граф миасский – РАБОЧЕЕ НАПРЯЖЕНИЕ (страница 2)

Глава 2. Ночное задание

Первый рабочий день Анна запомнила как череду цифр, бумаг и взглядов, которые жгли затылок.Ей выделили крошечный кабинет рядом с приёмной — стол, ноутбук, фикус в углу, который выглядел таким же испуганным, как она сама. Инструктаж проводила та самая секретарша с идеальным маникюром, которую звали Лена. Лена говорила быстро, сухо, не глядя в глаза:— Телефон не брать, почту разбирать по приоритету, в кабинет без стука не входить. Господин Власов не любит, когда отвлекают. Обед с 13 до 14, но лучше есть за столом. Вопросы?— Да. — Анна подняла глаза. — Какие у него привычки? Вещи, которые его раздражают?Лена впервые посмотрела на неё с интересом. И усмехнулась — не зло, а скорее устало:— Ты продержишься дольше трёх предыдущих. Ладно, слушай. Он ненавидит, когда опаздывают. Ненавидит запах духов — вообще любых. Ненавидит, когда перебивают. Ненавидит, когда на столе беспорядок. Если он сказал «сделать» — значит, вчера. И ещё — Лена понизила голос до шёпота: — Он почти не спит. Может писать письма в два часа ночи и ждать ответа через пять минут. Если ты ему нужна, он найдёт.— Спасибо, — тихо сказала Анна.— Не благодари. — Лена уже разворачивалась к двери. — Я просто устала искать вам замену.День тянулся медленно. Анна разбирала почту, сортировала отчёты, учила внутреннюю систему документооборота. Она старалась не смотреть на дверь кабинета Власова, которая виднелась из её угла. Но взгляд то и дело возвращался. Дверь была массивной, тёмного дерева, с блестящей латунной ручкой. За ней — он.В 18:30, когда все сотрудники потянулись к выходу, зазвонил внутренний телефон. Анна подняла трубку:— Слушаю.— Зайдите ко мне. — Голос низкий, без приветствия, без «пожалуйста». Бросил трубку.Она вошла без стука (он не любит, когда отвлекают) и замерла на пороге. Андрей сидел за столом, но не смотрел на неё. Перед ним лежала гора папок — высотой, казалось, до потолка. Он что-то быстро писал от руки, хмурясь.— Закройте дверь.Она закрыла.— Подойдите.Она подошла. Стол разделял их. Ей показалось, что он специально поставил эту гору папок между ними — как баррикаду.— Видите это? — Он кивнул на папки, даже не поднимая головы. — Четырнадцать отчётов. Каждый — не меньше ста страниц. Срок сдачи — завтра в 9 утра. Не в 9:01, Анна. В девять.Она перевела дыхание. Четырнадцать отчётов за ночь? Это невозможно. Но она уже открыла рот, чтобы сказать «хорошо», когда он наконец поднял на неё глаза. И в этих серых глазах она увидела не проверку. Не издевательство. Что-то другое — чего она не смогла назвать.— Вы справитесь, — сказал он тихо. Это не было вопросом. Это было утверждением. Или приказом.— Справлюсь, — ответила она, хотя внутри всё сжалось.Он откинулся в кресле и, не сводя с неё глаз, медленно, с каким-то вызывающим спокойствием произнёс:— Тогда не тратьте моё время.Она взяла первую папку, вторую, третью — руки дрожали, но она старалась не показывать. Папки были тяжёлыми. Их хватило на два полных подноса. Она вышла из кабинета, не оборачиваясь. Уже в дверях услышала его голос:— И, Анна? Кофе мне принесёте. Чёрный. Без сахара. Каждые два часа.Она не ответила. Просто пошла в свой крошечный кабинет, закрыла дверь и посмотрела на часы. 18:45. До утра — чуть больше двенадцати часов. Четырнадцать отчётов. Кофе каждые два часа.«Ты справишься, — сказала она себе. — Ты не первая, кто не спит ночами. Ты не последняя».Она открыла первую папку и начала читать. Цифры плыли перед глазами, но она заставляла себя вникать, анализировать, вычленять главное. В 20:00 она постучала в дверь кабинета Власова с чашкой чёрного кофе. Он даже не поднял голову. Просто протянул руку, не глядя, взял чашку и кивнул на дверь — выходи.В 22:00 — то же самое. В 0:00 — то же самое. В 2:00 ночи она принесла кофе в четвёртый раз. В кабинете горел только настольный светильник. Он сидел, расстегнув верхние пуговицы рубашки, и его воротник был распахнут. Анна увидела ключицы — острые, бледные, и маленькую родинку чуть выше левой. Ей стало жарко. Она поставила чашку на стол, стараясь не смотреть.— Вы не пьёте кофе, — вдруг сказал он.Она замерла.— Я заметил. Вы приносите мне каждые два часа, но сами ни разу не налили себе. Вы боитесь, что от кофе задрожат руки, и вы не сможете быстро печатать. — Он поднял голову, и его глаза блеснули в полумраке. — Умно.