Гоча Пасиешвили – Приморский. Татьяна (страница 2)

— Мы не гоним тебя, — добавила свекровь. — Мы хотим, чтобы ты была счастлива. Выйди замуж, нарожай нам внуков. Мы для них будем бабушкой и дедушкой. Обещаем. Татьяна расплакалась. Она пообещала подумать. Но бизнес уже занял в её душе место, предназначенное для материнства и семьи. И возвращаться к этому очень не хотелось.

В аэропорту её встретил водитель и по совместительству охранник Павел Петрович.

— С возвращением, Татьяна Игоревна! — Он распахнул дверь машины. — Как отдохнули?

— Хорошо, Петрович. Даже слишком. — Она улыбнулась. — Как тут без меня?

— Скучали, — усмехнулся он. — Вон, телефон разрывается.

Действительно, по дороге тут же начали названивать партнёры и знакомые. Татьяна привычно отвечала, но в этот раз — с охотой. За две недели успела соскучиться. Позвонила Лотта — приятельница по Владивостоку.

— Танька! — заверещала трубка. — Ты прилетела?

— Только прилетела.

— Отлично! Завтра вечером туса у меня. Явка обязательна.

— Лотта, я с дороги...

— Никаких отговорок! — перебила та. — Будут интересные люди. И потом, ты же знаешь, если ты придёшь, придут все. Татьяна усмехнулась. Она прекрасно понимала ход мыслей землячки. Молодая, богатая вдова — достойный приз для московского бомонда. И стоило Лотте сказать, что Татьяна будет, желающих приехать не будет отбоя.

— Ладно, уговорила. Во сколько?

— В восемь. Жду!

Татьяна давно относилась к слабостям земляков с пониманием. В основном это были люди достойные, знающие себе цену, и к дружбе с Татьяной относились бережно. Поэтому она согласилась. Приехав домой, позвонила родителям Игоря:

— Мам, я вернулась. Как вы?

— Танюша, с возвращением! — обрадовалась свекровь. — Отдохнула?

— Да, спасибо. Завтра приеду, хорошо?

— Конечно, девочка. Мы скучали.

Потом договорилась о встрече с руководителями направлений, поела и немного поплавала в бассейне — размять мышцы после перелёта. Разница во времени давала о себе знать, поэтому она легла спать пораньше. Утро наступило стремительно. Очень хотелось поваляться в постели, как на Бали, но работа есть работа. День пролетел незаметно. Татьяна вошла в ритм и почувствовала себя на своём месте. Вечером, одевшись, отправилась к Лотте.

Квартира Лотты на Юго-Западной гудела. Народу действительно хватало. Богема была представлена известным артистом, художником и писателем — каждый тут же пообещал сделать её своей музой.

— Татьяна, вы сегодня божественны! — Артист театрально поцеловал ей руку. — Этот загар, этот блеск в глазах... Я обязан написать ваш портрет!

— А я — скульптуру! — подхватил художник.

— Господа, не ссорьтесь, — рассмеялась Татьяна. — Всем достанется.

Лотта кружилась вокруг неё, рассказывая последние сплетни об общих знакомых.

— А этот, помнишь, который к тебе клинья подбивал? — щебетала она. — Так он сейчас с дочкой того самого...

— Лотта, мне правда это интересно?

— Ну ты же спросила! — обиженно надула губы подруга. — Ладно, молчу.

Татьяна решила еще минут пятнадцать и она уедет. Но ей стало душно и она решила выйти на балкон.

2. Алексей

5 сентября 1995 года. Москва. МГУ им. Ломоносова.

Сентябрь в этом году выдался на удивление тёплым , московское бабье лето в самом разгаре. Листья на Воробьёвых горах только начинали желтеть, солнце заливало длинные коридоры главного здания, и даже строгие стены казались чуть приветливее обычного.Третья неделя учёбы подходила к концу и Алексей уже более-менее освоился в этом огромном кампусе. Поступление в ИГУиСИ оказалось именно тем, что он и ожидал — серьёзным, жёстким, без скидок. Но благодаря хорошим отметкам на экзамене и рекомендации от губернатора Приморья он был зачислен. В отличие от Кати, он не стал снимать квартиру, а сразу перебрался от отца в общежитие. Тот одобрил это решение. Первокурсников не гладили по головке: нагрузки были такими, что к вечеру голова гудела, а по ночам снились лекции и семинары. Но Алексею это даже нравилось. Его соседом оказался Эдик Гамгия — москвич с рязанской пропиской: его семья перебралась в столицу после грузино-абхазской войны. Он закончил в Рязани школу с серебряной медалью и отлично сдал вступительные экзамены. Родители Эдика владели небольшой сетью ресторанов грузинской кухни в Москве, так что Эдик практически каждый день ночевал дома. Алексею было немного одиноко, но Эдик каждый день приносил столько еды из дома, что приходилось раздавать однокурсникам. На курсе о его отце никто не знал. С самого начала он попросил директора института не афишировать его родственные связи, и тот с радостью согласился.

