Граниил Орлов – Фонтан (страница 12)
Капоне повернулся к Слэйну.
– Всё происходит внутри твоего сознания, он лишь нейтрализовал действие временного информационного чипа внутри твоей головы.
Слэйн ещё больше задумался. Он не понимал, как Капоне смог попасть сюда, пройдя через персонал незамеченным? Он мысленно задавался вопросами, изумляясь при этом, с какой скоростью закончились привычные для него мучения – как по щелчку пальцев ушла боль, мозг функционировал нормально, тело двигалось. Ему даже стало смешно и грустно одновременно – для любопытства больше не было преград.
Он понял, что человек, стоящий рядом с ним, является самой главной загадкой на действующий период времени. Нужно было предпринимать попытки, чтобы хоть что-нибудь разузнать. Но Слэйн решил, что для начала ему нужно спросить про лекарство.
Он решил продолжить тему с восхваления чудодейственного напитка, который Капоне представил соком.
– Надо будет сказать доктору Мэйсу, что все его энергены ничто, а лекарство, которое мне действительно помогает, – обычный апельсиновый сок. Представляю, как он за голову схватится, наверняка начнёт бегать и суетиться, кричать от радости. Я так думаю, для него это будет величайшим из открытий.
Капоне, по-прежнему не отвлекаясь от своего виртуалика, безразлично ответил:
– Настоящий апельсиновый сок, сделанный из настоящих плодов, растущих на настоящих деревьях и собранных руками настоящих людей. Он тебя не поймёт.
Слэйн не понял его слов.
– Отчего же не поймёт? Думаю, ему известно, что это такое.
Капоне отвлекся от виртуалика, посмотрел на Слэйна и произнёс:
– Знаешь что, не нужно тебе сейчас думать, это первое и основное. Иначе опять голова заболит. Второе: незачем тебе больше видеть и общаться с этим доктором. И третье: сейчас ты оденешься и проследуешь за мной.
Он положил перед Слэйном огромный бумажный пакет.
Слэйн запротестовал:
– Подожди, что это значит? С чего ты решил, что я вот так возьму и начну выполнять твои приказы?
Капоне, стиснув зубы и почти не шевеля губами, произнёс:
– Потому что так и только так тебе следует поступать. Ты ведь хочешь знать, почему тебе снятся непонятные сны? Почему у тебя жуткие головные боли? Запомни, любопытство – не порок, а повод для сомнений. У меня есть ответы на эти вопросы, и я их тебе дам, когда придёт время. А сейчас настоятельно прошу, пожалуйста, одевайся, времени у нас немного.
Слэйн был сражён наповал, кто он, этот Аль Капоне? Откуда ему известно про его сны? До сих пор он думал, что про это известно лишь родителям и жене, не считая доктора Мэйса. Он не удержался от следующего вопроса:
– Откуда тебе всё известно?
Капоне подошёл к стене, которая к этому моменту принимала изумрудный оттенок, прислонился и, закрыв глаза, стал водить по ней руками, как будто что-то нащупывал.
– Тише… Всё, что тебе интересно, будет раскрыто, Брюс Слэйн.
Фамилию он произносил так, будто растягивал, словно издеваясь над ней. Затем он повторил два раза одну и ту же фразу:
– Одевайся, я пока найду дверь.
Слэйн решил незаметно от Капоне вызвать диспетчера Вирт-реальности, и, к его изумлению, он просто не смог этого сделать. Как будто выход в реальность заблокировали. Непонятные сбои.
Рядом он заметил тот самый пакет, который передал ему Капоне. В нём лежал чёрный костюм из плащевой ткани, военные ботинки и ещё один пакет.
Усевшись на пол, Слэйн раскрыл пакет и достал брюки с чёрной футболкой. Благо, что всё чистое – единственное, что промелькнуло в его голове. Он сейчас же мог встать и вырубить с одного удара этого воображалу Капоне, выбрав стиль профессионального убийцы, но, увы. Вирт-реальность пропала.
Он чувствовал себя беспомощным и жалким, которого какой-то повстанец заставляет одеваться в непонятную одежду и идти за ним.
Какие у него есть варианты?
Кричать? В надежде на то, что за психостенами его голос услышат?
Одеваясь, Слэйн продолжал загружать мозг всё новыми мыслями.
