```html
Цирюльник находит нос
25 марта цирюльник Иван Яковлевич сел завтракать.
Иван Яковлевич — цирюльник (парикмахер), пьяница, циник и неряха.
Когда он разрезал хлеб, испечённый его уважаемой супругой, цирюльник наткнулся на нос. Испуганный Иван Яковлевич сразу узнал нос коллежского асессора Ковалёва, которого брил дважды в неделю.
Ковалёв, Платон Кузьмич — коллежский асессор, румяный, с большими бакенбардами, самовлюблённый и не очень умный, гордится своим званием и называет себя майором.
Пьян ли я вчера возвратился или нет, уж наверное сказать не могу. А по всем приметам должно быть происшествие несбыточное: ибо хлеб — дело печёное, а нос совсем не то. Ничего не разберу…
Деспотичная жена цирюльника немедленно решила, что Иван Яковлевич кому-то отрезал нос. Ругая мужа последними словами, она приказала убрать из дома это безобразие.
Завернув нос в тряпку, Иван Яковлевич долго бродил по улицам, пытаясь от него избавиться. Как назло, знакомые постоянно здоровались с ним, а улицы были заполнены людьми. Наконец, цирюльник выбросил нос с моста в Неву и уже собирался отправиться в трактир, как вдруг его окликнул квартальный и спросил, что Иван Яковлевич делал на мосту. Дальнейшее окутано тайной, и что случилось с цирюльником — неизвестно.
Поиски носа
Тем же утром коллежский асессор Ковалёв обнаружил на месте своего носа «совершенно гладкое место». Ковалёв не был из тех коллежских асессоров, которые получили звание «благодаря учёным аттестатам». Он получил свой чин на Кавказе, где всё происходило гораздо проще.
Ковалёв занимал должность коллежского асессора всего два года. Он гордился своим чином и для солидности называл себя майором. В Петербург майор приехал, чтобы получить достойную должность и удачно жениться. Каждый день он прогуливался по Невскому проспекту, по вечерам посещал театры и теперь не понимал, как будет всё это делать без носа.
Закутавшись в плащ и прикрыв «гладкое место» платком, Ковалёв направился к начальнику полиции Петербурга. По пути он увидел, как какой-то господин, одетый в мундир статского советника, заходит в подъезд дома, и узнал в нём свой нос. Через несколько минут нос вышел и уехал.
Ковалёв не знал, что и думать.
Как же можно, в самом деле, чтобы нос, который ещё вчера был у него на лице, не мог ездить и ходить, — был в мундире!
Он бросился за каретой, которая остановилась перед Казанским собором. Нос вошёл в собор, майор протиснулся к нему и попытался объяснить, что он его нос и должен немедленно вернуться на своё законное место. Нос сделал вид, что ничего не понимает. В этот момент к ним подошли дама и симпатичная барышня. Ковалёв загляделся на барышню, а нос тем временем исчез.
Несчастный майор отправился к начальнику полиции, но его не оказалось дома. Немного поразмыслив, Ковалёв решил отправиться в редакцию газеты и дать объявление о пропаже носа, чтобы каждый, кто его встретит, сообщил о его местоположении.
Чиновник из редакции отказался подавать такое объявление, ссылаясь на то, что из-за него газета потеряет репутацию, и посоветовал заказать статью о пропаже носа «для пользы юношества или так, для общего любопытства».
Выйдя из редакции, раздосадованный Ковалёв направился к частному приставу (начальнику полицейской части). У того был послеобеденный отдых, поэтому он отказался «производить следствие», заявив, что у порядочного человека нос не оторвут и что нечего всяким майорам бродить по непристойным местам.
Ковалёв не смог простить частному приставу оскорбления своего чина и с гордостью удалился.
Нос возвращают владельцу
Домой майор вернулся измотанный и печальный.
…без носа человек — чёрт знает что: птица не птица, гражданин не гражданин, — просто возьми да и вышвырни за окошко!
Носом, отрубленным на войне или дуэли, он мог бы гордиться, как боевой раной, но нос просто сбежал, и это было оскорбительно. Подумав, майор решил, что это дело рук штаб-офицерши Подточиной, на дочери которой он не захотел жениться.
Подточина, Александра Григорьевна — штаб-офицерша, мать незамужней дочери.
Вероятно, Подточина решила отомстить, наняв «каких-то колдовок-баб». Ведь в среду, когда его брил Иван Яковлевич, нос был ещё на месте.
Размышления Ковалёва прервал квартальный полицейский. Он сообщил, что нос майора найден — его поймали, когда он пытался сбежать в Ригу. В деле замешан и цирюльник Иван Яковлевич, который теперь находится в полицейском участке. Затем квартальный вернул майору нос и удалился.
Когда радость Ковалёва поутихла, он заметил, что нос не желает прирастать к положенному ему месту. Тогда майор послал лакея за доктором, жившим в том же доме. Доктор не знал, как приставить нос на место, и посоветовал оставить всё как есть, чтобы не сделать ещё хуже. Нос же предложил заспиртовать и продать.
Отчаявшийся Ковалёв решил на следующий день подать жалобу на Подточину, но перед этим он написал ей и попросил «без бою» вернуть ему нос. Из ответного письма майор понял, что Подточина не виновна, и только чёрт знает, как всё это произошло.
Тем временем история с носом распространилась по Петербургу, чему способствовало увлечение петербуржцев магнетизмом. Нос Ковалёва замечали в разных частях города. Некоторые ловкие господа даже начали продавать билеты на это зрелище, а у гостей светских вечеринок появилась новая тема для шуток.
Нос прирастает на место
Проснувшись утром 7 апреля, Ковалёв обнаружил, что его нос находится на своём положенном месте. Обрадованный майор побрился с помощью Ивана Яковлевича, при этом запрещая ему касаться драгоценного носа.
«Вишь ты! — сказал сам себе Иван Яковлевич, взглянувши на нос, и потом перегнул голову на другую сторону и посмотрел на него сбоку. — Вона! эк его, право, как подумаешь»…
Затем Ковалёв объехал все возможные места, чтобы все знакомые увидели его с носом.
С тех пор майор Ковалёв всегда находился в прекрасном настроении, посещал все спектакли и вечера и улыбался всем симпатичным дамам.
Выводы рассказчика
Рассказчик полагает, что в этой истории много неправдоподобного. Если не считать «сверхъестественного отделения носа» и его появления в виде статского советника, остаётся загадкой, как Ковалёв не сообразил, что подавать объявление в газету просто неприлично. К тому же всё ещё неясно, как же нос оказался в хлебе Ивана Яковлевича.
Рассказчик не понимает, как некоторые авторы могут брать подобные сюжеты, от которых нет никакой пользы отечеству. Однако, с другой стороны, нелепости встречаются повсюду, и, если поразмыслить, подобные происшествия редко, но всё же случаются.
```
Комментарии