полных и систематизированных представлений о механике целостностей «Марвел» и DC, а затем одним могучим Большим Взрывом в «Астросити» № 1 создал миниатюрную вселенную. В своем собственном мире, этаком Image для хорошо адаптированных к жизни взрослых, он мог задавать вопросы, которых в комиксах не касался никто. Персонажи у него, как у Лайфелда, были вдохновлены уже существующими супергеройскими брендами, но Бьюсик подошел к задаче очень творчески и с вниманием к деталям, что наделило Самаритянина, аналог Супермена, или Первую Семью, которая заменяла ему Фантастическую Четверку, настолько уникальными заскоками, сложной внутренней жизнью и полноценными индивидуальностями, что они стремительно превзошли свои прототипы. Бьюсик мастерски владел форматом завершенного рассказа на ваншот и успешно наращивал изобильную текстуру своей воображаемой территории, каждый месяц направляя прожектор на нового протагониста и новую тему. В одном выпуске – горечь и сладость воспоминаний престарелого борца с преступностью, в следующем – достойный Филипа К. Дика муторный экзистенциальный хоррор о благожелательном андроиде по имени Красотка с кнопкой перезагрузки памяти. Бьюсик и его коллеги собирали свою вселенную как коллаж, пазл, мозаику, и с каждой новой гранью вселенная росла, набиралась связности, а блистающая непредсказуемость «Астросити» уравновешивала невозмутимый, грамотный авторский голос и утешительный фактор неутомимо надежной творческой команды.

Вместе с художниками Брентом Андерсоном и автором обложек, а также дизайнером персонажей Алексом Россом Бьюсик сделал из своего все более мелкозернистого виртуального мира пространство, где можно исследовать яростные столкновения эпического и повседневного. Как живется судебному адвокату в мире, где люди становятся невидимыми или путешествуют во времени? Каково быть подругой супергероя или потерять близкого в космическом кризисе, в разломах надтреснутого пространства-времени? Как проводит свои подлые дни шестерка на службе у эффектного суперзлодея? Космические войны, битвы монстров и грохот уничтожающих все живое стычек «команда на команду» – то, что в типической супергеройской истории выходит на авансцену, – в «Астросити» оборачивается просто шумом, слухами о далекой войне, промелькнувшей в небесах меж облаков, изумленным и восхищенным хором из телерепортажей и служит фоном для жизни обыкновенных мужчин и женщин, горожан и гостей, которые остаются ядром длящейся истории Астросити.