Грант Блэквуд – Потерянная империя (страница 15)
— Надпись! — Он усилил увеличение — и тихо ругнулся по-испански: — ¡Qué madres!
— Ну? — спросил Нотчли. — Что написано?
— «С Рождеством!»
Попетляв среди деревьев, «рейнджровер» через канаву выбрался на поляну и остановился. Ривера подошел к ящику, осторожно пнул его ногой. Пусто. Он оторвал картонку. На обратной стороне было написано печатными буквами:
ПРЕДЛАГАЕМ ВСТРЕТИТЬСЯ. ПОГОВОРИМ О КОЛОКОЛАХ.
КРИКЕТНЫЕ ПОЛЯ НА НЬЕРЕРЕ-РОУД.
СКАМЕЙКА В ЮГО-ЗАПАДНОМ УГЛУ.
16.00
ГЛАВА 10
У северной стороны крикетных полей, между опоясывающих парковку деревьев, появился Итцли Ривера. Позади него, в восточную сторону, прошел второй мексиканец, да так целеустремленно, что невольно привлек к себе внимание Сэма. Лица Фарго не рассмотрел, но предположил, что это Нотчли.
На поле полным ходом шел крикетный матч между подростками. По всему парку эхом разносились крики и смех. Неторопливо шагая по тротуару вдоль западной стороны поля, Ривера приблизился к скамейке Сэма.
— Вы один, — заметил мексиканец.
Увидев Риверу при свете дня, Сэм изменил о нем мнение. Грубые черты лица и крепкое жилистое тело свидетельствовали о жестком, точно сыромятная кожа, характере, ну а в профессиональном мастерстве противника Фарго никогда не сомневался. Черные глаза бесстрастно рассматривали американца — едва ли их выражение когда-нибудь менялось: что за обедом, что при расправе.
— Садитесь, — дружелюбно предложил Сэм, хотя живот сводило от страха, точно при кормлении с рук большой белой акулы.
Ривера опустился на скамейку со словами:
— Встречу назначили вы.
Фарго безмолвно наблюдал за игрой. Прошла минута. Первым нарушил молчание мексиканец:
— Шутка с ящиком удалась… Очень забавно.
— Думаю, вы вряд ли смеялись.
— Верно. А где ваша супруга, мистер Фарго?
— У нее дела. Махните своему другу, пусть не нарезает круги вокруг поля, — усмехнулся он. — Ее тут нет.
Немного подумав, Ривера поднял над спинкой скамьи Сжатую в кулак руку. Нотчли остановился.
— Обсудим нашу проблему, — начал Сэм.
— И в чем, по-вашему, проблема?
— Вы считаете, у нас есть то, что нужно вам.
— Выразитесь точнее. Что особенного в вашей находке?
Сэм резко встал.
— Я, конечно, люблю словесные поединки и загадочные недосказанности, но сегодня не в настроении.
— Ладно, ладно. Пожалуйста, сядьте. — Когда Фарго сел, Ривера продолжил: — Люди, на которых я работаю, ищут затонувший корабль. Мы полагаем, он где-то в тех водах.
— Какой корабль?
— «Офелия».
— Расскажите-ка о нем.
— Парусное пассажирское судно. Считается, что оно затонуло тут в семидесятых годах девятнадцатого века.
— Больше о нем ничего не известно?
— Ничего существенного.
— Давно ищете? — решил уточнить Сэм.
— Семь лет.
— Активно?
— Да.
— В районе Занзибара?
— Разумеется, — кивнул мексиканец.
— У вас, видимо, есть опыт по подъему затонувших судов, раз к вам обратились.
— Да, кое-какой имеется.
— Что конкретно интересует людей, на которых вы работаете?
— Об этом я не могу распространяться.
— Вероятно, что-то ценное? — предположил Сэм. — Груз, затонувший вместе с «Офелией»?
— Можно и так сказать.
— По-вашему, наши предполагаемые находки — с «Офелии»?
— Мои наниматели желали бы это выяснить.
Фарго задумчиво кивнул. Он пытался разговорить Риверу, вытянуть из него информацию, намек, который помог бы им с Реми в собственном расследовании.
Наконец Сэм сказал:
— Представляю, какое там сокровище! Вы даже подкупаете капитана танзанийского патрульного катера, чтобы запугать нас, потом устраиваете слежку. А ночью… — усмехнулся он, — ночью забираетесь к нам в каюту с ножами наголо.
Обвинения застали Риверу врасплох. Набрав полную грудь воздуха, мексиканец огорченно вздохнул.
— Мы все видели, — пояснил Фарго.
— Откуда?
— Какая разница?
— И правда, никакой. Примите глубочайшие извинения. Мои друзья в прошлом солдаты. Некоторые привычки трудно искоренить — вот и увлеклись. Но они наказаны.
— Все трое?
— Да.
На покаянные признания Сэм, разумеется, не купился, однако сказал:
— Хорошо. А каков был план? Украсть наши трофеи?
— Тогда мы не знали, что именно вы нашли.
— Вот не пойму, — проговорил Фарго после десятисекундной заминки, — то ли вы считаете нас кончеными идиотами, то ли у вас расстройство кратковременной памяти.
— В смысле?