Алексей вышел из метро и привычно зашагал к университету. Сегодняшняя пара должна была быть обычной — курс по основам региональной экономики, пожилой профессор, который любил читать лекции монотонно, под тихий скрип мела по доске. Но когда Алексей вошёл в аудиторию, на доске висело объявление, написанное от руки:

*«Внимание студентов 1-го курса! Сегодняшняя лекция по региональной экономике заменяется на открытую лекцию приглашённого специалиста. Тема: „Государственно-частное партнёрство в социальной сфере: опыт Дальнего Востока“. Лектор — Савельева Татьяна Игоревна».*

Алексей остановился у двери, перечитал объявление дважды. Савельева? Та самая? Дочь бывшего мэра? Та, с которой он так резко оборвал разговор на балконе у Лотты несколько месяцев назад?

— Слышал, у неё свой бизнес в Москве, — раздалось сзади. Алексей обернулся — двое старшекурсников обсуждали новость, проходя мимо. — Говорят, серьёзная женщина. Молодая, а уже деловая.

— Из богатеньких, небось, — хмыкнул второй.

— А ты думал, в наше время просто так бизнес делают?

Они прошли, даже не взглянув на Алексея. А он всё стоял у входа, чувствуя, как внутри поднимается странное волнение. Он заставил себя оторваться от объявления и прошёл на своё обычное место , ближе к окну. Рядом уже сидели Эдик и другие однокурсники.

— Слышал про новую лекторшу? — Эдик пододвинулся поближе. — Говорят, молодая, симпатичная. Хоть на одном предмете не уснём.

— Тебе бы лишь бы не уснуть, — фыркнула однокурсница Лена.

— А что? Учёба учёбой, а красивая женщина требует внимания.

— Эдик, ты хоть тему лекции посмотри, — усмехнулся Алексей. — Про Дальний Восток. Может, узнаешь что-то новое.

— Я и так знаю, что Дальний Восток — это где-то далеко, там холодно и медведи по улицам ходят. — Эдик расплылся в улыбке. — Ладно, шучу. Уважаю дальневосточников. Вы суровые люди.

Алексей слушал вполуха. Он смотрел на дверь и ждал. Когда стрелка часов приблизилась к назначенному времени, в аудиторию вошёл их куратор , пожилой профессор, который обычно вёл региональную экономику.

— Здравствуйте, — начал он. — Сегодня у нас необычное занятие. Татьяна Игоревна Савельева, одна из самых молодых и успешных предпринимателей Дальнего Востока и Москвы. Она занимается развитием малого и среднего бизнеса в регионах, активно взаимодействует с администрациями, участвует в социальных проектах. Прошу любить и жаловать.

Он махнул рукой в сторону двери, и в аудиторию вошла она. Алексей сразу узнал её. Та же точёная фигура, та же уверенная походка, те же тёмные волосы, убранные назад. Только одета была иначе — не в тот лёгкий сарафан, в котором он видел её на балконе, а в строгий тёмно-синий костюм, белую блузку, туфли на невысоком каблуке. Деловая женщина. Лектор. Предприниматель. Ничего общего с той растерянной девушкой, которая куталась в его пиджак. Она прошла к кафедре, поставила сумку, разложила бумаги. В аудитории повисла тишина и даже Эдик, который минуту назад шутил, сидел смирно, разглядывая лектора.

— Добрый день, — сказала она ровным, профессиональным голосом. — Меня зовут Татьяна Игоревна Савельева. Тема сегодняшней лекции — государственно-частное партнёрство в социальной сфере. Я постараюсь рассказать вам не только теорию, но и показать, как это работает на практике, на примере моего родного региона — Дальнего Востока.

— Какая девушка! — прошептал Эдик, не сводя с неё глаз. — Слушай, ты же из Приморья? А её не знаешь?

— Нет, — коротко ответил Алексей.

Она подняла глаза, обводя взглядом аудиторию. Студенты первого ряда, второй, третий...Их взгляды встретились. Алексей увидел, как на секунду её лицо изменилось. Глаза расширились, пальцы, лежавшие на кафедре, чуть заметно дрогнули. Она узнала его. Конечно, узнала , невозможно забыть человека, с которым стояла на балконе, который сбежал, даже не попрощавшись. Он ждал. Что она сделает? Отведёт взгляд? Покраснеет? Разозлится? Татьяна замерла на мгновение. Потом — медленно, очень медленно — уголки её губ приподнялись. Она улыбнулась. Чуть заметно, сдержанно, но улыбнулась. И коротко кивнула — ему, одному в этом огромном зале. Алексей кивнул в ответ и улыбнулся.

— А по-моему, она тебя знает, — шепнул Эдик, покосившись на смущённого Алексея.

— Тише, — ответил тот. — Лекция началась.

И лекция действительно началась. Татьяна говорила уверенно, без бумажки, будто читала не перед студентами, а перед коллегами. Двое помощников помогали ей с плакатами и схемами. Она рассказывала о программах поддержки малого бизнеса, о том, как выстраивать диалог с администрацией, о подводных камнях, о реальных кейсах. Приводила цифры, называла имена, иногда шутила — и аудитория оживала, включалась в разговор. Алексей слушал внимательно, но краем глаза замечал, что она иногда — всего на секунду — бросает взгляд в его сторону. Проверяет, слушает ли он? Или просто не может удержаться? К концу лекции он уже знал, что хочет с ней поговорить. Узнать, какая она на самом деле. Когда лекция закончилась, зал взорвался аплодисментами. Татьяна улыбнулась, поблагодарила и начала собирать бумаги. Студенты зашумели, кто-то потянулся к выходу, кто-то, наоборот, двинулся к кафедре с вопросами. Алексей поднялся, надеясь пробиться поближе. Но Татьяна подняла руку, привлекая внимание.