Аня не нашлась, что ответить. Она просто вышла, закрыла дверь и вернулась к отчётам. В 4 утра у неё слипались глаза. Она сняла очки, протёрла их и положила на стол. Без очков мир казался мягче, размытым — как акварель. Она потёрла переносицу, вздохнула и снова углубилась в бумаги.В 5:47 она дописала последний отчёт. Перепроверила каждый, разложила в алфавитном порядке, вдохнула глубоко и понесла в кабинет Власова. Она не постучала — было слишком рано, она думала, что он спит. Но когда она открыла дверь, он сидел на том же месте, в той же позе, только пиджак был снят и висел на спинке стула.Он поднял глаза и замер.Анна не сразу поняла, почему. Только когда он медленно, очень медленно, перевёл взгляд с её лица на стол — туда, где лежали её очки. Она забыла их надеть. Без очков она чувствовала себя голой, уязвимой, и от этого её щёки залила краска.— Вы — начала она.— Подойдите, — перебил он. Голос сел — то ли от бессонницы, то ли от чего-то ещё.Она подошла, положила стопку отчётов на край стола. Он не смотрел на бумаги. Он смотрел на неё. В упор. Долго. Так долго, что она начала считать удары своего сердца — раз, два, три, десять.— Наденьте очки, — сказал он наконец.— Я забыла— Я вижу. — Он протянул руку — не к ней, а в сторону двери, туда, где остался её кабинет. — Идите. Наденьте. И возвращайтесь.Она вышла, почти побежала, нашарила очки на столе, надела дрожащими руками. В зеркале она увидела себя: растрёпанную, с синяками под глазами, но с горящими щеками.«Что с тобой не так? — спросила она себя. — Он просто начальник. Просто монстр. Просто»Она не закончила мысль. Вернулась в его кабинет. Он сидел, перелистывая её отчёты, и уже не смотрел на неё. Только когда она собралась уходить, он произнёс, не поднимая головы:— Свободны до обеда. Выспитесь.— Спасибо, — прошептала она.— Я не благодарю, Анна. — Он поднял глаза, и в них снова был лёд. — Это ваша работа. Вы её сделали. Завтра будет новая.Она кивнула и вышла. В лифте, спускаясь вниз, она вдруг поняла: он сказал «завтра». Не «сегодня». Значит, он дал ей время. Значит, он помнит, что она не спала ночь.И от этой мысли почему-то стало тепло.

Глава 3. Командировка на двоих

Тишина в кабинете Власова была такой густой, что её можно было резать ножом. Анна стояла у его стола, сжимая в руках распечатанный маршрутный лист, и чувствовала, как под жакетом по спине бегут мурашки.— Я не понял вопроса, — сказал Андрей, не поднимая головы. Он что-то писал в планшете стилусом, и его лицо было непроницаемым. — Повторите.— Командировка в Нижний Новгород, — произнесла Анна, стараясь, чтобы голос не дрожал. — На три дня. Согласно вашей инструкции, я подготовила билеты, гостиницу, трансфер. Вы сказали «забронировать одноместный номер». Но все нормальные гостиницы забиты из-за форума. Остался только двухкомнатный люкс на одном этаже. Или хостел за городом.Он наконец поднял глаза. Серые, холодные, с лёгкой искрой раздражения.— И вы предлагаете мне заселиться в хостел? — спросил он тихо, почти ласково, но в этой ласковости чувствовалась сталь.— Нет, — ответила она. — Я предлагаю вам люкс. Но там — Она запнулась. — Там одна спальня и гостиная с раскладным диваном. Смежный блок, но дверь между комнатами без замка.Повисла пауза. Андрей отложил стилус, откинулся в кресле и принялся изучать её лицо. Без спешки. Как будто она была очередным отчётом, в котором он искал ошибку.— И что вас смущает, Анна? — спросил он наконец.Она не нашлась, что ответить. Её смущало всё. Мысль о том, что они будут ночевать в соседних комнатах с незапертой дверью, что он будет ходить без пиджака, что она услышит его дыхание сквозь стену. Но разве это можно произнести вслух?— Меня ничего не смущает, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Я просто хотела убедиться, что вы согласны на такой вариант.Он усмехнулся — одними уголками губ.— Я согласен. — Он взял планшет и снова уткнулся в него, давая понять, что разговор окончен. — Завтра вылетаем в семь утра. Не опаздывать. И захватите ноутбук — работать будем в поездке.В аэропорту она пришла за сорок минут до вылета. Он уже был там — стоял у стойки регистрации, держа в руке чёрный кофе из автомата, и смотрел на табло. Сегодня на нём был тёмно-синий костюм без галстука, верхняя пуговица рубашки расстёгнута. Анна заметила, что без галстука он выглядит моложе. И опаснее.