Гордей Юнов – Пузырь, Соломинка и Лапоть. Майские грозы (страница 3)

– Нет, больше я там никого не знаю, – Катя покачала головой.

– Ладно, тогда один вопрос отпадает, я к Володьке схожу, поспрашиваю. Но двумя другими вопросами я хочу загрузить тебя. Надеюсь, ты не откажешься немного поработать на меня.

– За отдельную плату соглашусь, – усмехнулась Соломинка.

– Я уверен, что найду чем расплатиться с тобой, и уверен, что тебе понравится.

– Неужели, наконец, сводишь меня в театр? – лукавые искорки сверкали в больших голубых глазах.

– Ты любишь театр? – удивлению Пузырева не было предела.

– Люблю, особенно балет, – кивнула Катя. – Только вот никто меня не водит. Последний раз я была в Мариинском еще с мужем, лет пять назад. Николай Борисович, как выяснилось довольно быстро, не был идеальным мужчиной, но в театр он меня хотя бы водил, не то что некоторые…

– Всё, заметано, – усмехнулся Андрей. – Раскрываем дело, получаем деньги, и сразу же я веду тебя в Мариинку на балет… любой, какой захочешь.

– Ох, Пузырик, умеешь же ты соблазнять. Что я должна для тебя сделать?

– Вот, посмотри, какой подарочек я тебе принес, – детектив протянул подруге упаковку с пробирками.

– Наркота, что ли? – брови женщины поползли вверх.

– Я не знаю, что это, но очень хочется узнать, – улыбнулся Андрей. – Только это надо сделать аккуратно, может, придется возвращать эти вещички хозяевам и извиняться.

– Ты украл, что ли, это? – Катя продолжала вопросительно смотреть на детектива.

– Нет, нашел в одном гараже. Чье это, я пока только догадываюсь. Хотелось бы узнать, чем эти люди занимаются.

– Хорошо, я займусь этим, – криминалист серьезно кивнула. – Что-то еще?

– Да, у меня тут есть мертвый телефончик. Воды он нахлебался. Ты сможешь его реанимировать? Мне интересно было бы посмотреть на содержимое памяти.

– Ну, если он не совсем заржавел, я, возможно, смогу что-нибудь придумать. Оставляй потерпевшего.

– И еще, – Пузырев просительно посмотрел на девушку, – моя любимая просьба, телефончики нужно пробить. Кто с кем созванивался и как часто.

– У меня сейчас немного есть свободного времени, – кивнула Соломина. – Если ты посидишь тут тихо и не будешь мне мешать, звонками я могу заняться.

– Я буду сидеть тихо и просто смотреть… на тебя.

– Я, конечно, люблю, когда на меня смотрят, – Катя покачала головой, – но давай, ты не будешь слишком уж настойчиво это делать… ты лучше в смартфончике посмотри что-нибудь.

– Ладно, скромность украшает женщин тоже, не буду тебя слишком сильно смущать, – кивнул Андрей, протягивая девушке исписанный листок. – Первый номер принадлежит погибшей неделю назад женщине. Меня особо интересует последний день ее жизни. Остальные созванивания тоже интересны, где-то за последний месяц. Ну и пересечения остальных номеров интересуют.

– Садись, всё сделаю, – Соломинка села к компьютеру и застучала по клавишам.

В смартфон Пузырев не смотрел, он делал вид, что листает страницы, а сам исподтишка любовался своей подругой.

– Хватит подглядывать, иди сюда, – через несколько минут сказала Катя, догадавшаяся, чем детектив на самом деле занимается.

Андрей подошел к столу, за которым сидела криминалист.

– Итак, телефон умершей женщины перестал функционировать около часа дня. До этого она вообще ни с кем не созванивалась в этот день, после этого ей несколько раз пытались дозвониться с номеров, которые ты мне дал, и чаще всего с номера, который в базе числится за Гречишным Сергеем Михайловичем.

– Да, это муж погибшей, – кивнул Пузырев. – Ничего необычного в этот день не было. А с кем она обычно больше всего разговаривала?