А может, всё-таки попытаться прижать этого неразговорчивого Капоне и заставить его говорить, попробовать узнать полезную информацию? Откуда ему известно про сны и вообще про всё. Он мухлюет, говоря про то, что в Сети распространена полная информация о каждом. На сайте Вирт-реальности он не раскрывал своих личных подробностей, там он был всего лишь…
– Любознательным щенком, – неожиданно продолжил его мысль Капоне и тут же добавил:
– Хах, да эта стена явно создана для тупиц, вот и ручка!
Он потянул что-то из стены на себя, и в тот же момент открылась дверь.
Любознательный щенок, что за ерунда?! Слэйн забеспокоился ещё больше.
Он что, может читать мысли? Любознательный щенок…
Какого чёрта?!
А с другой стороны, ведь так оно и есть, и сам не понимая почему, но Слэйн принял такое положение и прозвище, как бы оно обидно ни звучало.
Он уставился на только что надетые им брюки и ботинки. Так оно и есть – любознательный щенок!
Неужели после того, как он захотел узнать правду, он просто так уйдёт от этого?
– Нет!
С такими словами, которые Слэйн уже произнёс вслух, он направился вслед за Капоне, который тут же приструнил его, говоря:
– Старайся вести себя тише и следуй всюду за мной.
Они вышли из комнаты.
В этот момент Слэйн начал замечать эти непонятные коридоры – со всех сторон были уже известные психообои непонятного дымчатого цвета. Он помнил пол, пустые стены, потолок – все эти немые серые коридоры. Он уже видел их, вот только когда? Получается, пока его сюда везли, он всё же приходил в сознание.
Говорят, такое часто случается с людьми, которых везли на воздушной каталажке в тот момент, когда они были без сознания. Каким-то образом они запоминали определённые места.
– Я помню эти коридоры, – не выдержав, наконец сказал Слэйн.
Капоне ответил не сразу и то, словно издеваясь:
– Правда? Неужели? И что же ты вспомнил?
Только сейчас ему удалось лучше разглядеть своего попутчика. Он был одет в чёрный кожаный плащ, на нем были чёрные военные ботинки, чёрные плащевые брюки, ростом он был чуть выше Слэйна, лицо было надменно улыбчивое.
Глаза его показались Слэйну очень знакомыми – сверкающие, с искрами живого азарта. Смеющийся взгляд игрока.
На обросшем худом лице работали мощные желваки, он иронично улыбался, и ко всему прочему, его наигранную иронию дополнял огромный шрам на правой щеке.
Слэйн пытался вспомнить информацию о сайте, на котором они с Капоне познакомились.
Лицо со шрамом, Аль Капоне, знакомый по запретному сайту культуры. Стены начали приобретать желтоватые оттенки.
Слэйн с резкостью ответил Капоне, который продолжал спокойно идти вперёд, уставившись в свой виртуалик:
– Я точно не знаю, но был здесь не раз и не два, такое чувство, что был здесь всегда, и твоё лицо мне тоже очень знакомо, особенно твой взгляд.
Капоне, улыбнувшись, произнёс:
– Приятно осознавать Ярик, то есть мистер Слэйн, что к вам потихоньку возвращается память. А то я уже боялся, что вы вконец отупели.
Слэйн решил идти напролом, поэтому сразу же спросил:
– Так откуда же тебе, Эл, известно про мои кошмары, про то, что в меня стреляли, и о моём местонахождении?
Неожиданно Капоне остановился и встревоженно проговорил:
– Тише! Делай, как я, и молчи в тряпочку, я тебе всё расскажу, будь уверен – На этих словах он с силой схватил Слэйна за руку и потянул в сторону. Он что-то начал быстро набирать в своём виртуалике и затем, повернувшись к Слэйну, левой рукой подтолкнул его к стене.
Слэйн почувствовал, как сзади стукнули по ногам – его подкосило, он упал на колени. Ко всему прочему сверху на лицо ему упала холодная отрезвляющая кожа плаща.
За спиной послышались голоса. Говорили двое мужчин. Один голос писклявый и очень знакомый, точно, это был доктор Мэйс. Второй же был грубый и немного с хрипотцой. Из разговора Слэйн понял, что тот человек, что говорил с грубыми интонациями в голосе, очень резко обращался к Мэйсу:
– Почему вы до сих пор не ввели Слэйну дозу снотворного энергена? Почему вы медлите? Мне придётся дать своему руководству подробный отчёт о ваших возмутительных действиях.