— Вы рано, — сказал он, даже не оборачиваясь.— Вы тоже, — ответила она.Он повернул голову и скользнул по ней взглядом: жакет, юбка, волосы, узел. Остановился на очках.— Сегодня вы выглядите — он сделал паузу, — собранной.Анна не поняла, комплимент это или скрытая критика. Предпочла промолчать.В самолёте они сидели рядом — бизнес-класс, два кресла у окна. Она устроилась слева, он — справа. Когда самолёт пошёл на взлёт, её рука непроизвольно вцепилась в подлокотник. Андрей заметил.— Боитесь летать? — спросил он.— Нет, — соврала она. — Просто не люблю турбулентность.— Врёте, — сказал он спокойно. И накрыл её ладонь своей.Это было так неожиданно, что Анна перестала дышать. Его пальцы — тёплые, сухие, длинные — лежали на её пальцах, не сжимая, просто присутствуя. Она чувствовала биение пульса там, где их кожа соприкасалась. Свой ли пульс? Его ли?— Расслабьтесь, — произнёс он низким голосом. — Самолёт не упадёт. Я не люблю опаздывать на переговоры.Она хотела ответить, но горло пересохло. Самолёт набрал высоту, и через минуту тряска прекратилась. Андрей убрал руку — спокойно, будто ничего не произошло. И достал из кейса документы.Анна смотрела в иллюминатор на облака и не могла думать ни о чём, кроме тепла, которое всё ещё оставалось на её ладони.Гостиница оказалась именно такой, как на фото: сталинский ампир, высокие потолки, тяжёлые шторы. Портье с улыбкой вручил им две ключ-карты и сказал:— Ваш люкс на пятом этаже, господа. Гостиная и спальня смежные. В гостиной раскладной диван, постельное бельё в шкафу. Приятного отдыха.Они поднялись в лифте молча. Двери номера открылись, и Анна ахнула про себя. Это была не просто гостиница — это были апартаменты. Огромная гостиная с кожаным диваном, креслами, массивным дубовым столом. Из гостиной вела дверь в спальню — без замка, с красивой резной ручкой.— Я возьму спальню, — сказал Андрей, заходя внутрь и бросая портфель на стол. — Вы располагайтесь в гостиной. К вечеру подготовьте сводку по завтрашним переговорам.— Хорошо, — ответила Анна, чувствуя, как её заливает краска.Она стояла посреди гостиной и смотрела на дверь в спальню. Дверь была приоткрыта. Она видела край огромной кровати, покрывало цвета слоновой кости, подушку. Одна подушка.«Прекрати, — сказала она себе. — Ты здесь работать. Он твой начальник. Ничего не будет».Она села за стол, открыла ноутбук и попыталась сосредоточиться на цифрах. Но цифры не лезли в голову. Вместо них лезли картинки: его рука на её руке в самолёте, его запах, его голос, сказавший «Расслабьтесь».В 23:00 она всё ещё сидела за ноутбуком. Из спальни не доносилось ни звука. Она подумала, что он уже спит, встала, чтобы выключить настольную лампу, и в этот момент дверь в спальню открылась.Андрей вышел в одних брюках. Торс голый. Анна замерла, не в силах отвести взгляд. Широкие плечи, узкие бёдра, твёрдые мышцы, покрытые смуглой кожей. И та самая родинка чуть выше левой ключицы, которую она заметила тогда, ночью.Он не спеша прошёл к мини-бару, достал бутылку воды, сделал глоток. И только потом посмотрел на неё.— Не спится? — спросил он. Голос был хриплым со сна.— Я работаю, — выдавила она.— Уже поздно. — Он открутил крышку, сделал ещё глоток. Капля воды потекла по его подбородку, шее, вниз по груди. Анна следила за ней, заворожённая. — Идите спать, Анна. Завтра тяжёлый день.— Я хочу закончить сводку.Он поставил бутылку на стол и подошёл ближе. Так близко, что она почувствовала запах его геля для душа — свежий, с нотками мяты и кедра.— Вы боитесь спать рядом со мной? — спросил он тихо. — Боитесь, что я переступлю черту?Она молчала, глядя в его серые глаза.— Не бойтесь, — прошептал он. — Я не переступаю черту. Никогда. — Он развернулся и ушёл в спальню, не закрыв за собой дверь.Анна сидела, сжимая пальцы в кулаки, и не могла пошевелиться. Ей казалось, что если она сейчас встанет, то упадёт. Потому что ноги её не слушались.Она так и заснула за столом, положив голову на сложенные руки. Сквозь сон она почувствовала, как кто-то накинул ей на плечи что-то тёплое. Она не открыла глаза. Только вдохнула знакомый запах — горький, древесный, мужской. Его запах.Утром она проснулась от того, что в гостиной ярко светило солнце. На её плечах лежал его пиджак. Дверь в спальню была закрыта.