– Чаще всего она созванивалась с мужем, с теми номерами из списка, что ты мне дал, и еще есть пара номеров, я их могу пробить, если нужно.

– Ну, номера, которые я тебе дал, это ее подруги. С ними всё ясно. А кто еще двое?

– Сейчас я тебе выдам все данные на людей, с которыми погибшая любила поболтать.

Минут через пять из принтера в углу выполз листок со списком людей. Андрей взял бумагу и внимательно вчитался в имена. Имя Полины Волковой Пузырев уже знал, второй подругой была Елизавета Широва, фамилия женщины показалась детективу знакомой. Дальше следовали Виктория Большова и Вероника Алешкина, их номера тоже дал муж погибшей. Неизвестными детективу были Семен Аркадьевич Дворников и Николай Петрович Одоевцев.

– Кто такие Дворников и Одоевцев, ты можешь узнать? – спросил Андрей подругу.

– Дворников преподает экономику в университете, здесь в Пушкине, – сообщила через пару минут Соломинка, – Одоевцев по профессии плотник, работает в фирме «Гречишные срубы».

– Интересные связи были у погибшей, – покачал головой Пузырев. – Ты, когда училась, часто общалась по телефону с кем-нибудь из преподавателей? Мужа своего бывшего не считай.

– Обычно мне хватало общения в стенах университета, – усмехнулась Катя.

– Ага, а с работником, работающим в конторе твоего мужа, ты стала бы много болтать по телефону?

– Ну, если только он близкий друг… очень близкий.

– Вот и я о том же. Кстати, фамилия Широва тебе что-нибудь говорит? Где-то я ее уже слышал.

– У нас тут работает следователь Саня Широв. Ты его, наверное, не очень помнишь, он пришел, когда ты из отдела увольнялся, кажется.

– Да, вспоминаю… Слушай, ты не знаешь, он женат?

– Да, женат.

– Жену, случайно, не Лиза зовут?

– А, это та, что в списке? – кивнула Катя. – Сейчас проверю.

Женщина снова защелкала по клавишам.

– Да, это телефон жены нашего следователя, – сообщила Соломинка через несколько минут. – Значит, она была знакома с погибшей. Только ты к Широву не суйся. Я с ним несколько раз выезжала на место преступления… Не очень приятный тип, наглый и самоуверенный.

Зазвонил телефон внутренней связи, кто-то из следователей требовал от Соломиной какой-то отчет.

– Ты иди, я сегодня постараюсь всё сделать, – прикрыв ладонью трубку, сказала Катя детективу.

Оставив подругу делать работу, за которую она получала зарплату, Андрей прошел в ту часть здания, где сидели следователи. К Широву он, разумеется, не пошел, а пошел к Рыбину.

– Андрюха, только не говори, что знаешь о каком-то преступлении, о котором не знаю я, – приветствовал приятеля следователь.

– Да, такое преступление есть, но оно совершено не на твоей территории, – кивнул детектив.

– Вот и отлично, – облегченно вздохнул Рыбин.

– Слушай, Володя, я чего зашел-то. Ты ведь в Гатчине работал до этого…

– Да, почти семь лет.

– Там еще остались нормальные следователи, с которыми можно было бы пообщаться? – спросил сыщик.

– А тебя интересует что-то конкретное?

– Ну, точно я пока не знаю… Там одна женщина погибла. Ее смерть посчитали несчастным случаем, дело не возбудили. Пока я и сам справляюсь, но, возможно, мне захочется поближе взглянуть на материалы доследственной проверки…

– Есть там человечек один, я с ним на короткой ноге. Если что, я смогу тебя с ним связать.

– Спасибо, Володя. Если очень припрет, я тебе позвоню.

– Да не за что, Андрюха. Если что, звони, заходи.

Глава 3

Выйдя из отделения, Пузырев забрался в свою машину. Немного подумав, он набрал номер Гречишного.

– Сергей, у меня к тебе будет два вопроса, – сказал детектив в трубку, – возможно, не очень приятных.

– Давай, спрашивай, мне уже как-то без разницы, – грустно ответил муж погибшей женщины.

– Какие отношения были у Алёны с Николаем Одоевцевым?