Гомер – Илиада. Одиссея (страница 46)

¹⁵⁰ Им, отходящим, родитель не мог разгадать сновидений; С них Диомед могучий, с поверженных, сорвал корысти.[65] После пошел он на Ксанфа и Фоона, двух Фенопидов, Фенопса поздних сынов; разрушаемый старостью скорбной, Он не имел уже сына, кому бы стяжанья оставить. ¹⁵⁵ Их Диомед повергнул и сладкую жизнь у несчастных Братьев похитил; отцу же — и слезы, и мрачные скорби Старцу оставил: детей, возвратившихся с брани кровавой, Он не обнял; наследство его разделили чужие. Там же двух он сынов захватил Дарданида Приама, ¹⁶⁰ Бывших в одной колеснице, Хромия и с ним Эхемона; И, как лев на тельцов нападает и вдруг сокрушает Выю тельцу иль телице, пасущимся в роще зеленой, — Так обоих Приамидов с коней Диомед, не хотящих, Сбил беспощадно на прах и сорвал с пораженных доспехи, ¹⁶⁵ Коней же отдал клевретам, да гонят к кормам корабельным. Храбрый Эней усмотрел истребителя строев троянских; Быстро пошел сквозь гремящую брань, сквозь жужжащие копья, Пандара, богу подобного, смотря кругом, не найдет ли; Скоро нашел Ликаонова храброго, славного сына, ¹⁷⁰ Стал перед ним и такие слова говорил, негодуя: «Пандар! где у тебя и лук и крылатые стрелы? Где твоя слава, которой никто из троян не оспорил И в которой ликиец тебя превзойти не гордился? Длани к Зевесу воздень и пусти ты пернатую в мужа, ¹⁷⁵ Кто бы он ни был, могучий: погибели много нанес он Ратям троянским; и многим и сильным сломил он колена! Разве не есть ли он бог, на троянский народ раздраженный? Гневный, быть может, за жертвы? а гнев погибелен бога!» Быстро Энею ответствовал славный сын Ликаонов: ¹⁸⁰ «Храбрый Эней, благородный советник троян меднолатных! Сыну Тидея могучему, кажется, муж сей подобен: Щит я его узнаю и с забралом шелом дыроокий; Вижу его и коней, но не бог ли то, верно не знаю. Если сей муж, как поведал я, сын бранодушный Тидеев, ¹⁸⁵ Он не без бога свирепствует; верно, при нем покровитель Бог предстоит, обвив рамена свои облаком темным: Он от него и стрелу налетавшую быстро отринул. Я уже бросил стрелу и уметил Тидеева сына В рамо десное, пробив совершенно доспешную лату, ¹⁹⁰ И уже уповал, что его я повергнул к Аиду; Нет, не повергнул! Есть, без сомнения, бог прогневленный! Коней со мною здесь нет, для сражения нет колесницы; В Зелии, в доме отца, у меня их одиннадцать пышных, Новых, недавно отделанных; к бережи их, покрывала ¹⁹⁵ Окрест висят, и для каждой из них двуяремные кони Подле стоят, утучняяся полбой и белым ячменем. Нет, не напрасно меня Ликаон, воинственный старец, Так увещал, отходящего к брани, в отеческом доме: Старец наказывал мне, ополчась на конях, в колеснице ²⁰⁰ Трои сынов предводить на побоищах бурных сражений. Я не послушал отца, а сие бы полезнее было. Коней хотел пощадить, чтоб у граждан, в стенах заключенных, В корме они не нуждались, привыкнув питаться роскошно. Коней оставил и так устремился я пеш к Илиону, ²⁰⁵ Твердо надежный на лук, но сей лук для меня не помощник! В двух воевод знаменитейших бросил я меткие стрелы: В сына Тидея и в сына Атрея; того и другого Ранивши, светлую кровь я извлек и озлобил их больше. В злую годину, я вижу, и лук, и пернатые стрелы ²¹⁰ Снял со столба я в тот день, как решился в веселую Трою Рати троянские весть, угождая Приамову сыну. Если я вспять возвращусь и увижу моими очами Землю родную, жену и отеческий дом наш высокий, — Пусть иноземец враждебный тогда же мне голову срубит,