Гомер – Илиада. Одиссея (страница 263)

Часть за царем Одиссеем, подателем мудрых советов, В многовесельных пустясь кораблях, устремилась в обратный Путь, чтоб Атриду царю Агамемнону вновь покориться. ¹⁶⁵ Я же поспешно со всеми подвластными мне кораблями Поплыл вперед, угадав, что готовил нам бедствие демон; Поплыл со всеми своими и сын бедоносный Тидея; Позже отправился в путь Менелай златовласый: в Лесбосе Нас он нагнал, нерешимых, какую избрать нам дорогу: ¹⁷⁰ Выше ль скалами обильного Хиоса путь свой на Псиру Править, ее оставляя по левую руку, иль ниже Хиоса мимо открытого воющим ветрам Миманта? Дия молили мы знаменье дать нам; и, знаменье давши, Он повелел, чтоб, разрезавши море по самой средине,[207] ¹⁷⁵ Шли мы к Эвбее для скорого близкой беды избежанья; Ветер попутный, свистя, зашумел, и, рыбообильный Путь совершая легко, корабли до Гереста достигли К ночи; от многих быков возложили мы тучные бедра Там на алтарь Посейдонов, измерив великое море. ¹⁸⁰ День совершился четвертый, когда, добежав до Аргоса, Все корабли Диомеда, коней обуздателя, стали В пристани. Прямо тем временем в Пилос я плыл, и ни разу Ветер попутный, вначале нам посланный Дием, не стихнул. Так возвратился я, сын мой, без всяких вестей; и доныне ¹⁸⁵ Сведать еще я не мог, кто погиб из ахеян, кто спасся. Что ж от других мы узнали, живя под домашнею кровлей, То вам, как следует, я расскажу, ничего не скрывая. Слышали мы, что с младым Ахиллеса великого сыном[208] Все мирмидоны его, копьеносцы, домой возвратились; ¹⁹⁰ Жив, говорят, Филоктет, сын Пеанов возлюбленный; здраво Идоменей (никого из сопутников, с ним избежавших Вместе войны, не утративши на море) Крита достигнул; К вам же, конечно, и в дальнюю землю дошел об Атриде[209] Слух, как домой возвратился он, как умерщвлен был Эгистом, ¹⁹⁵ Как и Эгист наконец по заслуге приял воздаянье. Счастье, когда у погибшего мужа останется бодрый Сын, чтоб отмстить, как Орест, поразивший Эгиста, которым Был умерщвлен злоковарно его многославный родитель! Так и тебе, мой возлюбленный друг, столь прекрасно созревший, ²⁰⁰ Должно быть твердым, чтоб имя твое и потомки хвалили». Выслушав Нестора, так отвечал Телемах благородный: «Сын Нелеев, о Нестор, великая слава ахеян, Правда, отмстил он, и страшно отмстил, и ему от народов Честь повсеместная будет и будет хвала от потомства. ²⁰⁵ О, когда б и меня одарили такою же силой Боги, чтоб так же и я мог отмстить женихам, наносящим Столько обид мне, коварно погибель мою замышляя! Но благодати великой такой ниспослать не хотели Боги ни мне, ни отцу — и удел мой отныне терпенье». ²¹⁰ Так Телемаху ответствовал Нестор, герой геренейский: «Сам ты, мой милый, о том мне своими словами напомнил; Слышали мы, что, твою благородную мать притесняя, В доме твоем женихи беззаконного делают много. Знать бы желал я: ты сам ли то волею сносишь? Народ ли ²¹⁵ Вашей земли ненавидит тебя, по внушению бога? Мы же не ведаем; может случиться легко, что и сам он Их, возвратяся, погубит, один ли, созвав ли ахеян… О, когда б возлюбить светлоокая дева Паллада Так же могла и тебя, как она Одиссея любила ²²⁰ В крае троянском, где много мы бед претерпели, ахейцы! Нет, никогда не бывали столь боги в любви откровенны, Сколь откровенна была с Одиссеем Паллада Афина! Если бы ею с такою ж любовью и ты был присвоен, Самая память о браке во многих из них бы пропала». ²²⁵ Нестору так отвечал рассудительный сын Одиссеев: «Старец, несбыточно, думаю, слово твое; о великом