Гор Видал – Смерть берет их тепленькими (страница 28)

Лиз спросила:

— Вы не думаете, что они арестуют мистера Брекстона?

Ренден пожал плечами и солидно протянул:

— Трудно сказать. Некоторые не слишком уверены, что он — виновник всего случившегося.

— Нет, это должен быть мистер Брекстон.

— Почему? — ее уверенность меня удивила.

— Только мужчина мог перерезать горло мистеру Клейпулу. У Питера не было причин это делать, так что остается один Брекстон.

— И я, — добавил Ренден. — Я тоже под подозрением.

— Да, но вас же не было в ту ночь; кроме того, вы не могли же убить своего дядю… А если даже и могли, то не имели шансов убить миссис Брекстон, так как в то время были в Бостоне…

— И проводил время с друзьями, — с достоинством кивнул Ренден. — Не думаю, что мне придется доказывать Гривсу, что я был там, когда все случилось.

— Таким образом, у вас два алиби, что исключает вас из числа подозреваемых. Только бедный мистер Брекстон мог совершить оба убийства.

— Очень изящно, — признал я. — Но предположим, что у мистера Брекстона есть алиби на второе убийство и хорошее объяснение первого.

— И что из этого? — Оба с любопытством взглянули на меня.

— Не собираюсь ничего говорить до тех пор, пока не прочитаете все завтра в «Глоуб». Могу только сказать: я знаю, что в момент убийства Брекстон был с Элли Клейпул.

Ренден посмотрел на меня с живым интересом.

— Вы уверены в этом?

— Уверен. И думаю, это его исключает.

— Если только… — Лиз замолчала. Мы посмотрели на нее, немного смущенные неожиданными выводами из моих слов.

— Если только что? — раздраженно переспросил Ренден.

— Ну, если только они не сделали этого вместе… Что может объяснить, почему она вдруг сломалась.

Между нами пронесся неожиданный холодок.

— Мисс Клейпул — моя тетка… — сухо начал Ренден.

Лиз быстро прервала его и рассыпалась в извинениях.

— Я ничего такого не имела в виду, просто предположила. Я ничего ни о чем не знаю; основываюсь только на том, что прочитала и услышала. И ни за что на свете не скажу, что она или кто-то другой…

Лиз вежливо свернула обсуждение, но мы покинули ее со странным ощущением: произошло что-то потрясающее, неожиданно открылась какая-то странная перспектива.

По дороге домой мы прошли половину пляжа, прежде чем заговорили. Первым прервал молчание Ренден.

— Я просто не могу поверить…

— Насчет вашей тетки и Брекстона? Ну, Лиз просто высосала все из пальца.

— Но эта чертова версия может заинтересовать дурака Гривса; я не могу позволить, чтобы так случилось.

— Уверен, ему это и в голову не придет.

— Не придет? А что еще может прийти ему в голову, когда он узнает, что они были вместе? Кроме этого, остаются только три возможности: я сам, мисс Ланг и миссис Виринг. Меня там не было, и я не думаю, что у женщин был какой-то повод. Мистер Брекстон просто пытался вас обмануть.

Я кивнул.

— Это более чем вероятно, я понимаю.

Ренден расстроенно покачал головой.

— Но это не имеет никакого смысла: когда Элли поправится, она его опровергнет… Если он будет продолжать настаивать.

Я попытался его успокоить.

— С убийством может быть связано еще многое, чего мы не знаем. Может быть, его убили раньше того времени, о котором идет речь. Может быть, Брекстон выскользнул из дому, убил его и вернулся обратно, делая вид, что все время находился в ванной.

— Это слишком сложно. — Но лицо его явно оживилось при мысли о такой возможности. — В любом случае теперь нужно следить за Элли. И я намерен предложить, чтобы еще одного полицейского поставили охранять ее.

— Почему?

— Ну, если он пошел на обман, то не захочет, чтобы она пришла в себя, верно?

От его неопровержимой логики бросало в дрожь.

Мы нашли Гривса на террасе за изучением качалки.

— Как себя чувствует тетя? — спросил Ренден.

— Где, черт возьми, вы были? — раздраженно буркнул Гривс. — Я хотел с вами поговорить.

— В клубе. Как она?

— Все по-прежнему.

— А что вы хотели узнать?

— Займемся этим после ужина.

Потом Ренден потребовал круглосуточной охраны для Элли, в чем ему было отказано на том основании, что двоих полицейских в доме и круглосуточно дежурящей медсестры вполне достаточно. Когда Гривс потребовал объяснить, почему нужна такая защита, Ренден замолчал, а потом, взглядом потребовав молчания и от меня, ушел в дом переодеваться к ужину.

Когда я уже собрался последовать за ним, кое-что вдруг пришло мне в голову.

— Меня удивляет, — сказал я, — почему вы больше не спрашиваете о той записке, которую, как вы считаете, я изготовил ради вашего удовольствия.

— Вы же сказали, что не сочиняли ее, вот и все. — Но это прозвучало как-то невразумительно.

— Вы уже знаете, кто ее написал?

— Возможно.

— Убийца?

Гривс покачал головой.

— Клейпул.

Я был больше удивлен его признанием, чем решением.

— Почему? Вы нашли отпечатки пальцев или что-нибудь в этом роде?

— Просто чутье старого служаки. — Гривс говорил уверенно. — Клейпул все время подозревал Брекстона в убийстве. Он не осмеливался заявить об этом в открытую и обвинить его из-за семейных отношений, возможности скандала и других вещей, которые могли коснуться и его. Поэтому он и сочинил записку. К несчастью, это послужило намеком и Брекстону, и он успел убить Клейпула, до того как тот смог рассказать нам всю историю. Историю о том, что произошло между ними троими, а может быть, и четверыми. Историю, которую мы непременно распутаем.

У меня буквально перехватило дыхание, если не сказать больше.

— Вы обвиняете Брекстона в убийстве?

— Совершенно верно.

Гривс выглядел почти счастливым. Я задумался: какие же новые доказательства удалось раскопать полиции? И Гривс пояснил.

— Похоже, Клейпула сначала ударили, он потерял сознание, потом его оттащили на террасу, где и перерезали горло.