Гордон Диксон – Дракон и Джинн (страница 29)

— Возрадуйтесь, дети мои! — пророкотал сэр Мортимор. — Сэр Джеймс позаботился о нашей победе. Вы видите рядом со мной демона. Сэр Джеймс направляет его действия. Демон будет сражаться в наших рядах. С его помощью мы одолеем пиратов, и те навсегда уберутся отсюда.

Оставалось надеяться, что речь сэра Мортимора воодушевит воинов. Сейчас на них было жалко смотреть — они спрессовались так, что минуту назад битком набитая комната освободилась по крайней мере на четверть.

Сэр Мортимор и Джим спустились вниз.

— Не бойтесь! — снова загрохотал сэр Мортимор. — Этого демона зовут Непобедимый. Его действия направляет сэр Джеймс, мой верный друг. Он маг и сейчас занят своими делами. Сэр Джеймс совершенно уверен в нашей победе. Сейчас мы все выйдем из замка. Скоро к нам присоединится сэр Брайен. Будем все вместе ждать сигнала. С галер должен повалить дым.

Уговаривать воинов долго не пришлось. Толкая друг друга, они стремглав бросились в коридор, а оттуда через открытую входную дверь на наружную лестницу. Выбравшись из замка, воины сгрудились вокруг лестницы на склонах нагорья.

Занимался рассвет, но солнце еще не встало. Земля и море, казалось, были окрашены одной блеклой краской. В деревне никого не было видно. Галеры замерли в водах залива. Тишину утра нарушали лишь волны, с шипением накатывавшиеся на прибрежную гальку.

— Сэр Мортимор! Демон! — раздался за спиной голос Брайена.

Облаченный в доспехи и с мечом на перевязи Брайен вышел из замка.

— Есть что-нибудь новенькое? — весело спросил Брайен.

Сэр Мортимор бросил на него хмурый взгляд:

— Ждем, когда с галер повалит дым. Пока никакого дыма не видно.

— Не сомневаюсь, мы его скоро увидим, — сказал Брайен. — Прекрасное утро, не правда ли?

Джим знал — у Брайена накануне боя всегда поднимается настроение.

Сэр Мортимор не разделял благодушия Брайена. Конечно, рыцарь слеплен из другого теста. Да и можно его понять: трудно оставаться беззаботным, когда после бессонной ночи на носу сражение, от исхода которого зависит не только личное благосостояние, но и сама жизнь.

— Что-то уж очень долго... — забубнил сэр Мортимор, но так и не успел высказать до конца свое недовольство.

Сначала с одной, а потом и с другой галеры повалил дым. Ветра не было, дым валил столбами. Столбы разрастались и чернели.

— Да просыпайтесь же, слепые болваны, — пробурчал сэр Мортимор. — Должен же у них быть хоть один часовой? Неужели ни один идиот не болтается по деревне?

Сэру Мортимору никто не ответил. Все смотрели вниз. В деревне по-прежнему никого не было видно. Дым над галерами стал еще гуще. Наконец на кораблях, кажется, проснулись. Из трюмов обеих галер послышались голоса.

— Просыпаются! — прошептал сэр Мортимор, а затем неожиданно заорал во все горло:

— Проснулись гребцы. Рабы, прикованные к скамьям. Не хотят сгореть заживо.

Голос сэра Мортимора разбудил бы и мертвого. Рыцаря наверняка услышали в деревне. Пираты вот-вот должны были показаться из своих убежищ. Воины сэра Мортимора загалдели и тут же прикусили языки, поймав неодобрительный взгляд своего лорда.

Деревня начала оживать. Из домов показались первые пираты. Еще не сообразив, кто и зачем поднял их в такую рань, они пошатывались и недоуменно озирались по сторонам. Раздался крик. Кто-то возопил что есть мочи, увидев дым над галерами. Поднялся гвалт. Пираты бросились к кораблям, изрыгая на ходу проклятия. Дома в деревне стали напоминать встревоженные ульи — пираты гурьбой высыпали на улицу.

— Ждать! Ждать! — подал голос сэр Мортимор. — Пусть уберутся подальше от своих сабель. Ждать... Ждать... Пошли!

— За Брегеля! За Брегеля!

Выкрикнув боевой клич, сэр Мортимор, переступая через несколько ступенек, устремился вниз по лестнице. Воины рыцаря хлынули за ним. Джим с Брайеном сразу отстали. Спускаться по почти отвесной лестнице приходилось не часто. Но, едва почувствовав под ногами привычную опору, Брайен оторвался от Джима, смещался с воинами сэра Мортимора, а затем и вовсе вырвался вперед.

Соревноваться с Брайеном в скорости теперь было пустым делом. Да и с большинством воинов сэра Мортимора тоже. Как Джим ни спешил, он шел вровень лишь с теми, кто не особенно торопился принять участие в сражении. Первые ряды наступающих уже отрезали пиратам путь к морю. Вооруженные одними ножами марокканцы разбегались в разные стороны. Сэр Мортимор первым добежал до залива и стоял повернувшись лицом к берегу. Люди рыцаря неслись к нему.

— Поворачивайте назад! Назад, в деревню! — заорал сэр Мортимор.

