Гомер – Илиада. Одиссея (страница 143)

⁵¹⁵ Тевкр низложил Профоона и мчавшегось в бег Перифета; Сильный Атрид[124] Гиперенора, пастыря сильных народов, В пах боковой заколол; копие, растерзавши утробу, Внутренность вырвало вон; из зияющей раны теснимый Дух излетел, и тьма Гиперенору очи покрыла. ⁵²⁰ Более ж всех поразил Оилеев Аякс быстроногий: С ним из вождей не равнялся никто быстротой на погоне Воев бегущих, которых ужасом Зевс поражает.

ПЕСНЬ ПЯТНАДЦАТАЯ

ОТТЕСНЕНИЕ ОТ КОРАБЛЕЙ

В бегстве, когда частокол и глубокий окоп миновали И лишилися многих, руками данаев попранных, Там, у своих колесниц удержалися, стали трояне, Бледны от страха и трепетны. В оное время воспрянул ⁵ Зевс на Иде горе из объятий владычицы Геры. Быстро воздвигшись, он стал и увидел троян и данаев, Первых в расстройстве бегущих, а с тыла жестоко гонящих Бодрых данаев, и между их воинств царя Посейдона; Гектора ж в поле увидел простертого; окрест героя ¹⁰ Други сидели; тягостно дышащий, чувства лишенный, Кровь извергал он: его поразил не бессильный данаец. Видя его, милосердовал царь и бессмертных и смертных; Быстро и грозно на Геру смотря, провещал громодержец: «Козни твои, о злотворная, вечно коварная Гера, ¹⁵ Гектора мощного с боя свели и троян устрашили! Но еще я не знаю, не первая ль козней преступных Вкусишь ты плод, как ударами молний тебя избичую![125] Или забыла, как с неба висела? как две навязал я На ноги наковальни, а на руки набросил златую ²⁰ Вервь неразрывную? Ты средь эфира и облаков черных С неба висела; скорбели бессмертные все на Олимпе; Но свободить не могли, приступая: кого ни постиг я, С прага небесного махом свергал, и слетал он на землю, Только что дышащий; сим не смягчился б мой гнев непреклонный, ²⁵ Гнев за страдания богоподобного сына Геракла, Коего ты, возбудив на него и Борея и бури, Злобно гнала по пустынному понту, беды устрояя; К краю чужому его, к многолюдному бросила Косу. Я и оттоле избавил его и в отечество паки, ³⁰ В Аргос цветущий привел, совершителя подвигов многих. То вспоминаю, тебе, да оставишь ты козни и видишь, В помощь ли злобе твоей и любовь и объятия были, Коими ты, от богов удаляся, меня обольстила!» Он произнес; ужаснулась великая Гера богиня ³⁵ И воскликнула так, устремляя крылатые речи: «Будьте свидетели мне, о земля, беспредельное небо, Стикса подземные воды, о вы, величайшая клятва, Клятва ужасная даже бессмертным, я вами клянуся, Самой твоею священной главою и собственным нашим ⁴⁰ Ложем брачным, которым вовек не клянуся я всуе! Нет, не с советов моих Посейдаон, земли колебатель, Трои сынам и вождю их вредит, а других защищает. Верно, к тому преклонен и подвигнут он собственным сердцем; Верно, ахеян узрев, милосердовал он о стесненных. ⁴⁵ Я ж и ему бы скорее совет подала, да всегда он Ходит путем, по которому ты повелишь, громовержец!» Так говорила; осклабился царь и бессмертных и смертных И ответствовал ей, устремляя крылатые речи: «Если вперед, о супруга, лилейнораменная Гера, ⁵⁰ Будешь на сонме божественном мыслить согласно со мною, Сам Посейдаон, хотя бы желал совершенно иного, Мысль переменит, согласно с твоей и моею душою. Ныне ж, когда непритворно и истину ты говорила, Шествуй немедля к семейству богов, повели, да на Иду ⁵⁵ Вестница неба Ирида и Феб сребролукий предстанут. Вестница быстрая к воинству меднодоспешных данаев