Успевшие добежать до берега воины повернули обратно. Дел в деревне еще хватало. Из домов продолжали выскакивать пираты, в большинстве заспанные, без оружия. Но кое-кто прихватил сабли, да и щиты тоже.

Когда Джим добрался до деревни, бой был в самом разгаре. Только сейчас Джим сообразил, что он безоружен. Надо было взять с собой меч. Демоны, правда, мечей не носят, но с оружием было бы спокойнее. Оставалось надеяться на свой голос и страшенный вид. Впрочем, на Джима никто и не нападал. Охотников сразиться с демоном Не было. Даже люди сэра Мортимора держались от демона подальше.

Брайен, конечно, был в гуще боя. Он сражался сразу против шести пиратов. Правда, пираты и в подметки Брайену не годились, но все-таки марокканцев было шестеро. Слишком много на одного.

Приняв самый устрашающий вид, какой только мог, и заорав во все горло, Джим ринулся к месту стычки. Этого оказалось достаточно. Увидев демона, пираты бросились врассыпную. Джим подошел к Брайену. Тот, тяжело дыша, опирался на меч.

— Проклятие, Джеймс, — выдохнул Брайен, — ты распугал всех моих противников.

Шум боя не утихал, и никто из сражавшихся не услышал, что Брайен назвал демона именем мага.

— Не будь идиотом, Брайен, их было слишком много, — с трудом выговорил Джим. Он и сам не успел перевести дыхание. Пробежка в тяжеленных сапогах далась ему нелегко.

— Я не звал на помощь, — огрызнулся Брайен и тут же взял себя в руки: — Понимаю, ты спешил на выручку товарищу по оружию.

— Товарищу по оружию и другу, — сказал Джим.

— Думаю, ты пришел бы на выручку любому рыцарю. Ладно, что сделано, то сделано. Я ценю твою дружбу, Джеймс. Посмотри, бой закончен. Пираты отчаливают. Не подобрали даже раненых, не говоря об убитых.

Джим огляделся. Действительно, дело сделано. И как все вроде легко далось после этой шумихи с марокканцами. Легко далось? Деревенские улочки и весь берег были усеяны поверженными наземь людьми. Воины сэра Мортимора обшаривали тела мертвых и раненых.

— Брайен, — тихо сказал Джим, — я хочу как можно быстрее убраться отсюда.

— Я тоже, — ответил Брайен. — Видит Бог, я хотел бы сейчас оказаться в Триполи.

Через четыре дня Джим с Брайеном были в Триполи. Но вот куда их сейчас вели?

— Ты думаешь, этот парень действительно знает город? — недовольно спросил Брайен Джима.

— Капитан сказал, на проводника можно положиться, — ответил Джим.

Брайен пробормотал что-то нечленораздельное. Джим и сам сомневался в проводнике, но надо было как-то поддержать Брайена.

Переход через море Джим с Брайеном совершили на торговом судне, которое и доставило их в Триполи, порт на побережье Ливана, если только страна, куда они прибыли, имела в четырнадцатом веке то же название, что и шестьсот лет спустя. Капитан судна, весьма плутоватый на вид малый, за переход в Триполи, как посчитали друзья Брайена на Кипре, лишнего не запросил. Был ли капитан так же честен и во всем остальном, оставалось только догадываться.

Это был человек с прямыми волосами, хитрыми бегающими глазками на узком оливкового цвета лице и седеющими обвислыми усами. Особенно впечатлял живот капитана. Владельца такого огромного живота можно было бы назвать толстяком, если бы не руки и ноги, тонкие, как у худосочного скряги.

Джим не зря вспомнил о капитане. Тот сам нанял им с Брайеном проводника и двух носильщиков, сам и сторговался с ними. Какое отношение имела названная капитаном цена к настоящей, Джим с Брайеном так и не поняли, но тут же с ней согласились — без проводника и носильщиков не обойтись. И теперь Джим с Брайеном вышагивали за проводником. Их пожитки несли замыкавшие шествие носильщики.

Путь пролегал через настоящий лабиринт улочек и проулков. Некоторые из них были так узки, что приходилось идти боком, чтобы протиснуться между домами. Да еще смотреть в оба — землю, особенно в проулках, почти сплошь усеивали экскременты. Джим и Брайен были полностью вооружены, а поверх лат каждый носил еще и дорожный плащ с капюшоном. В капюшоне плаща Джима сидел Гоб. Стояла жара. Джим с Брайеном взмокли. Хотелось пить. Настроение с каждым шагом падало.

Трудно было поверить, что домик местного мага, куда они направлялись, находится так далеко. Джим представлял средневековый город похожим на муравейник: такой же густонаселенный и небольшой. А может быть, всему виной этот непривычный лабиринт и им с Брайеном только кажется, что они идут долго?

— Еще один поворот! — вскричал Брайен. — С меня хватит! Надо потолковать с этим парнем. Эй, малый!

Проводник подошел к Брайену:

— О господин, ты как любимый цветок Аллаха, испускающий благоухание. Чем могу служить тебе?

— Хватит болтать! — прошипел Брайен. — Когда мы дойдем до места? Отвечай и, если твой ответ не устроит нас, пеняй на себя. — Брайен взялся за меч.